Кто и зачем уничтожил рыболовную отрасль Тверского региона? · «7x7» Горизонтальная Россия
Горизонтальная Россия
Выбрать регион
Тверская область
  1. post
  2. Тверская область

Кто и зачем уничтожил рыболовную отрасль Тверского региона?

Игорь Горев
Игорь Горев
Добавить блогера в избранное

Кто и зачем уничтожил рыболовную отрасль Тверского региона?

 

Несколько десятилетий назад Селигерский край еще называли Жемчужиной Валдая или Русской Венецией, а столетиями ранее о селигерских рыбаках было известно по всей России и даже за границей империи. Царь Петр отправлял в помощь шведскому королю искусных осташковских рыбаков, чтобы они поделились со шведами опытом рыбной ловли. После выполнения царского указа они вернулись на Родину.

Озеро Селигер в те времена служило открытой научной лабораторией для первых в истории рыбоводов — теперь их называют ихтиологами. Первый русский рыбоводный завод «Никольский рыбоводный завод» — был построен именно здесь, он и сейчас стоит на озере Велье, входящем в озера Селигерской группы (Новгородская область). Долгие годы на Селигере работала научно-исследовательская станция, здесь была организована одна из первых биологических станций имени И. П. Бородина (1908−1916 гг.), впоследствии ставшая Осташковским отделением ГосНИОРХ. Ее главной задачей было добиться от рыбаков, чтобы и уловы были высокими, и рыбные запасы не подрывались, а увеличивались, и качество их росло. На том же Осташковском рыбзаводе трудился коллектив в 200 человек, в помощь которому работало еще 11 колхозных рыболовецких бригад, теперь от завода остались руины, а профессиональные рыбаки и рыбопромышленники пополнили армию безработных.

Рыбак отдыхает на улове ряпушки

Две области — одно озеро

Исторически сложилось так, что озеро Селигер находится на территории сразу двух областей: Новгородской и Тверской. Новгородской области принадлежит одна десятая часть Селигера, а девять десятых — Тверской области. Озеро одно и то же, природные условия одинаковы, погода и законы, да и люди, живущие у озера, по большей части родственники или знакомые, все вроде похоже, только в Новгородской области рыболовство сохранилось, строятся новые рыбзаводы, живут и благоустраиваются исконные рыбацкие поселения, создаются рыбопитомники, рыбная отрасль развивается, а Тверская часть деградирует и, по последним данным, ей угрожает экологическая катастрофа.

Сегодня мы смело можем утверждать, что причина этого — халатное, бездарное, а в отдельных случаях и преступное отношение местных управленцев к собственному народу и природным ресурсам. Убрав с тверских водоемов хозяйствующие субъекты, власти лишили водные объекты не только рационального использования, но и постоянного контроля. Теперь контроль за состоянием озера Селигер лежит на единственной организации, у которой заключен договор на слив очищенных стоков в озеро Селигер, и получается так, что мы судим об экологии озера по отчетам той организации, которая и является главным источником загрязнения.

Губернатор Тверской области Игорь Руденя рыбачит на Селигере   

В Новгородской части Селигера сохранилось право на ведение промысла, на площади 700 га организованы три рыбные фермы, ведется активная работа по сохранению и воспроизводству водно-биологических ресурсов, растет благосостояние населения, благоустраиваются населенные пункты. Только за один 2019 год денежный товарооборот рыбаков и рыбоводов из Новгородской части Селигера составил более 200 млн руб. и, что бы кто не говорил, но в этой части озера вы гарантировано поймаете рыбки на удочку, отдохнете на ухоженных берегах, искупаетесь в чистой воде, вы точно не увидите огромных свалок и помоек, загаженных берегов и отравленной фенолом воды, как в тверской части Селигера, расположенной в Осташковском округе, где нет порядка, нет постоянного контроля и нет рыбы, а разница лишь в том, что новгородские власти считают рыболовный промысел целесообразным, а тверские — НЕТ. В течение 14 лет, с того времени, как Тверская область в 2006 году отказалась от промысла, она, по расчетам, в сравнении с результатами работы новгородских рыбаков, потеряла 2 млрд 800 млн руб., и это без учета того, что площадь тверского Селигера в девять раз больше. Это только прямые убытки, а если учесть рабочие места, занятость населения, рождаемость, налоговые и другие поступления, массовое браконьерство на тверской части Селигера, то становится понятно, почему сегодня город Осташков по внешнему виду можно смело сравнивать с только что освобожденным Сталинградом.

Владимир Путин и Дмитрий Медведев на Ильмене

В чем причина происходящего

По-моему, главная причина происходящего — банальная коррупция и жадность местных чиновников, для которых хозяйствующие субъекты на федеральных водных объектах являются помехой для распределения денежных потоков, в противном случае ведь придется осваивать государственные средства на зарыбление озера под наблюдением и по согласованию с этими хозяйственниками. Именно поэтому мы уже 14 лет видим, как Селигер зарыбляется видами рыб, которые никогда здесь не жили и жить не будут. Каждый год чиновники осваивают десятки миллионов рублей на зарыбление озера толстолобиком, амуром, сазаном, карпом, но даже школьники знают, что в нашей рыбоводной зоне эти виды рыб не отнерестятся. В 2018 году в Селигер выпустили мальков осетровых рыб, но старожилы помнят, что в советские времена на протяжении нескольких лет подряд запускались сотни тысяч мальков осетровых и, как видно из отчетов того же ГосНИОРХа, всех мальков съели хищники или они погибли.

До введения тверскими чиновниками запрета промрыболовства в регионе, работало 42 рыбодобывающих предприятия. После того, как эти предприятия лишили лицензии, без работы остались тысячи человек. Другую работу рыбакам не предложили. Городские жители еще могли найти работу, а жителей сельской местности поставили перед выбором — заниматься браконьерством или умереть с голоду, ведь другую работу в исконно рыбацких поселениях найти трудно, а в некоторых случаях ее просто нет.

Рыбаки на Селигере в 1900-х годах

Рыбные запасы в цифрах

Напомню, что рыбохозяйственный водный фонд нашего региона значительный: 667 рек протяженностью 17,1 тыс. километров (3% общей длины российских рек), 747 озер площадью 112,7 тыс. га (0,5% общей озерной площади), восемь водохранилищ площадью 113,6 тыс. га (2% общей площади искусственных водоемов России). По подсчетам Верхневолжского отделения ГосНИОРХ, запасы рыбы только в Иваньковском, Угличском, Верхневолжском водохранилищах и озере Селигер составляют 8,4 тыс. тонн. Это около 1% процента рыбного потенциала внутренних водоемов всей России. Объективно говоря, ихтиофауна Тверской области является серьезной базой увеличения добычи рыбы в стране. Тем более, что правительство поставило задачу импортозамещения. Но даже в этой ситуации Министерство природных ресурсов и экологии Тверской области считает возрождение промышленного рыболовства нецелесообразным.

По экспертным оценкам, число рыболовов-любителей на Селигере составляет более 400 тыс. человек, они вылавливают в среднем за год 450−500 тонн рыбы. С организацией рыболовного туризма на озере объемы вылова рыбы, вероятно, возросли. Но все равно они не достигнут возможного общедопустимого вылова. По полученным данным, только в Иваньковском, Угличском, Верхневолжском, Вазузском водохранилищах, Мологском отроге Рыбинского водохранилища и озере Селигер объемы общедопустимого вылова составляют около 4,4 тыс. тонн. По мнению ихтиологов, без ущерба для рыбных ресурсов оптимальный допустимый вылов может быть на уровне 30% от общего количества этих запасов, то есть 2,5 тыс. тонн. Любители-рыболовы столько не выловят, а при отсутствии регулирования поголовья путем оптимального вылова происходит естественная гибель этих тысяч тонн рыбы и, как результат, вместо того, чтобы попасть на стол потребителя, эта рыба оказывается на дне тверских водоемов в виде продуктов гниения, что естественно загрязняет их. Браконьерство же приобрело массовый характер, ведь контролировать сотни тысяч нелегальных добытчиков гораздо сложнее, чем четыре десятка официальных предприятий и индивидуальных предпринимателей.

По данным ГосНИОРХ, потенциал Тверской области — 5 тыс. тонн дикой рыбы в год, это говорит о том, что жители региона могли бы обеспечить годовой оборот только благодаря продаже свежей рыбы на 500 млн руб. Запрет промрыболовства действует 14 лет, а значит прямых убытков принес региону около 7 млрд руб. Но чиновникам не нужны хозяйствующие субъекты на тверских водоемах, ведь в этом случае трудно будет пускать миллионные рублевые потоки на сомнительные рыбоводномелиоративные программы, за эффективность которых никто не несет ответственность. В этой ситуации им просто безразлична судьба десятков разоренных предприятий, сотен умирающих рыбацких поселений и тысяч безработных.

 

Что лучше туризм или промрыболовство?

Оправдало ли себя создание свободной от промышленного рыболовства зоны под ширмой развития туризма, показало время, а именно, веками существовавшую экономическую отрасль разорили, а новая за 20 лет «развития», кроме дыры в бюджете, региону не принесла ничего. Но одно уже очевидно: Тверская земля утратила один из стариннейших видов предпринимательства — рыбный промысел, а вместо этого получила миллиардные убытки. Мы ни в коей мере не против туризма, но делать его основной экономической отраслью, да еще за счет населения и уничтожения реальных экономических отраслей — это большая ошибка.

Пример у нас совсем рядом — Новгородская область, где как раз промысел стал локомотивом развития десятка экономических отраслей, за короткое время созданы новые рыборазводные предприятия, рыбопитомники, организованы сотни рыбоводных участков, построены рыбоперерабатывающие предприятия, живут и работают исконно рыбацкие деревни и поселки, на водоемах контроль и порядок, и вместе с этим растет и туриндустрия целого региона. А ведь для изменения ситуации в соседней Тверской области требуется только принять разумное решение, которое бюджету принесет только прибыль, правда, при этом чиновники потеряют возможность единолично управлять денежными потоками, осваивая каждый год программы на зарыбление и очистку водоемов. Может быть, это главная причина нынешней позиции Министерства природы Тверской области по проблеме промышленного рыболовства?

Пока же остается только радоваться, что хотя бы одна десятая часть Селигера находится не в Тверской области, а на Новгородской земле, где сохранились традиции, устои и преемственность поколений, где стоит еще Первый русский рыбоводный завод и строятся новые, где рыболовный промысел стал основой развития территории в целом. И как же горько и обидно смотреть на огромную тверскую часть, некогда богатого рыбой, красивейшего озера, где разрушили и уничтожили все то, чем гордились ранее.

Я, как исполнительный директор КСПК «Родина», обращаюсь ко всем заинтересованным общественным организациям с просьбой дать оценку целесообразности возрождения промышленного рыболовства в Тверском регионе и озере Селигер (Осташковский район) в частности.

Материалы по теме
Мнение
10 июн
Алексей Полухин
Алексей Полухин
Парковки и вертолетные площадки — «двигатели» регионального туризма
Мнение
5 июн
Алексей Полухин
Алексей Полухин
История, принципы и культура нашей власти — распилить несколько сотен миллионов, а не помочь детям и родителям
Комментарии (0)
или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий, как зарегистрированный пользователь.
Стать блогером

Новое в блогах

Рубрики по теме

Промышленность

Тверская область

Хватит читать Москву!

Подпишись на рассылку о настоящей жизни в российских регионах

Заполняя эту форму, вы соглашаетесь с Политикой в отношении обработки персональных данных