Горизонтальная Россия
Собирается ежемесячно 20 559 из 50 000
Межрегиональный интернет-журнал «7x7» Новости, мнения, блоги
Екатерина Малышева, при участии Айгуль Хисматовой
  1. article
  2. Горизонтальная Россия

«Пандемия стала очень удобна для ограничений». Почему российские суды все еще закрывают доступ на громкие заседания

Екатерина Малышева, при участии Айгуль Хисматовой
Коллаж Кирилла Шейна

Верховный суд России еще 12 мая рекомендовал региональным судам возобновить работу «в полном объеме» после окончания общефедеральных антикоронавирусных «нерабочих дней». Но письмо главы судебного департамента все же оставляло возможность ограничить доступ граждан, в том числе представителей СМИ, на судебные процессы. Как региональные суды пользовались этой возможностью в течение трех месяцев после открытия судов, выяснили корреспонденты «7x7».

Пенза. Судебный процесс о драке с участием цыган в Чемодановке

Дело о драке в селе Чемодановка расследовалось почти год. Сам конфликт, в котором погиб местный житель Владимир Грушин, произошел 13 июня 2019 года. Поводом для него стали трения между русскими и цыганами, проживавшими в селе, и бездействие полиции. После массовой драки Следственный комитет возбудил уголовное дело по трем статьям: «Убийство», «Покушение на убийство» и «Массовые беспорядки». Местные и региональные власти попытались представить инцидент как бытовой конфликт, хотя и русские жители Чемодановки, и представители цыганской общины считали его межнациональным.

Суд в отношении 28 цыган из села Чемодановка начался в Пензе 19 мая. Несколько раз суд откладывал заседания из-за коронавируса. Прессу на заседание пустили один раз – 30 июня. Приставы не стали выводить из зала силой корреспондента «7х7». В тот день суд допросил главных потерпевших по делу – вдову убитого Владимира Грушина и пострадавшего от удара лопатой Сергея Пугачёва.

Один из адвокатов цыган на условиях анонимности сказал «7х7», что без журналистов «суд ведет себя развязно», отводит вопросы защитников по существу обвинения, а потерпевшие без подсказок прокурора путаются в показаниях. Редакция «7х7» и Центр защиты прав СМИ обжалуют недопуск журналистов на процесс.

С 4 августа процесс возобновился, но он проходит за закрытыми дверями для слушателей и журналистов. Обеспечить видеотрансляцию заседания или предоставить СМИ аудиозаписи сотрудники пресс-службы отказывались. Они ссылаются на постановление губернатора об ограничениях из-за коронавируса – в Пензенской области режим повышенной готовности продлен до 27 августа. При этом заседания проходят без соблюдения социальной дистанции между участниками процесса, на них присутствует около 100 человек.

Пенза. Суд по делу сына вице-премьера правительства Пензенской области

Еще один резонансный процесс в Пензе – в отношении Алексея Кувайцева (сына вице-губернатора Виктора Кувайцева) – тоже начался в мае и шел за закрытыми дверями. Кувайцев обвинялся в причинении легкого вреда здоровью полицейского – в октябре 2019 года молодой человек распылил газовый баллончик в лицо капитану уголовного розыска Евгению Самойлову. После этого полицейскому предлагали решить вопрос по-тихому за 30 тыс. руб., но он пошел на принцип и довел уголовное дело до суда. Из-за коронавирусных ограничений на заседание не пускали ни прессу, ни слушателей. Корреспонденты «7х7» несколько раз пытались попасть в здание суда, но приставы ссылались на режим повышенной готовности в регионе.

В конце июля Мировой суд Октябрьского района Пензы приговорил Алексея Кувайцева к 160 часам обязательных работ.

Пензенская область. Отказ суда вести прием граждан в закрытом городе Заречном

Юристы и адвокаты из закрытого города Заречного под Пензой жалуются на отказ городского суда вести прием граждан.

– Зареченский суд опять отличился – снова показывает свою «особость», – сказал «7х7» правозащитник Максим Зотов. — У них все закрыто, все только по почте. По телефону сотрудники суда ссылаются на якобы указание исполняющего обязанности председателя суда. Но это указание никто не видел. При этом в Пензе все суды работают [ведут прием граждан] в открытом режиме. Они [зареченские судьи] ничем не отличаются от пензенских судов и обязаны функционировать в открытом режиме. Но независимых СМИ в Заречном вообще нет, в принципе, так что и пускать некого. Из слушателей в мае при мне лично на заседание не пустили жену подсудимого.

Нижневартовск. Дело активиста Андрея Савинова и тяжба жителей с управляющей компанией

Нижневартовский городской суд 5 и 6 августа не пустил корреспондента «7х7» на процессы по делу активиста Андрея Савинова и по иску собственников одного из жилых домов к управляющей компании. Савинов требовал признать незаконными действия полицейских при его задержании, жильцы – сбор подписей УК «Диалог» на общем собрании собственников по выбору управляющей компании.

Пресс-служба суда сослалась на внутреннее распоряжение председателя, по которому в зал могли попасть только участники процесса в масках и с соблюдением дистанции. В суде «7х7» пояснили, что ограничительные меры действуют из-за режима самоизоляции: на тот момент его продлили в регионе до 9 августа.

– Режим самоизоляции – сидим дома, – пояснила «7х7» помощник председателя суда Юлия Барычева.

По ее словам, если корреспондент «7х7» хочет попасть на процесс, то одна из сторон прений должна подать ходатайство о присутствии СМИ.

6 августа съемочную группу местного телеканала «Мегаполис» и журналиста «7х7» пустили в здание суда, так как истец подал соответствующее ходатайство судье и представителям СМИ нужно было ждать решения судьи. На заседание прессу не пустили: участник процесса пояснил, что судья отказал якобы из-за маленьких размеров зала.

С 10 августа суд Нижневартовска работает на общих основаниях, ограничительные меры не действуют. Об этом суд сообщил в ответ на редзапрос «7х7» со ссылкой на решение губернатора Натальи Комаровой о снятии ограничительных мер в регионе от 8 августа.

По мнению общественницы Елены Пыжовой, журналисты в Нижневартовске и в целом по региону довольно редко проявляют интерес к открытым процессам, которые представляют общественный интерес:

– На моей памяти вообще всего три случая, когда журналисту не дали попасть на открытое судебное слушание, и все три – это [корреспондент «7х7»] Айгуль Хисматова, – пояснила она. – Говорить о том, что присутствие журналистов или их отсутствие как-то отражается на результатах судебных процессов, не могу – у нас нет параллелей для сравнения, чтобы заметить какую-то разницу и обозначить, что внимательное наблюдение СМИ имеет какое-то значение для итогов дела. Но одно точно могу заявить: огласка в СМИ нужна. Хотелось бы, чтобы наши журналисты чаще присутствовали и наблюдали за ходом дел, резонансных для общественности.

Магнитогорск

В июле на судебный процесс в райсуде в Магнитогорске не пустили слушателей. Судья и приставы ссылались на режим повышенной готовности, он продлевался несколько раз, сейчас – до 23 августа.

Суд рассматривал дело по иску местных активистов о признании незаконным разгона публичного мероприятия и изъятия у них телефонов. Адвокат фонда «Общественный вердикт» Алексей Лаптев не смог попасть на заседание.

– Пока мы ругались с приставами, почему нельзя пройти слушателям, судебное заседание быстренько провели без нас, – сказал он «7х7». – Вообще, интересно понять, есть ли зависимость между числом заболевших коронавирусом в регионе и ограничениями на присутствие слушателей в судебных заседаниях. Скорее всего, такой зависимости нет, что будет означать, что эти ограничения носят произвольный характер. Парад и голосование проводить можно, а слушателей в зал пускать нельзя?

Карелия

Служба мониторинга Фонда защиты гласности во время ковидных ограничений зафиксировала несколько серьезных нарушений прав журналистов в судах Карелии.

В конце июня Союз журналистов Карелии направил обращение в республиканскую прокуратуру, Верховный суд и Арбитражный суд республики. Журналисты потребовали снять запрет на допуск СМИ в судебные заседания.

Они ссылались на двойные стандарты работы судов: Петрозаводский гарнизонный суд разрешал журналистам присутствовать на заседаниях, суды общей юрисдикции – нет. Кроме того, к июню карельские власти отменили большинство из коронавирусных ограничений, действовавших в регионе. Верховный суд Карелии продолжал ссылаться на губернаторские распоряжения и не допускал представителей СМИ на открытые заседания. Союз журналистов, в свою очередь, ссылался на отсутствие в этих распоряжениях каких-либо ограничений для работы судов.

После того как из Верховного суда Карелии пришел отказ, Союз журналистов обратился в Верховный суд России с просьбой повлиять на судейское сообщество в Карелии. Ответ из Верховного суда РФ еще не пришел.

Казань

В Казани из-за коронавирусных ограничений в регионе отдел полиции и суд провели онлайн-заседание по делу о пикетах местных активистов.

15 мая председатель татарстанского отделения партии «Яблоко» Руслан Зинатуллин провел одиночный пикет у здания военкомата против «призывного рабства». Активистка Гульназ Равилова освещала мероприятие в качестве корреспондента партийной газеты. 21 июля Приволжский районный суд Казани пришел к выводу, что Равилова, у которой имелось редакционное задание и удостоверение, совместно с Зинатуллиным провели массовый пикет.

3 августа активистку задержали и доставили в суд. Равилова ее защитник Андрей Давыдов отказались от проведения видеоконференцсвязи и просили провести очное заседание очно. Судья отказал из-за ковидных ограничений.

По словам юриста Данила Нургалеева, сотрудничающего с «Апологией протеста» (проект международной правозащитной группы «Агора» для помощи задержанным участникам массовых акций), заседание прошло по мессенджеру WhatsApp, система видеоконференцсвязи не работала.

Обвиняемая и ее защитники ознакомились с материалами дела через телефон одного из сотрудников полиции. Суд приобщил к материалам дела справку Равиловой о положительном анализе на COVID-19 (она находилась на двухнедельной самоизоляции), но арестовал ее на пять суток. СМИ и слушателей в отдел полиции на онлайн-заседание не пустили.

– Ограничения на очные судебные заседания вообще существенно упростили работу полиции, но усложнили жизнь обычным гражданам, – считает Данил Нургалеев. – После снятия ограничений полицейские решили перенять практику дистанционного рассмотрения дел и теперь предлагают подписать согласие на проведение видеоконференцсвязи, не разъясняя ее сути и права на отказ от нее. Они запрещают пользоваться телефонами для аудиозаписи заседания, ссылаясь на режимность помещений отдела, а представление письменных доказательств в ходе дела невозможно.

Нижний Новгород

Богородский городской суд Нижегородской области в июле рассматривал первое в России дело о распространении фейков. Блогера Александра Пичугина обвиняли в нарушении новой статьи УК РФ, которую ввели с 1 апреля 2020 года.

В июле на открытые заседания в суд не пустили слушателей и представителей СМИ: «Коммерсантъ-Поволжье», «КозаПресс» и других. Приставы и пресс-служба суда мотивировали отказ распоряжением председателя суда от 14 мая. По нему на судебное заседание допускали только стороны процесса.

По словам юриста Комитета против пыток Маргариты Хусяиновой, суд не предложил СМИ и слушателям альтернативы очному заседанию, прямой эфир заседаний на своей странице в Facebook вел сам обвиняемый.

– Указ губернатора о введении режима повышенной готовности, по ее словам, не содержит каких-либо положений относительно работы судов в Нижегородской области, – пояснила она «7х7». – Председатель Богородского городского суда должен был отложить процесс или обеспечить видеоконференцсвязь. Однако такие меры он не предпринял. В эти дни вход в задние Богородского городского суда был совершенно свободным для всех граждан. Судебные приставы не преграждали вход в суд, их вообще не было возле здания. В связи с этим есть все основания полагать, что отказ в допуске СМИ и слушателей в открытое судебное заседание является политически мотивированным решением и не имеет законного основания.

Журналисты, Комитет против пыток и Центр защиты прав СМИ обжалуют недопуск на заседания по делу Пичугина. Следующее заседание по делу намечено на 24 августа.

– Я не понимаю, почему в храм можно, а в суд нельзя, это двойные стандарты, – сказала «7х7» главред сетевого издания КоzaPress Ирина Славина. – Пандемия стала очень удобна властям для ограничения свободы слова.

Мнение эксперта: «Недопуск слушателей в открытый процесс – это уже чрезмерная ограничительная мера»

По мнению юриста из Центра защиты прав СМИ Светланы Кузевановой, запрет на участие журналистов из регионов в открытых судебных заседаниях из-за пандемии коронавируса незаконен.

– Мы наблюдаем крайне разнородную картину с доступом к информации по всей стране. В каких-то регионах журналисты и слушатели свободно посещают судебные процессы, просто соблюдая меры безопасности вроде маски и перчаток. В других регионах есть просто устное решение не пускать слушателей из-за риска распространения коронавирусной инфекции. Где-то председатели судов выпустили письменные распоряжения о том, что в судебные слушания допускаются только участники процесса.

Практически во всех случаях запретов в качестве основания указываются постановления или указы глав регионов о введении ограничительных мер или режимов. Однако в них нет отдельных положений о правилах проведения судебных заседаний. Есть обязательные или рекомендательные правила по соблюдению санитарных норм, которые суды и должны учитывать в своей работе, как любая другая организация в регионе. Если требуется при посещении мест массового скопления людей носить маску, то суды вправе этого требовать от посетителей. Но недопуск слушателей в открытый судебный процесс из-за коронавирусной инфекции в регионе – это уже чрезмерная ограничительная мера, не предусмотренная законом, а значит, это злоупотребление.


Как ограничения на посещение судов работают Москве и других крупных городах

Москва. Дело «Нового величия»

«Особый режим работы судов» в Москве коснулся и судебного процесса по громкому делу «Нового величия». Семерых фигурантов обвинили в создании экстремистского сообщества (часть 1 статьи 282.1 УК) и подготовке антиконституционного переворота. Люблинский районный суд Москвы рассматривал дело почти полтора года. Он вынес приговор 6 августа: подсудимые получили условные и реальные сроки от четырех до семи лет.

Финальная часть процесса пришлась на время ограничений из-за пандемии, прения сторон откладывали 12 раз. Когда 9 июня в московских судах отменили «особый режим работы», приставы пускали СМИ в Люблинский суд только после «особого распоряжения» своего начальника.

– Порой этого распоряжения не было вовсе, к нам выходила пресс-секретарь суда, говорила об очередном переносе, и все расходились, – рассказал «7х7» корреспондент судебного отдела «Новой газеты» Андрей Карев. – Когда процесс возобновился, на некоторые заседания пропускали ограниченное количество журналистов. Сразу отправляли в зал видеотрансляции, где нас рассаживали в шахматном порядке с соблюдением социальной дистанции. Хотя на входе в суд постоянно возникало столпотворение людей и ни о какой социальной дистанции не было речи. В основной зал заседаний нас не пускали.

В других судах Москвы приставы пускают в зал не больше пяти журналистов. Слушатели на заседание, по словам корреспондента «Новой», не попадают.

– Так происходит, например, в Головинском районном суде [Москвы], где проходит процесс по делу [аспиранта Московского государственного университета и фигуранта дела о нападении на офис «Единой России»] Азата Мифтахова. Пресса попадает в зал по системе «кто успел, тот и сел».

По наблюдениям адвоката Марии Эйсмонт, большинство московских судов пускают на процессы СМИ и слушателей.

– Везде все работает нормально. Разве что заставляют надевать маски на входе, но потом многие могут их и снять. Во всех судах, где я была за [последнюю] неделю, были слушатели. Многие в масках, но носят их часто на подбородке – впрочем, как и приставы. Выглядит все, конечно, больше как формальность, нежели как реальные методы защиты от вируса.

Процесс по делу подзащитного Марии Эйсмонт Павла Ребровского проходит отдельно от других фигурантов «Нового величия», на него пускают всех желающих. Люблинский городской суд рассматривает его дело повторно – Ребровский пожаловался на давление следствия и отказался от признательных показаний на досудебном соглашении.

На заседание в Перовском районном суде Москвы по взысканиям в отношении другого подзащитного Эйсмонт – Константина Котова – тоже пустили всех желающих.

Санкт-Петербург. Питерское дело «Сети»*

Второй Западный окружной военный суд в Петербурге с 25 мая возобновил процесс по делу о террористическом сообществе «Сеть»* в отношении двух фигурантов – Виктора Филинкова и Юлиана Бояршинова. Перерыв в заседаниях из-за пандемии длился почти два месяца.

На заседание пришло около 30 представителей СМИ. Накануне пресс-служба суда обещала пустить журналистов на заседание в масках и перчатках, затем – только 10 человек в порядке живой очереди. В итоге 25 мая прессу в зал так и не пустили, сославшись на режим коронавирусных ограничений.

Защита просила отложить дело из-за «невозможности обеспечения гласности процесса». Заседания перенесли в Первый Западный окружной военный суд, который смог бы разместить всех слушателей и журналистов. Но в тот день процесс прошел за закрытыми дверями из-за эпидемиологических ограничений. Суд разрешил защитнице Филинкова Евгении Кулаковой вести трансляцию заседания на Facebook. На следующий день, 26 мая, в зал заседания пустили одного представителя СМИ – журналиста «Медиазоны» Давида Френкеля, – он вел видеотрансляцию заседания. Через несколько дней суд организовал видеотрансляцию заседания на своем сайте.

Во время прений, по словам Френкеля, суд пускал в зал до шести журналистов и слушателей – об этом попросила защита. Журналист «Медиазоны», родственники фигурантов, родители и жена Юлиана Бояршинова не входили в их число, они всегда присутствовали на процессе.

– Пускали всех [шесть человек из числа СМИ и слушателей], по принципу «кто успеет», – сказал Давид Френкель «7х7». – На приговор через задний ход [здания суда] пустили каких-то «федералов» [журналистов федеральных СМИ]. Всего на приговоре было человек 15 журналистов, на улице осталась еще куча камер и пишущих журналистов – человек 20–30. Всего у суда вместе со слушателями приговора ждали около 100 человек.

По мнению защиты Филинкова, присутствие в зале всех желающих СМИ и слушателей «дисциплинировало бы состав суда».

– Он [суд] чувствовал бы груз моральной ответственности, – предположил адвокат Виктора Филинкова Виталий Черкасов. – Но на принятие итогового решения это бы не повлияло: суд был заряжен изначально на вынесения обвинительного приговора.

Полупустой зал, считает второй защитник Филинкова Евгения Кулакова, повлиял на поведение судей. По ее мнению, после перерыва в заседаниях из-за коронавируса они вели себя более грубо со стороной защиты.

– Ребятам [подсудимым] тоже было бы приятнее видеть поддержку в зале, а не пустые стулья, – сказала она «7х7» – Но, кажется, по сравнению с ситуацией во многих других судах в пандемию, нам удалось добиться хоть какой-то гласности процесса. Прения и приговор хотя бы прошли не в пустом зале. Хотя, конечно, мы рассчитывали на то, что заседания будут проходить в большом зале, который бы вместил всех желающих даже с учетом [социального] дистанцирования. Но те СМИ, которые хотели освещать процесс, делали это с помощью трансляций, а зрители следили за процессом [в режиме] онлайн.

Реутов, Московская область. Дело блогера Куракина

В Подмосковье Железнодорожный суд города Реутова рассматривает громкое дело бывшего председателя ТСЖ и блогера Евгения Куракина. Его обвиняют в мошенничестве в крупном размере по части 4 статьи 159 УК (дело «реутовских жилищных активистов»).

На процесс не пускают слушателей и СМИ, суд ссылается на ограничительные меры из-за коронавируса – в Московской области их продлили до 23 августа. По мнению адвоката, такая отсылка безосновательна, поскольку сам суд не соблюдает ограничения.

– Каждый раз в процесс приходят от трех до пяти сотрудников ОМОНа, сидят в зале судебного заседания или около него, – пояснила «7х7» адвокат Куракина Оксана Маркеева. – Их присутствие судебный орган не беспокоит. А наличие в зале журналистов, которые могли бы освещать процесс или слушателей, почему-то нежелательно. Непонятная избирательность.

Мы несколько раз заявляли ходатайство о допуске слушателей в зал, есть заявки от СМИ. Но суд отказывает. Отсутствие на процессе общественного контроля и СМИ, незаинтересованных слушателей дает [суду и стороне обвинения] возможность допускать разного рода нарушения.

 

*«Сеть» — признанная террористической организация, запрещена в России. Фигуранты одноименного дела заявили, что в реальности такой организации не существовало.

Екатерина Малышева, при участии Айгуль Хисматовой, «7х7»

* В материале упомянута организация, деятельность которой запрещена в РФ
Комментарии (0)
или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий, как зарегистрированный пользователь.
Стать блогером

Свежие материалы

Рубрики по теме

Пензенская область

Карелия

СМИ

Коронавирус

ХМАО

Дело «Сети»*

Суд

Хватит читать Москву!

Подпишись на рассылку о настоящей жизни в российских регионах

Заполняя эту форму, вы соглашаетесь с Политикой в отношении обработки персональных данных
Нам нужна ваша поддержка
Мы хотим и дальше давать голос тем, кто прямо сейчас меняет свои города к лучшему: волонтерам, предпринимателям, активистам. Нас поддерживают благотворители и спонсоры, но гарантировать развитие и независимость могут только деньги читателей.
Ежемесячно
Разово
Сумма
100
200
500
1000
2000
Нажимая на кнопку «Поддержать» вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности