Новости, мнения, блоги
Выбрать регион
Республика Марий Эл
Республика Марий Эл

Председатель ОНК Марий Эл Ольга Васильева: Львиная доля всех обращений касается медицины

Итоги года работы правозащитников — в интервью «7x7»

Общественно-наблюдательная комиссия (ОНК) Марий Эл за 2018 год сделала 69 выездов в места принудительного содержания людей. Впервые за долгое время правозащитники смогли объехать все отделы полиции региона. Председатель ОНК Ольга Васильева подвела предварительные итоги годовой работы комиссии, рассказала корреспонденту «7×7» о достижениях общественников за год и о тенденциях, которые вызывают опасения.

 

«Работа изоляторов радует»

— В этом году мы объехали все отделы полиции во всех районах. Радует, что в тех удаленных изоляторах временного содержания, где мы не были давно, за время нашего отсутствия ничего страшного не случилось. Мы придерживаемся позиции, что если общественный контроль где-то прекращается, то возникает соблазн произвола. Но в изоляторах, спецприемниках все хорошо. В первую очередь это хороший уровень работы сотрудников.

Но такого нельзя сказать, например, об отделах полиции. Там у нас бывает большое количество замечаний, даже в пределах города. Например, забывают привезти задержанным горячую еду. В июне мы ездили в Волжск и обнаружили, что там людей кормили не горячей пищей, а консервами. Колонии не оставляем без внимания никогда, потому что больше всего обращений поступает оттуда и из СИЗО.

Всего в учреждения МВД мы выезжали 32 раза, УФСИНа — 36, и Минздрава — один.

 

ОНК допустили в психбольницу

— Учреждения Минздрава как место, которое мы имеем возможность посещать, ввели только в августе — это психиатрические больницы, где люди содержатся принудительно. У нас в республике такая больница только одна, она находится в Семеновке. Мы подождали немного, когда выйдет нормативный акт, который регламентирует порядок посещения членами ОНК, но не дождались и пошли просто так. Закон есть, значит, мы имеем право. Минздрав не очень понял, кто мы такие, пытался нас переадресовать на общественный совет. Но надо им отдать должное, в итоге нас пустили. Нам показали все, что мы хотели. Побеседовали с людьми, они нормально нам отвечали, на сотрудников не оглядывались. После мы направили обращение в адрес уполномоченного по правам человека в Марий Эл и Совета при президенте по правам человека, чтобы они на своем уровне ускорили процесс принятия нормативного акта.

 

Больше всего жалоб — на медпомощь

— Львиная доля всех обращений касается медицины. Медико-социальная экспертиза, осмотр врачами узких специализаций, обследования — это самые распространенные вопросы. Что касается ВИЧ, то, по отзывам врачей и осужденных, в колониях работает хороший врач-инфекционист, который регулярно делает осмотры и иногда даже приезжает чаще, чем того требует нормативный акт. Анализы берутся вовремя, и назначается лечение вовремя.

Но, например, не везде есть единое мнение медиков насчет того, считать ли фрукты-овощи витаминами и пропускать ли их в медицинской передаче. Кто-то пропускает, а кто-то — нет. Хотя витамины в любом виде нужны всем заключенным.

 

Сначала безопасность, а доступная среда — потом

— Сейчас руководство управления ФСИН вынуждено заняться реализацией «дорожной карты» для осужденных с инвалидностью. Она была разработана несколько лет назад, но все застопорилось на реализации. На недавней встрече мы обсуждали, как это все лучше организовать. Как всегда, все упирается в деньги. Я понимаю, что обязанность есть, но регион сильно ограничен в финансах. У начальника УФСИН проблема: то ли починить крышу в отряде, которая течет, то ли поставить пандусы. Моя личная позиция: пока в колониях нет ни одного инвалида-колясочника, то приоритетнее сделать крышу. В первую очередь надо создавать безопасные условия для всех, пока правильнее и целесообразнее решать первоочередные задачи.

Что касается этого года, то по сравнению с прошлым, обеспечение людей с инвалидностью средствами реабилитации проходит нормально. Но есть проблемы с людьми, которым по квотам положена операция, и эти вопросы уже не один год находятся на контроле.

 

Не дождались освобождения

— В СИЗО уже второй или третий год, к счастью, смертей не фиксируется. В этом году там был один задержанный, который болел, и его этапировали в больницу при ИК-3, где он умер. В колониях было 10 смертей, зафиксирован случай суицида.

Еще была смерть от туберкулеза — для нас это такой спорный вопрос, потому что, по-нашему мнению, мужчина, который умер, должен был подлежать освобождению. Мы видели, что он в плохом состоянии, а медики республиканского противотуберкулезного диспансера говорили, что его не освобождают, потому что у него не та стадия болезни. Мы советовали заключенному обратиться в суд.

Он был бездомным, поэтому после освобождения поехал бы в тот диспансер, а там, похоже, не слишком хотели его принимать. Второго ноября мы посетили этого человека, он нам сказал, что хочет выйти на волю. Мы написали в Росздравнадзор обращение, что ему неверно выставлен диагноз. А 9 ноября он умер. Мы также написали в прокуратуру, потому что считаем, что тут есть преступные действия медработников. Хотелось бы, чтобы кто-то понес ответственность за неверно определенную стадию болезни, из-за чего человек не смог перед смертью оказаться на воле, хотя закон предусматривает такую возможность. Сейчас по этому факту идет проверка.

 

С омбудсменом совместных выездов не было

— В этом году у нас не было совместных выездов с уполномоченным по правам человека Ларисой Яковлевой, но мы обмениваемся информацией. Если у нас есть какие-то обращения, на которые мы хотели бы, чтобы уполномоченный обратил внимание, мы звоним. Или они нам звонят перед посещением какого-то учреждения, спрашивают наши рекомендации. Есть некоторые вопросы, по той же медицине к примеру, которые мы держим на совместном контроле с прошлого года.

 

Тревожные звоночки

— В этом году мы обнаружили в изоляторах временного содержания двух человек, которые говорили, что сотрудники полиции применяли к ним насилие, заставляли признаться в преступлениях, а потом привезли в изолятор временного содержания. Мы смотрели, что написано в справках из гражданских медучреждений, где задержанных осматривали перед помещением в изолятор, просматривали записи в журналах изолятора и видели, что людей привозили с многочисленными телесными повреждениями. Одному мы предложили, чтобы с ним начала работать правозащитная организация по факту избиения. Второй человек, видимо, освободился под подпиской и на нас не вышел, а мы его теперь найти не можем.

Еще были случаи в ноябре в Заводском отделе полиции в Йошкар-Оле, когда людей два дня продержали в коридоре без еды, питья и сна. Они сами пришли своими ногами, но им не разрешали оттуда выйти. Мы, особо ни на что не надеясь, написали в прокуратуру, и вот нам недавно ответили, что да, действительно, есть факт незаконного задержания. Теперь в следственные органы направлены материалы о возбуждении уголовного дела. В прошлом году мы не наблюдали подобного — это что-то тревожное, есть какой-то всплеск.

 

Главное — предупредить

— В первую очередь мы думаем о том, что сделать, чтобы предупредить избиения. В нашем регионе большим достижением стало то, что начальник УФСИН пошел навстречу и дал возможность смотреть видеозаписи, которые фиксируют применение физической силы. Эти записи имеют право смотреть только прокуратура и следственные органы. Но часто случаются такие ситуации, когда осужденный говорит об избиении, а сотрудник УФСИН говорит, что законно применил меры, потому что человек нарушал порядок. Например, была жалоба из СИЗО на избиение, а когда мы посмотрели запись, то стало понятно, что человека не били, а пресекали противоправные действия.

 

О смене состава ОНК

— Есть надежда, что ОНК будет пополняться новыми людьми. Хотелось бы, чтобы те, кто пойдет в ОНК, понимали всю нашу миссию и все наши принципы. Если хотя бы три-четыре человека заявятся в ОНК, с которыми мы сейчас работаем в Школе общественного контролера, это было бы хорошим результатам. Сейчас есть такие, которым эта тема интересна.


В октябре 2019 года состоится смена состава Общественной наблюдательной комиссии региона. По закону общественник не может работать в ней более трех сроков подряд. Членом ОНК может стать любой гражданин страны, достигший 25-летия и имеющий опыт работы в области защиты прав человека.


Реклама 0+. Бесплатный сервис «Здоров Я». Подбор и запись на лечение в государственные клиники Москвы по полису ОМС, квотам ВМП и на коммерческой основе. Плановая госпитализация для граждан России. Подробности читайте здесь. Имеются противопоказания. Проконсультируйтесь со специалистом.


Наталья Петрова, «7х7»

Материалы по теме
Комментарии (0)
или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий, как зарегистрированный пользователь.

Последние новости