Новости, мнения, блоги
Выбрать регион
Пензенская область

Пензенский военный суд изучил видео с допросом арестованного по делу «Сети» антифашиста Дмитрия Пчелинцева

Адвокат увидел на его лице ссадины, следователь — угревую сыпь, а судья не смог увеличить масштаб кадра

Пензенский гарнизонный военный суд 12 сентября отказался удовлетворять еще одну жалобу, из которой следует, что признательные показания в создании «террористического сообщества „Сеть“» были получены под воздействием пыток. На заседании присутствовал корреспондент «7x7».

В своей жалобе Дмитрий Пчелинцев заявил, что сотрудники управления ФСБ по Пензенской области неоднократно пытали его электрическим током. «Они раздевали до трусов, привязывали к лавке скотчем, к большим пальцам ног подключали электрические провода, затем пускали по ним ток. При этом требовали дать признательные показания в организации террористического сообщества и подготовке террористических актов», — следует из текста жалобы, поступившей в суд. Там же сообщается, что сотрудники ФСБ, переодетые в робу заключенных, избивали Пчелинцева в камере пензенского следственного изолятора №1.

Первоначально проверкой изложенного занимался военный следственный отдел Следственного комитета России по Пензенскому гарнизону. Он пришел к выводу, что «сотрудники ФСБ в камеру к Пчелинцеву не приходили, не пытали, насилия и иного воздействия не применяли, требований о признании вины не выдвигали».

По мнению адвоката фонда «Общественный вердикт» Эльдара Лузина, проверка Следственного комитета была «поверхностной» и «формальной». В жалобе, поступившей в Пензенский гарнизонный военный суд, перечисление одних только нарушений занимает три листа, или 23 абзаца.

В частности, проводивший проверку следователь не истребовал записи видеокамер в СИЗО, хотя эти записи могут свидетельствовать о наличии телесных повреждений у Пчелинцева и других арестованных по делу «Сети». Не установлена и причина, по которой Пчелинцев содержался в одиночных камерах.

— Такое содержание может быть вызвано необходимостью сокрытия следов пыток, а также необходимостью отсутствия свидетелей посещения Пчелинцева сотрудниками УФСБ России по Пензенской области, — предполагает Эльдар Лузин.

Он также обратил внимание, что военный следственный отдел Следственного комитета по Пензенскому гарнизону рассмотрел возражения предыдущего адвоката в рекордно короткие сроки.

— 30 мая руководитель отдела Папшев получил жалобу адвоката Зайцева, а уже 31 мая вынес отказ в возбуждении уголовного дела. То есть за сутки был проведен анализ материалов доследственной проверки, которая, между прочим, содержит в себе больше 280 листов. Лично у меня вызывает сомнение, что в такие сроки возможно провести эффективную проверку по заявлениям о применении пыток и иного недозволенного обращения. Такая проверка не соответствует стандартам эффективного расследования ни с точки зрения национального, ни с точки зрения международного права, — считает Эльдар Лузин.

Именно эти вопросы и были поставлены 12 сентября перед Пензенским гарнизонным военным судом. Наряду с родителями и друзьями Дмитрия Пчелинцева стать свидетелями процесса пожелали журналисты двух федеральных СМИ. На входе их ждал усиленный досмотр, а в зале заседаний дежурил судебный пристав в бронежилете.

Дмитрий Пчелинцев не возражал против видеосъемки, которую хотели вести журналисты.

— Считаю это необходимым, — поддержал его мнение защитник Лузин.

— Почему? — поинтересовался судья Евгений Козлов.

— Обеспечение гласности является одной из основ судебного процесса, — напомнил ему защитник. И сразу предупредил, что никакой государственной тайны здесь не прозвучит, поэтому причин для перевода судебного заседания в закрытый режим он не видит.

Однако судья Козлов с этим не согласился, попросив журналистов и слушателей удалиться из зала.

— Видеотрансляция может привести к разглашению охраняемой законом тайны, в частности тайны следствия, — аргументировал он свое решение.

— Тайна в том, что ФСБ пытает наших детей? — спросила в дверях мать Дмитрия Пчелинцева.

— Прошу соблюдать порядок в суде! — бросил ей вслед судья Козлов.

По словам Эльдара Лузина, в связи с удалением журналистов и переводом заседания в закрытый режим судье был заявлен отвод, который тот, разумеется, отклонил.

— Мы считаем, что цель перевода судебного процесса в закрытый режим заключается именно в том, чтобы не предавать гласности все то, что в нем творится, — пояснил чуть позже Эльдар Лузин. — Это противоречит всем нормам российского законодательства, в первую очередь Конституции.

Процесс по жалобе Дмитрия Пчелинцева длился почти семь часов с учетом двух небольших перерывов. И еще около двух часов судье понадобилось, чтобы вынести решение в совещательной комнате.

По словам Эльдара Лузина, его подзащитный подтвердил факт пыток и подробно описал все, что с ним происходило в СИЗО №1 Пензы.

Одним из самых важных моментов был просмотр видеозаписи с допросом Пчелинцева, которую в феврале 2018 года сделали сами сотрудники ФСБ.

— На этом допросе мой подзащитный говорит, что пыток не было и что он специально оговорил сотрудников ФСБ, — отмечает Эльдар Лузин. — Но не надо обладать специальными познаниями, чтобы увидеть его абсолютно подавленное состояние. На его лице и руках заметны ссадины. При этом следователь во время просмотра видеозаписи предположил, что это угревая сыпь. А судья и вовсе не знал, как увеличить масштаб кадра. Он смотрел видеозапись молча, без комментариев.

 

 

По словам Эльдара Лузина, Дмитрий Пчелинцев подтвердил, что следы пыток видели члены ОНК и уполномоченный по правам человека Пензенской области. Именно они дали указания медикам осмотреть и зафиксировать побои. Однако медики, работающие в системе ФСИН, «почему-то ничего не нашли».

— В ходе процесса мы подавали ходатайство, чтобы допросили этих медиков, но суд отказал, — отмечает защитник.

Следствие по-прежнему не хочет предоставить записи с камер видеонаблюдения в СИЗО, а также записи с видеорегистраторов сотрудников этого учреждения. По мнению заместителя руководителя военного следственного отдела СК России по Пензенскому гарнизону майора юстиции Меркушева, они хранятся всего два месяца.

— Но мы-то знаем, что это не так, — утверждает защитник Лузин. — И «ярославское дело» говорит об этом, там целый год хранились записи пыток.

На вопрос, почему не опросили представителей ОНК, уполномоченного по правам человека и жену Пчелинцева, которые видели следы побоев, следователь ответил в том духе, что они не являются свидетелями пыток.

— По этой логике у нас получается, что свидетелем пыток был только Пчелинцев и те, кто пытал, — комментирует этот ответ Эльдар Лузин. — По сути, в ходе доследственной проверки опрошены только сотрудники правоохранительных органов или лица, которые от них зависят. Именно на их показаниях строились выводы следователя. А теперь еще и вывод суда. Все они считают, что этого достаточно. Представитель прокуратуры почти весь процесс молчал и только в конце высказался, что возражает против удовлетворения нашей жалобы, считает все законным.

Эльдар Лузин напомнил, что в Ярославле тоже почти год отказывали в возбуждении уголовного дела о пытках в местной колонии. Глаза следователям смогла открыть только видеозапись, попавшая в СМИ и получившая большой общественный резонанс.

— Пытки в российских колониях существуют, — убежден адвокат. — Но практически всегда по заявлениям о пытках проводятся формальные проверки, где следователь опрашивает только сотрудников правоохранительных органов. Естественно, они скажут, что ничего не знали, не видели, а пыток нет.

Защитник Лузин согласился, что бывают случаи, когда заключенные или обвиняемые специально оговаривают следователей и сотрудников ФСИН, преследуя свои интересы. Однако по «пензенскому делу» множество фактов говорит об обратном.

— Ну вы подумайте сами! Ведь если бы действительно все было так, как говорит следствие, что не было никаких пыток, то и проблем бы не было с предоставлением тех самых видеозаписей. Нам бы сразу показали, что вот заводят человека в камеру, вот выводят из камеры, и все с ним в порядке. Тем более СИЗО подтверждает факт фиксации на видео. Вопрос: где эти видео? Почему они не предоставлены? Не потому ли, что должностные лица их посмотрели и им стало ясно, что это нельзя никому показывать? — задается Эльдар Лузин вопросами, на которые так и не ответил Пензенский военный гарнизонный суд.

Его решение адвокат Лузин и его подзащитный намерены обжаловать в вышестоящей инстанции.

 


Дело «Сети» получило огласку осенью 2017 года, когда сотрудники правоохранительных органов задержали в Пензе и Санкт-Петербурге его первых фигурантов — молодых людей от 22 до 30 лет анархистских и антифашистских взглядов. По версии следствия, они якобы готовили теракты в день выборов президента 18 марта и во время чемпионата мира по футболу в июне-июле 2018 года. В организации ячейки и участии в ней ФСБ заподозрила Армана Сагынбаева, Дмитрия Пчелинцева, Илью Шакурского, Егора Зорина, Василия Куксова, Андрея Чернова, Игоря Шишкина, Виктора Филинкова, Юлия Бояршинова, Михаила Кулькова и Максима Иванкина.

Следствие предъявило обвинение трем подозреваемым 3 и 4 сентября: Дмитрию Пчелинцеву и Илье Шакурскому инкриминируется создание террористического сообщества (часть 1 статьи 205.4 Уголовного кодекса), Арману Сагынбаеву — участие в нем (часть 2 статьи 205.4).

Родители фигурантов дела «Сети» основали неформальную организацию «Родительская Сеть». Они пытаются доказать, что во время следствия к их детям применялись пытки. Интернет-журнал «7x7» рассказал о ней в большом репортаже в августе 2018 года.

На заседании 11 сентября Пензенский гарнизонный военный суд в закрытом режиме рассмотрел жалобу Елены Богатовой, матери антифашиста Ильи Шакурского. Она оспаривала отказ в возбуждении уголовного дела по факту пыток и психологического давления, которые, по ее словам, применяли к ее сыну сотрудники ФСБ.

Евгений Малышев, фото автора, «7х7»

Комментарии (1)
или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий, как зарегистрированный пользователь.
Если
15 сен 2018 01:48

Кто -то осмелится сказать, что это не ФАШИЗМ , то я ему просто плюну в морду.