Горизонтальная Россия
Собирается ежемесячно 39 355 из 50 000
Межрегиональный интернет-журнал «7x7» Новости, мнения, блоги
  1. Горизонтальная Россия
  2. «У женского алкоголизма почти нет точки возврата». Как НКО в регионах помогают женщинам справиться с зависимостью

«У женского алкоголизма почти нет точки возврата». Как НКО в регионах помогают женщинам справиться с зависимостью

Алексей Уханков, Екатерина Малышева, Александр Гнетнев
Коллаж Марии Старцевой

На четырех пьющих мужчин, по статистике, в России приходится одна женщина с проблемами с алкоголем. Но в реальности женщин, страдающих от зависимостей, больше, так как они реже обращаются за помощью. Женщины опасаются общественного осуждения и перспективы лишиться родительских прав или потерять работу. Региональная общественная благотворительная организация «Центр профилактики наркомании» из Петербурга привлекла некоммерческие организации из 10 регионов России в проект помощи и поддержки алко- и наркозависимых женщин. Как региональные общественные организации решают проблему в своих городах и селах — в материале «7х7».

Псков. «Главное — не переборщить с помощью»

Психолог и экономист Юлия Авалян пришла в псковский Независимый социальный женский центр в 2018 году. За три года она поняла: людям «помогающих» профессий, таким как она, приходится нелегко: постоянное обучение, борьба с профессиональным выгоранием и работа, которую всегда трудно полностью оставить на работе.

У Юли — трое детей, забот по дому хватает, но ей ни разу не захотелось бросить начатое.

Юлия Авалян. Фото Никиты Егорова 

За время проекта центр помог 262 псковитянкам. Юлия работала с более чем половиной из них. Среди них были женщины, которых привели к специалистам личные проблемы, связанные с алкоголем или наркотиками, или аналогичные проблемы у их близких. По словам Юлии, большинство обратившихся за помощью — созависимые: их мужья или близкие родственники пьют или употребляют наркотики. А еще алко- и наркозависимость и домашнее насилие, как правило, тесно связаны.

Благодаря участию в проекте центр заключил договоры с наркологическим диспансером, реабилитационными организациями и профилактическими службами, с которыми до этого не сотрудничал.

— Мы координируем работу так, чтобы наших клиенток ждали в учреждениях помощи. Пришла бы туда женщина сама, со стороны, и так неуверенная в себе, закомплексованная, с чувством вины и стыда, а тут еще уборщица, например, пол моет и бросит ей: «Че ты ходишь тут, топчешь?» Она бы сразу развернулась и ушла — в ее состоянии ей кажется, что все кругом ее шпыняют. Сопровождение и направление к специалистам дают женщине уверенность в том, что ей помогут, ее обращение не оставят без внимания, — объяснила Юлия.

Одно из главных правил центра — не работать с клиентками, которые находятся в запое, с похмелья или употребляют наркотики. Сначала — реабилитация в профильных учреждениях.

Затем с каждой клиенткой сотрудник центра составляет индивидуальный план работы: например, две недели для того, чтобы собрать все документы и встать на учет в центр занятости. Если по каким-то причинам женщина не выполнила намеченную цель, то это — ее выбор.

Уважать свободу выбора клиентки — это второе важное правило работы центра.

— Мы ни в коем случае не проделываем всю работу за нее. Наше правило — не переборщить с помощью, ведь мы все-таки не надзорное учреждение, которое лечит или делает обходы по домам с проверками, кто как живет, — считает Юлия. — Акцент нашей помощи на том, что женщина сама хочет поменять свою жизнь, а мы только помогаем ей в этом. Мы ни за кем не ходим и никого не контролируем.

Пришла — работаем, не пришла — человек имеет на это право. Не уважать это право было бы с нашей стороны непрофессионально. Если мы будем брать на себя больше ответственности, это будет для женщины медвежьей услугой и ничего кардинально в ее жизни не изменится.

Около 10–15% участниц проекта отказались от сопровождения специалистов центра. Не все из них достаточно мотивированы и готовы пройти путь изменений от начала до конца. Некоторые приходят из государственных центров социального обслуживания просто потому, что им сказали прийти. Они могут поговорить с психологом и составить план изменений, а потом исчезнуть навсегда.

Но есть и истории успеха.

Одна из них — история девушки из Псковской области, которая после смерти матери начала пить, развелась с мужем, потеряла работу. В кризисный центр обратились ее родственники. Девушка прошла несколько месяцев реабилитации, затем переехала жить из районного центра в Псков, поменяла окружение. Следующим шагом было трудоустройство: по иронии судьбы она нашла работу в алкомаркете. По словам Юлии, так получилось случайно: девушка искала стабильную работу с хорошей зарплатой. Сейчас у нее все хорошо.

Другая история — о том, куда может привести одиночество, если не знаешь, что с ним делать. Пожилая женщина, дети и внуки которой жили отдельно и были заняты своей жизнью, почувствовала себя ненужной и начала выпивать со своей соседкой. На телефон доверия центра позвонила ее невестка. По словам Юлии, специалисты порекомендовали дать женщине их контакты и представить как психологов:

— Мы совместно с психологами поработали с ее обидами и ожиданиями от родственников. Поняли, что ей одиноко и нужно какое-то занятие. Узнали, какие виды досуга есть в организациях для пенсионеров, и наша бабушка занялась скандинавской ходьбой! Наполнила время полезным занятием и поменяла свое окружение, чтобы нерастраченная энергия не переходила в недовольство родственниками.

Кострома. «У нас не принято помогать алкоголикам и наркоманам — зачем?»

Коренной костромич Андрей Котяшкин — профессиональный социолог и психолог. За его плечами — опыт предпринимательства, 10 лет преподавания в Костромском автотранспортном колледже, где учился сам, работа в сфере молодежной политики, в том числе организация пяти рок-фестивалей. Сейчас он — директор реабилитационных центров «Волга» (он в процессе создания) и «Дом на Волге» (о некоммерческой организации «Дом на Волге» упоминается в недавнем фильме Юрия Дудя про жизнь русской провинции), заместитель председателя общественной организации «Совет матерей» и — на общественных началах — замруководителя социального отдела Костромской епархии РПЦ (когда-то он окончил Костромскую духовную семинарию). Во всех этих организациях Андрей Котяшкин занимается одним и тем же — помогает людям с алкогольной и наркотической зависимостью. Только в разных формах.

Андрей Котяшкин, фото из личного архива

— Когда обижают слабого, мне всегда хочется за него заступиться, защитить. Даже если на каком-нибудь совещании на кого-то все ополчились, у меня возникает желание не дать этого человека в обиду. У нас принято помогать детям, пожилым, инвалидам, потому что понятно, зачем им помогать. А помогать алкоголикам и наркоманам — зачем? Приходится руководствоваться лозунгом ВДВ «Кто, если не мы?» ["Никто кроме нас"], — объяснил Андрей Котяшкин свой выбор. — Я верю в Бога, верю в жизнь после смерти, верю в то, что душа очищается, когда ты кому-то помогаешь.

Причем помощь своим близким — это одно, ты помогаешь и можешь рассчитывать на отдачу, на взаимность. А помогая постороннему человеку, ты не ждешь, что к тебе это добро вернется. Но это сильно тебя преображает.

13 лет назад он сам бросил курить, а потом отказался и от алкоголя, посчитав, что иначе не очень честно рассказывать кому-то о вредных привычках и зависимостях, призывать жить без веществ, изменяющих сознание.

Андрей говорит, что у алкоголизма и наркомании есть гендерная специфика: женский алкоголизм и женская наркомания страшны тем, что женщина — это будущая мать.

— Есть так называемый фетальный алкогольный синдром. Это пороки развития плода, вызванные употреблением алкоголя матерью в период беременности. Все врачи о нем знают, но, в отличие от западных стран, в России об этом почему-то не принято говорить, — констатирует Андрей и рассказывает историю костромички, которая справилась с зависимостью: — У нее уже пять детей, и она счастлива в материнстве. Вообще, дети для женщины — это мощный стимул изменить свою жизнь, выбраться из колеи.

По его словам, Костромская область входит в число регионов — лидеров как по употреблению алкоголя на душу населения, так и по дефициту квалифицированных медицинских кадров в сфере оказания наркологической помощи. Около 13 тыс. жителей региона находится под наблюдением наркологов, из них более 3200 — женщины.

Проблема женской наркомании более заметна, чем женский алкоголизм. Но в части наркологической помощи женщины в Костроме обделены: если для мужчин работает стационар — наркодиспансер на Красной слободе, то для женщин открыто единственное отделение в психиатрической больнице в поселке Никольское под Костромой.

В реабилитационном центре «Дом на Волге» женщины живут отдельно, для них применяются свои методики, свои программы, поскольку часто зависимость у них либо вызвана, либо сопровождается физическим или психическим насилием со стороны мужчин.

Юрий Дудь (справа), Андрей Котяшкин (второй справа) на съемках программы про российскую глубинку

Когда Центр профилактики наркомании рассылал в регионы предложения участвовать в проекте, «Дом на Волге» тут же откликнулся, два года сотрудники реабилитационного центра проходили обучение в Петербурге, после этого на целевой грант открыли в Костроме социально-адаптационный центр «Дар» по адресу: улица Лагерная, 4. Сегодня специалисты центра — медиатор-психолог, психолог и семейный консультант — помогают девушкам и женщинам, страдающим алкогольной и наркотической зависимостью, работают с созависимыми, проводят профилактические мероприятия в учебных, пенитенциарных и лечебных учреждениях области. Один из инновационных методов их работы — консультирование по Skype жителей отдаленных районов.

Карелия, Муезерка. “Женщина в семье часто оказывается без поддержки”

Женщины, оказавшиеся пациентками наркологов, нередко идут к своей зависимости через традицию «светского пьянства», а подталкивает их к алкоголизму тесный круг выпивающих подружек.

— “А попробуем это, девочки. А попробуем это. В интернете прочли, что аристократы и дегенераты пьют это с вишенкой, а это — с ананасиком”. Сегодня с вишенкой, с ананасиком, а завтра — без закуски. А потом привычка пить по любому поводу, включая детские праздники. Тормоза в принятии спиртного может не оказаться. “Побежали еще, побежали еще, побежали еще!” А дальше утром кто-то не проснулся, у кого-то нет пульса, — объясняет суть теории «светского пьянства» представитель Российского Красного Креста Марианна Ролле, которая помогает зависимым женщинам и занимается профилактикой алкоголизма в глубинке Карелии, в поселке Муезерском. Муезерка находится в 400 км от карельской столицы Петрозаводска, здесь живут менее 3 тыс. человек.

Марианна Ролле (слева) с матушкой Юлией, супругой настоятеля Муезерского храма. Фото предоставило карельское отделение Российского Красного Креста

Марианна Ролле — медик по профессии. Она приехала на территорию нынешней Карелии из Ленинграда в середине 1980-х. Семья обосновалась в поселке Муезерском. По ее словам, в ту пору переезд в соседний регион открывал возможность купить кооперативную квартиру. Но вскоре глава семьи скоропостижно скончался, Марианна решила не возвращаться в северную столицу и осталась в Муезерке. Она работала заместителем главврача местной больницы, затем возглавляла центр социального обслуживания, стала председателем местного отделения Российского Красного Креста.

— В детстве я жила в самом, так сказать, бандитском центре — бывший Петербург Достоевского. Он теперь и есть Петербург Достоевского. «Кто на улицу вечером попал, заблудился и пропал» — в общем, в прямом смысле по этому стихотворению. Тем не менее мы без сопровождения ходили в школу, мы гуляли в этом Пушкинском садике, мы так же бегали-играли между этими улицами. Но мы знали, как и где себя вести. Мы знали, как не нарываться, понимаете? — говорит Ролле. — Пришли «лихие 90-е». И девочки [в Муезерке] начали вести себя так, что у меня появился за них страх. Они стали раскованными, утратили чувство самосохранения.

Ролле начала вести беседы с поселковой молодежью, используя свой питерский опыт. Те доверяли ей тайны, она гарантировала анонимность. Но умение жить и «не нарываться» плохо увязывается с привычкой регулярно пить спиртное, выпивать «по случаю» или гулять на корпоративах. Общественница из карельской глубинки весьма радикально высказывается против таких «традиций». «Корпоративная тусовка часто кончается, извините, праздником плодородия. А в итоге потом — слезы, потеря работы и вообще неизвестно что», — объясняет она.

В августе 2019 года карельское отделение Российского Красного Креста вошло в проект помощи женщинам, попавшим под алкогольную и наркотическую зависимость. Представители отделения провели анкетирование, чтобы понять, по каким причинам и с какой регулярностью пьют женщины. В опросе приняли участие 59 женщин от 25 до 55 лет и 90 пожилых женщин (60+). В употреблении алкоголя признались 91% взрослых и 85% пожилых участниц опроса.

В итоге участниц проекта поделили на три возрастные группы: в первой находятся подростки 10–17 лет и молодежь до 24 лет, во второй — женщины от 25 до 59 лет, в третьей — «60+».

Как поясняют в карельском отделении Российского Красного Креста, в каждой возрастной группе есть свои факторы риска. Представительницы молодежной группы чаще ведут себя рискованно. В зрелом возрасте спиртное появляется в ответ на растущий уровень тревожности и стресса дома и на работе. В пожилом возрасте женщины сталкиваются с серьезными изменениями в укладе жизни, которые тоже могут подтолкнуть к регулярной выпивке, — это социальная изоляция после выхода на пенсию, потеря близких.

Вне пандемии участницы групп посещают священника, собираются на встречи и общаются с волонтерами. Формируя группы, Марианна Ролле приняла во внимание особенность работы в деревенских условиях, где все друг друга знают и нередко связаны личными симпатиями и антипатиями. Она организует встречи так, чтобы в одном зале не оказалось враждующих односельчан, настроения которых могли бы перечеркнуть весь «терапевтический эффект».

— Чаще идет индивидуальная работа. В группах работа у нас была максимум по 12 человек. Я все-таки здесь живу больше 30 лет. Я не собираю тех, кто друг другу неприятен. Здесь даже есть «вендетта» кланами. Это во всех селах, тут никуда не денешься, — говорит специалист.

Представительница Красного Креста подтверждает популярное утверждение о том, что полностью страдающего алкогольной зависимостью не излечить. Есть пьющие алкоголики и есть непьющие алкоголики, считает Ролле. «Завязка» — еще не исцеление, но важный шаг.

Например, как в истории одной многодетной семьи: муж и жена смогли вытащить себя из запоев, заручились поддержкой родных и общественников, на материнский капитал купили неблагоустроенный дом с земельным участком в другом районе поселка, подальше от своей старой компании. Жизнь наладилась.

Главная проблема, по словам общественников, в том, что пьющие женщины чаще, чем мужчины, отказываются признать свою болезнь:

— Мужчины признают, что это плохо, но — «Да, я пью, я вот такой, я сякой». Женщина скажет: «Я? Да вы что?» То есть им труднее признавать, что у них зависимость.

Председатель карельского отделения Российского Красного Креста Валентина Полищук говорит, что женский алкоголизм долгое время находится в скрытом состоянии, ситуация обретает критический оборот: пациентка не обращается к врачу до последнего.

— Я сравниваю женский алкоголизм с раковой опухолью. Он есть внутри. Он растет-растет. Его мы не видим. Ни одна женщина не говорит: «А мы там вчера с Машей собрались и выпили». Об этом мужчины очень открыто говорят. Когда мы видим, что женщина уже в алкоголизме, уже точки возврата практически нет, — говорит Полищук. — Страдающие от алкогольной зависимости дамы очень поздно попадают в руки специалистов. Традиционно женщины сами занимают место «спасателей» в семьях, отправляя к наркологу спивающегося мужа. В обратной ситуации, когда в помощи нуждается сама женщина, она часто оказывается без поддержки.

Петербург. Гендерный подход и национальные традиции

Центр открылся в пик заболеваемости наркоманией в стране и участвовал в разработке первой программы профилактики наркозависимости. По словам проектного директора Андрея Невского, тогда в обществе появился запрос на помощь со стороны некоммерческого сектора, государство не справлялось с этой проблемой.

Скоро в организации поняли, что одной профилактики мало, нужна реальная помощь тем, кто уже столкнулся с наркозависимостью, и открыли специальную службу помощи «Социальное бюро» — горячую линию и очную социальную и психологическую помощь для наркозависимых, ВИЧ-инфицированных и их близких. Программы поддержки прошло более 3 тыс. человек. Такие же бюро были созданы в восьми регионах России. За последние шесть лет в центре реализовано несколько программ профилактики (в том числе среди беременных) и помощи женщинам, которые попали в зависимость.

В 2007 году центр инициировал создание Балтийской сети НГО против наркотиков — неформализованного объединения негосударственных гуманитарных организаций из региона Балтийского моря.

Первые гендерно ориентированные проекты помощи в петербургском центре появились пять лет назад. Тогда на уровне ООН прозвучала информация: чтобы реабилитация и помощь были эффективными, нужно учитывать пол того, кто попал в беду. Норвежский опыт показывает, что результаты реабилитации женщин в однополых группах намного выше, чем в смешанных, потому что женская алко- и наркозависимость отличается от мужской. Профилактика в семьях, где растут девочки, тоже работает лучше.

— По данным Национального научного центра наркологии, привыкание и алкозависимость у женщин развиваются быстрее, а обращаются за помощью они позже и реже из-за стигматизации в обществе, — рассказывает Андрей Невский. — К женскому алкоголизму и наркомании отношение в обществе менее лояльно, чем к мужскому. Женщины с алкогольной зависимостью обращаются в первую очередь под давлением родственников или в связи с психологическими проблемами. Наркозависимые — из-за социальных проблем или проблем с законом.

Получается, что привыкают женщины быстрее, а помочь им труднее. И если мужчина еще может как-то рассчитывать на помощь женщины, которая рядом с ним, то женщинам надеяться не на кого — партнеры спасают их редко.

Вместе с тем, говорит Андрей Невский, во многих регионах по-прежнему нет структур, куда женщины с зависимостью могли бы обратиться за профессиональной и комплексной социальной помощью. Отношение к государственной помощи у них остается довольно настороженным: они боятся дополнительных проблем, постановки на учет, огласки и общественного порицания. Профилактика часто проводится не на постоянной основе, а в разовых акциях, месячниках, или ограничивается введением запрета на продажу алкоголя. Такие меры в лучшем случае имеют краткосрочный или недостаточный эффект и ситуацию кардинально не меняют.

— Внутренняя мотивация на изменения у многих женщин, попавших в беду, тоже невысока. Поэтому часто они возвращаются в ту же среду, из которой вышли и в которой, например, совершили преступления, связанные со сбытом и незаконным оборотом наркотиков. Например, не более 5% алко- и наркозависимых женщин, которые освобождаются из мест лишения свободы, по выходе из колоний обращаются за помощью. Это притом, что в тюрьмах мы уже оказывали им какую-то первичную помощь. К сожалению, впоследствии большая часть таких женщин совершает повторные преступления. В 2017 году уровень рецидивной преступности среди женщин составлял 39,7%. А для преступлений, связанных с наркотиками, — еще выше, — говорит Невский.

Материалы по теме
Мнение
12 фев
Алексей Соколов
Алексей Соколов
Я не про митинги, я про гражданскую позицию и мировых судей
Мнение
16 дек 2020
Валерий Семенищев
Валерий Семенищев
Регионы объединяются против «заводов смерти»
Комментарии (0)
или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий, как зарегистрированный пользователь.
Стать блогером
Свежие материалы
Рубрики по теме
ЗдравоохранениеКарелияПсковская областьКостромаОНКИсторииОбществоКостромская область

Хватит читать Москву!

Подпишись на рассылку о настоящей жизни в российских регионах

Заполняя эту форму, вы соглашаетесь с Политикой в отношении обработки персональных данных
Нам нужна ваша поддержка
Мы хотим и дальше давать голос тем, кто прямо сейчас меняет свои города к лучшему: волонтерам, предпринимателям, активистам. Нас поддерживают благотворители и спонсоры, но гарантировать развитие и независимость могут только деньги читателей.
Ежемесячно
Разово
Сумма
100
200
500
1000
2000
Нажимая на кнопку «Поддержать» вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности
Отправить сообщение об ошибке/опечатке
× Закрыть
Ваше сообщение было отправлено администратору. Спасибо за вашу внимательность!