Мы требуем немедленно освободить Светлану Прокопьеву · «7x7» Горизонтальная Россия
Горизонтальная Россия
Выбрать регион
Права человека
  1. post
  2. Права человека

Мы требуем немедленно освободить Светлану Прокопьеву

Лев Пономарев
Лев Пономарев
Добавить блогера в избранное

Заявление участников Конгресса интеллигенции

Прокуратура запросила для псковской журналистки Светланы Прокопьевой, обвиняемой в оправдании терроризма, шесть лет колонии общего режима и четырехлетний запрет на профессиональную деятельность.

6 июля в псковском суде состоится оглашение приговора.

Не все из нас могут приехать в Псков, чтобы в зале суда выразить поддержку Светлане Прокопьевой. Но мы не можем остаться в стороне.

3 июля в своем последнем слове Светлана Прокопьева сказала главное о свободе слова и сути профессии журналиста в современной России:

«…Я журналист, и в основе моей профессии лежит конституционное право на свободу слова. Оно детализировано в федеральном законе „О СМИ“, который обязывает журналиста информировать общество о значимых событиях и проблемах и дает право публично высказывать свое личное мнение. Это моя работа, за нее меня и судят.

И вот, на одной чаше весов — Конституция, а на другой — ведомственные инструкции Роскомнадзора. Сотрудница этого квазицензурного органа, увидев, что машина выискала текст со словом „теракт“, осознала, что перед ней „серьезная статья“, и составила карточку „о нарушении“ — толком не понимая, в чем именно нарушение, потому что специального образования у нее нет: „Я же не эксперт“, — говорила она в этом процессе. Далее карточка, согласно инструкциям, пошла долгим бюрократическим путем от одной инстанции до другой, и в результате оказалось попрано не только конституционное право на свободу слова и мнений, не только статус журналиста, закрепленный в федеральном законе, но и сама основа права — презумпция невиновности, поскольку я, напомню, уже наказана отъемом вещей и денег, причем еще даже до начала суда.

Что характерно, ни один из госорганов, вовлеченных в процесс, не заметил и не устранил этот дисбаланс. Это уже говорит о нездоровье нашей правовой системы.

Но все-таки есть еще более важная тема. Привлеченный мною специалист, Юлия Александровна Сафонова, выступая перед судом, отметила, что государство сознательно ограничивают свободу слова, когда речь идет о возбуждении вражды и ненависти. Это причина, по которой в принципе становятся возможны уголовные дела „за слова“. Позднее Юлия Александровна пояснила, что имела в виду. Она напомнила, что такие ограничения впервые стали появляться в законодательстве демократических стран после Второй мировой войны, когда мир осознал, к какой катастрофе привела нацистская пропаганда. Тогда ведь тоже были „просто слова“.

Это серьезная проблема и ответственнейшая развилка: как, привлекая к борьбе с языком вражды силу закона и государственного принуждения, одновременно сохранить и свободу слова. Как избежать абсурдных уголовных дел, когда за личное мнение мне, например, грозит по запросу прокурора шесть лет лишения свободы и четыре года запрета на профессию. Или когда за комментарий в соцсети человек оказывается под арестом и затем в колонии. Мы же с вами прекрасно понимаем, как эти примеры далеки от слов и речей, которые привели в Бухенвальд и Освенцим.

Я много думала об этом и, кажется, поняла, в чем соль. Нацистская пропаганда, которая закончилась геноцидом целых народов, мировой войной и гибелью миллионов, была государственной пропагандой. Адольф Гитлер, организатор величайшего в истории преступления против человечности, был лидером государства. Геббельс, чье имя стало нарицательным, был госслужащим, — министром пропаганды. И рядовые исполнители Холокоста, те, кто расстреливал и пытал в концлагерях, тоже состояли на службе государства, они „действовали по инструкции“ и „просто выполняли приказ“.

Если обратиться к истории, мы увидим, что самые массовые убийства мирных людей были организованы силами государств. Культурная революция в Китае (порядка 100 миллионов пострадавших) — официальная политика правящей Коммунистической партии Китая в 1966–1976 годах. Большой террор в СССР (более 1,5 миллиона жертв за два года, 1937–1938-й) — проводился силами органов госбезопасности. Геноцид армян в 1915 году (1,1 миллиона жертв) был поддержан правительством Османской империи. Резня в Руанде (от полумиллиона до одного миллиона жертв среди народа тутси за четыре месяца 1994 года) была организована правительством хуту.

Именно государственная власть, попавшая в руки циничных и жестоких людей, становится самой страшной угрозой для безопасности граждан. Допустив узурпацию власти преступным политиком, партией или хунтой, граждане рискуют лишиться всего — начиная от имущества и права на мнение и заканчивая свободой и правом на жизнь. Но преступная политика начинается не с преступного умысла — нет, всегда есть „высокие цели“ и „благородные мотивы“ типа возрождения величия нации, защиты суверенитета или борьбы с внутренним врагом. Именно поэтому в преступную политику так легко вовлекаются рядовые исполнители, которые просто следуют инструкциям и выполняют приказы.

Репрессии развиваются постепенно. Невозможно предугадать, когда ограничение прав и преследование инакомыслия превратится в концлагеря и расстрелы. История говорит нам о том, что такое превращение возможно даже в самом культурном и цивилизованном обществе — при условии соответствующей государственной политики и пропаганды. Именно поэтому и нужна свобода слова — чтобы вовремя забить тревогу. Нужны независимые медиа, журналисты, оппозиционные политики и активисты, чтобы своевременно сказать правящему большинству: «Ау! Оглянитесь! Вы встаете на скользкий путь!» Именно поэтому главным и основным объектом критики для СМИ всегда было и будет государство — система власти с аппаратом принуждения, способным стать инструментом массовых репрессий.

Мне не страшно критиковать государство. Мне не страшно критиковать правоохранительную систему и говорить силовикам, что они порою не правы. Потому что я знаю, что по-настоящему страшно станет, если я этого не скажу, если никто не скажет.

Я не претендую на истинное мнение — таких не бывает. Любой человек может заблуждаться и допускать ошибки, и не каждый раз критика справедлива. Но пусть лучше будет в том числе необоснованная критика, чем не будет вообще никакой. Чем больше идей мы обсуждаем, чем шире представленный спектр мнений — тем легче обществу принять правильное решение и выбрать оптимальный путь развития. Тем проще избежать новой гуманитарной катастрофы, от которых человечество, увы, не застраховано.

Я прошу уважаемый суд, принимая решение по моему уголовному делу, брать в расчет не только докладные записки и протоколы, но и самые общие принципы, на которых строится наше общество. Это свобода слова, это статус журналиста, это миссия прессы. Я выполняла свою работу. Я не сделала ничего, что выходит за рамки моего профессионального долга. Никакого состава преступления в этом нет».

Полностью поддерживая позицию, высказанную в последнем слове Светланой Прокопьевой, восхищаясь ее мужеством, мы требуем ее немедленного освобождения.

Лев Тимофеев, писатель

Лев Пономарев, правозащитник

Валерий Борщев, правозащитник

Материалы по теме
Комментарии (1)
или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий, как зарегистрированный пользователь.
Леонид Зиман
5 июл 18:33

Как известно, бороться следует с причинами, а не со следствиями по любому делу. Если мы хотим действительно (а не на словах) бороться с проявлениями терроризма у 17-летнего подростка, мы должны выявить причины этого поступка. Именно этим и занялась Светлана Прокопьева, тем самым проявила себя как ПОДЛИННЫЙ БОРЕЦ С ТЕРРОРИЗМОМ. Те, кто всячески пытается помешать выявлению причин, являются, по сути, защитниками террористических акций и заслуживают самого строгого наказания.
Светлана Прокопьева с честью выполнила свой журналистский долг. Она попыталась выявить причины теракта с самоубийством, совершенного 17-летним подростком. Словесные возмущения подобными фактами без попытки выявить их причины - просто сотрясение воздуха. А если это сотрясение воздуха одновременно служит поводом помешать выявлению причин теракта, то это это прямая поддержка терроризма (не просто оправдание - поддержка).
Уголовное преследование Светланы Прокопьевой, на мой взгляд, ПРЕСТУПЛЕНИЕ.
К сожалению, не смог присоединиться к петиции в защиту Светланы Прокопьевой (не удалось это сделать по интернету). Считайте мой комментарий присоединением к этой петиции.
Леонид Зиман, литературовед, переводчик.

Стать блогером

Новое в блогах

Рубрики по теме

Права человека

Суд

Хватит читать Москву!

Подпишись на рассылку о настоящей жизни в российских регионах

Заполняя эту форму, вы соглашаетесь с Политикой в отношении обработки персональных данных