Новости, мнения, блоги
Выбрать регион
Пензенская область

«Надежда на справедливость есть, уверенности нет»: как фигурантов дела «Сети» оставляли под арестом в пензенском СИЗО

В Пензе прошли пять заседаний по продлению ареста фигурантов дела о создании террористического сообщества

Пензенские суды продлили срок содержания под стражей до 18 апреля четырем фигурантам дела о создании экстремистского сообщества «Сеть» 15 января — Дмитрию Пчелинцеву, Арману Сагынбаеву, Михаилу Кулькову и Максиму Иванкину. Заседание по аресту Ильи Шакурского продолжилось на следующий день. Все пять заседаний прошли в открытом режиме — впервые за все время рассмотрения в Пензе. Однако вести фото- и видеосъемку журналистам судьи не разрешили. Как объяснила свое решение одна из них —председатель Ленинского районного суда Пензы Светлана Шубина, суд «не причесан и плохо выглядит». Что происходило во время заседаний о продлении ареста предполагаемых участников «Сети», выяснили корреспонденты «7x7».

 

«Я в одиночной камере, но я живу»

На момент судебного заседания Дмитрий Пчелинцев находился под стражей уже более 15 месяцев — с  27 октября 2017 года.

В зал суда он прибыл в футболке с надписью NASA и пачкой документов в рюкзаке. Среди них — Правила внутреннего распорядка в СИЗО и выписки из материалов дела.

 

Родные Дмитрия Пчелинцева показывают ему шарж о свободе

 

Пока судьи не было в зале, Дмитрий — под наблюдением приставов — взахлеб общался с близкими. Те рассказывали новости с «гражданки» и показывали видео с телефона, где все вместе отмечали Новый год у стен СИЗО. Дмитрий, в свою очередь, рассказывал друзьям и родственникам о нестыковках, которые нашел в материалах дела. В том числе — в части пыток, которые, по его словам, применялись к подозреваемым.

— Представляете, в одном из протоколов — не знаю, почему они его не «почистили», — Меркушев [заместитель руководителя военно-следственного отдела СК по Пензенскому гарнизону] говорит, что 220 Вольт — это «не то напряжение, от которого испытывают физическую боль». Кстати, знаете, за что меня посадили в карцер? За мемы — я читал их вслух! — со смехом делился Пчелинцев с семьей и друзьями.

 

Светлана Пчелинцева снимает, как фигурантов дела «Сети» привозят к областному суду

 

По словам матери Дмитрия, Светланы Пчелинцевой, голодовка, объявленная сыном в карцере, увенчалась отменой наказания. Он голодал пять дней.

Последний раз срок содержания под стражей Пчелинцеву продлевали 24 октября 2018 года. По итогам заседания 15 января судья Пензенского областного суда Виктор Ховрин поддержал просьбу следователя Валерия Токарева о продлении срока еще на три месяца — до 18 апреля 2018 года. В общей сложности — до 17 месяцев и 22 суток.

По мнению суда, каких-либо оснований для изменения меры пресечения или ее смягчения нет. Продлить срок было необходимо из-за того, что на свободе Пчелинцев может продолжить заниматься преступной деятельностью. Кроме того, некоторые фигуранты еще не ознакомились с материалами дела. Между тем срок ознакомления с документами, которые объединены в 35 томов, заканчивается 25 января.

— Но до 25 января осталось всего десять дней, а не три месяца, — не согласился с решением суда Дмитрий Пчелинцев. — Я почти до конца изучил материалы дела и не нашел никаких конкретных оснований и доказательств вины, поэтому не вижу смысла держать меня под арестом. Все это — для того, чтобы делать вид, что следствие не ошибается и все у них идет гладко.

Просьбу Дмитрия Пчелинцева о замене меры пресечения на домашний арест по состоянию здоровья суд также не удовлетворил.

— Я сейчас болею — у меня повысилась температура и болят почки. Но мне дали только аспирин, который не помог. Обезболивающие дать не могут, — рассказал Дмитрий о своем состоянии.

По его словам, в одиночной 6-метровой камере, где не закрывается форточка, холодно. Горячей воды нет, есть только маленький кипятильник. Чтобы согреться, Дмитрий постоянно носит за спиной пластиковую бутылку с подогретой водой и ходит в куртке.

— Самое высокотехнологичное, что у меня есть, — это пластиковый пакет.

Во время процесса судья дважды отклонял вопросы адвокатов о пытках по отношению к Дмитрию Пчелинцеву. Со слов защиты, Дмитрия пытали три раза — в том числе электрическим током — и довели до попытки самоубийства.

— Я испытал физическое насилие сотрудников ФСБ и нахожусь в состоянии стресса. Признал свою вину и подписал протокол только потому, что иного выхода у меня не было.

Вместе с тем Дмитрий назвал нынешнего начальника СИЗО «адекватным» и сказал, что не хотел бы, чтобы его поменяли. Пытки сотрудников ФСБ, по его словам, — это совсем другая тема. Условия ознакомления с материалами дела Пчелинцев назвал тоже «относительно приемлемыми».

— Мне уже недолго осталось. Но я претензий ни к кому не имею, пусть живут и работают. Все равно та жизнь, которой они живут, — это разгильдяйство, а не жизнь. Я в одиночной камере, но я живу, — заявил Дмитрий.

 

Светлана Пчелинцева

 

После суда Светлана Пчелинцева обняла сына в первый раз за последние 15 месяцев.

— Мечты сбываются. Началось то, к чему мы идем. Сегодня я его обняла, завтра что-то рухнет, а послезавтра их признают невиновными, — прокомментировала Светлана корреспонденту «7x7».

 

«Домашний арест — это не свобода»

Последний раз срок содержания под стражей Арману Сагынбаеву суд продлевал 31 октября 2018 года. На заседании 15 января судья Пензенского областного суда Вячеслав Судариков продлил этот срок еще на три месяца — до 18 апреля 2019 года. 

На процесс пришли друзья и родственники других фигурантов дела. Родители Армана, которые живут в Новосибирске, приехать в Пензу не смогли.

По словам адвоката Ольги Рахмановой, у Армана Сагынбаева нет постоянной прописки в Пензе. Но в случае замены меры пресечения на домашний арест вместо СИЗО эту проблему родители уладили бы за сутки.

 

Арман Сагынбаев смотрит фото дочери

 

Друзья, которые пришли в здание Пензенского областного суда, чтобы поддержать Армана, показали ему фото дочери и пообещали передать в СИЗО колбасу, как другим фигурантам дела «Сети».

Дело Армана — особенное и усугубляется состоянием здоровья подозреваемого. Сейчас он находится на учете Новосибирского центра по профилактике и борьбе с ВИЧ и СПИД. У Армана третья (субклиническая) стадия ВИЧ, это подтверждает заключение новосибирского врача-инфекциониста.

По ходатайству Ольги Рахмановой суд приобщил к материалам дела рекомендации по лечению от врача, а также справку об ухудшении здоровья Армана. Если его выпустят под домашний арест, адвокат обещала найти в Пензе врача, чтобы не допустить летального исхода.

— Моему подзащитному оказывается недостаточная медицинская помощь, ему дают не все рекомендованные лекарства, — заявила Ольга Рахманова. — В СИЗО мне вообще сказали: «У нас половина изолятора таких». Мы не просим выпустить на свободу, мы просим домашний арест, чтобы можно было оказывать полноценную медицинскую помощь. А сейчас Арман сидит просто так и ждет, пока другие ознакомятся с материалами дела.

Оперативно наблюдать за состоянием здоровья Армана Сагынбаева для новосибирских врачей, по словам защиты, проблематично. Забор крови делается в Пензе, а результаты описывает врач в Новосибирске.

Сам подозреваемый говорит, что в СИЗО в последний раз видел специалиста по профилю своего заболевания только летом. Лоперамид, который является жизненно важным для ВИЧ-инфицированных больных и действие которого доказано на международном уровне, он не получает.

 

 

Просьбу Армана о замене содержания под стражей на домашний арест судья не удовлетворил.

— Домашний арест не является свободой! Я хочу, чтобы вы понимали, в чем участвуете, продлевая срок содержания под стражей, — обратился Арман Сагынбаев к судье. — Следствие занимается фальсификацией и не может доказать, что я буду оказывать воздействие на свидетелей в случае моего освобождения.

Решение и аргументы суда было аналогичным, как и по другим фигурантам: поскольку обстоятельства по делу в отношении Сагынбаева не изменились, оснований для изменения меры пресечения нет.

Арман Сагынбаев будет по-прежнему находиться в СИЗО. Общий срок его пребывания под стражей составит 17 месяцев и 12 суток.

 

«Скрываться не намерен»

Заседание по продлению срока содержания под стражей Ильи Шакурского стало пятым за день. Спустя час после его начала судья Вячеслав Судариков [который также выступал судьей на предыдущем процессе у Армана Сагынбаева] заявил, что «физически» не может продолжать заседание. Он решил отложить рассмотрение дела до 10:00 16 января из-за большого объема работы за день.

 

Илья Шакурский

 

За час прений обвинители успели заявить аналогичное, что и по другим фигурантам, ходатайство о продлении срока на три месяца. В качестве обоснования следователь Валерий Токарев заявил, что обстоятельства дела не изменились, значит, и оснований для изменения меры пресечения нет.

Адвокаты Шакурского успели заявить, что не видят достаточных оснований для его дальнейшего пребывания в СИЗО.

— Это крайняя мера пересечения, которая применяется, только если доказана ее необходимость. Но где реальные доказательства, что подозреваемый в случае освобождения может скрыться, оказать воздействие на других участников процесса или воспрепятствовать следствию? Обоснований недостаточно. Уголовное дело, вообще, построено на противоречиях, а фабула следствия все время меняется. Например, из участника Илья превратился в организатора группировки, — сказал адвокат Московской коллегии адвокатов «Торянниковы и партнеры», защитник Ильи Шакурского Анатолий Вахтеров.

О том, как менялась фабула в ходе следствия, адвокат рассказал журналисту «7x7» в коридорах суда:

— Первоначально ему [Илье Шакурскому] вменяли первую часть, когда он якобы шел на сотрудничество со следствием по принципу «признавайся, и будет легче». По такому же принципу мать была введена в заблуждение и на коленях его умоляла: «Сыночек, подпиши». Это повлекло признательные показания Шакурского и вторую часть при той же фабуле обвинения. Но когда осознали, что он идет по обратному пути, ему без каких-либо достаточных оснований вернули первую часть

В ходе заседания Илья Шакурский так же, как и другие фигуранты дела, заявил, что во время следствия, с самого момента задержания, на него оказывалось давление и применялись пытки. Илья заявил, что серьезно подорвал свое здоровье в СИЗО и показал судье появившийся кровоподтек на лбу, который врачи проигнорировали.

— Сотрудники УФСИН и медработники занимаются покрывательством. Я не чувствую себя в безопасности. Мы находимся в постоянном страхе пыток. В любое время могут зайти и сделать со мной что угодно. Свои показания я изменил тоже под воздействием пыток.

В детали пыток судья вникать отказался, сославшись на то, что «это не предмет заседания».

— К чему эти подробности? — обратился к адвокатам Вячеслав Судариков.

Сам Илья Шакурский с ходатайством следователя Валерия Токарева о продлении срока содержания под стражей не согласился.

— Я свою вину не признаю, преступлений не совершал и совершать не собираюсь. Скрываться не намерен. Такими действиями я подставлю и адвоката, и общественность, которая нас защищает, — этим я буду только подтверждать, что преступник. А я не преступник, — высказался подозреваемый.

 

Адвокат Ильи Шакурского Анатолий Вахтеров

 

Адвокат Ильи Шакурского предложил суду заменить содержание под стражей домашним арестом или залогом в размере полумиллиона рублей. По его мнению, сын не будет подставлять мать, проживающую в районном поселке, если та при зарплате 15 тыс. руб. найдет деньги и внесет за него залог. На следующий день, 16 января, суд все же оставил Илью Шакурского под стражей.

 

«На всякий случай»

В тот же день срок содержания под стражей был продлен еще для двух фигурантов дела «Сети» — Михаила Кулькова и Максима Иванкина.

Они были задержаны значительно позже других и находятся в следственном изоляторе меньше года. Их судьба решалась в здании Ленинского районного суда Пензы, который располагается по соседству с Пензенским областным судом.

Первоначально оба молодых человека подозревались в приобретении наркотических средств общей массой не менее восьми грамм с целью последующего сбыта. В рамках предварительного следствия по этой статье они были помещены под домашний арест, но потом подались в бега. По словам Елены Самониной, матери Михаила Кулькова, они якобы не хотели отвечать за наркотики, к которым не имели отношения.

— В июле 2018 года их поймали в Москве и сказали, что теперь они уже приписаны к террористической организации «Сеть», — пояснила Елена Самонина. — Из тех, кто в составе этой организации, Михаил [Кульков] знаком только с двумя ребятами — Пчелинцевым и Шакурским, они вместе играли в страйкбол пару раз. На этом основании его сюда и приписали. Обвиняют, что он участник террористической организации… Обвинений очень много, но доказательств нет. На вопрос адвоката к следователю, зачем Мишу сюда приписали, было сказано: на всякий случай».

Распорядки в Ленинском районном суде Пензы оказались значительно строже, чем в вышестоящей инстанции. Если в зале заседаний Пензенского областного суда разрешалось вести фото- и видеосъемку до начала процесса, то приставы из районного суда делать этого не давали.

Запрет на фотосъемку наложила и председатель Ленинского районного суда Пензы Светлана Шубина, которая вела оба процесса.

— По фотосъемке суд отклоняет ходатайство, — заявила она корреспонденту «7x7».

— В связи с чем? — поинтересовался корреспондент.

— В связи с тем, что не готов к участию, — ответила судья. — Не причесался. Плохо выглядит.

Михаил Кульков и Максим Иванкин держались бодро. Последний в перерыве живо рассказывал родителям и друзьям про условия жизни в СИЗО. По его словам, недавно удалось найти тряпку и заткнуть щели в оконных рамах.

Кроме того, отверстие вентиляции завешивают полиэтиленовым пакетом, чтобы не было сквозняка. Однако всякий раз его срывают сотрудники ФСИН с требованием не разводить плесень.

— Но нам в антибиотиках отказывают, поэтому мы разводим пенициллин, — шутливо возмущался Максим Иванкин.

В ходе заседания следователь Управления ФСБ по Пензенской области Болтышев отметил, что Кульков и Иванкин должны оставаться под стражей, поскольку имеются основания полагать, что на свободе они могут скрыться от органов предварительного следствия и продолжат заниматься преступной деятельностью.

В этой связи следствие просило продлить срок их ареста до 18 апреля 2019 г. Или до 9 месяцев 13 суток.

Кульков и Иванкин против этого не возражали.

С разрешения следователя Михаил Кульков пояснил корреспонденту «7x7», что под домашний арест его точно не отпустят, поскольку он уже пытался бежать.

Он не согласен ни с одним из пунктов, по которым его обвиняют.

— На справедливость суда и следствия надеетесь? — поинтересовался корреспондент «7x7».

— Надежда есть, — ответил Михаил Кульков. — Но уверенности нет.

Изучив представленные материалы, суд решил удовлетворить ходатайства следствия, продлив Максиму Иванкину и Михаилу Кулькову срок содержания под стражей до 18 апреля 2018 г.

— От следствия мы ничего не ждем, — пояснил корреспонденту «7x7» Алексей Кульков, отец Михаила Кулькова. — Надеемся на адекватность суда. Это инквизиция просто: из ничего хотят сляпать дело. Нам следователь еще в начале говорил, что у него все есть и хоть завтра пойдем в суд. Но до сих пор так и не дошли.

 


Дело «Сети» получило огласку осенью 2017 года, когда сотрудники правоохранительных органов задержали в Пензе и Санкт-Петербурге его первых фигурантов — молодых людей от 22 до 30 лет анархистских и антифашистских взглядов. По версии следствия, они якобы готовили теракты в день выборов президента 18 марта и во время чемпионата мира по футболу в июне-июле 2018 года. В организации ячейки и участии в ней ФСБ заподозрила Армана Сагынбаева, Дмитрия Пчелинцева, Илью Шакурского, Егора Зорина, Василия Куксова, Андрея Чернова, Игоря Шишкина, Виктора Филинкова, Юлия Бояршинова, Михаила Кулькова и Максима Иванкина.

Следствие предъявило обвинение трем подозреваемым 3 и 4 сентября: Дмитрию Пчелинцеву и Илье Шакурскому инкриминируется создание террористического сообщества (часть 1 статьи 205.4 Уголовного кодекса), Арману Сагынбаеву — участие в нем (часть 2 статьи 205.4).

Родители фигурантов дела «Сети» основали неформальную организацию «Родительская сеть». Они пытаются доказать, что во время следствия к их детям применялись пытки. Интернет-журнал «7x7» рассказал о ней в большом репортаже в августе 2018 года.

На заседании 11 сентября Пензенский гарнизонный военный суд в закрытом режиме рассмотрел жалобу Елены Богатовой, матери антифашиста Ильи Шакурского. Она оспаривала отказ в возбуждении уголовного дела по факту пыток и психологического давления, которые, по ее словам, применяли к ее сыну сотрудники ФСБ.

Екатерина Герасимова, Евгений Малышев, «7х7»

Последние новости

Комментарии (0)
или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий, как зарегистрированный пользователь.