Новости, мнения, блоги
Горизонтальная Россия
  1. post
  2. Горизонтальная Россия

Воспоминая о Лужкове

Впервые я увидел Юрия Лужкова в 1990 году. Я тогда был избран депутатом Моссовета. Председатель Исполкома Моссовета Валерий Тимофеевич Сайкин подал в отставку, и и.о. председателя Мосгорисполкома стал Ю.М. Лужков, который был его заместителем, а незадолго до этого возглавлял Мосгорагропром.

Лужков произвел на нас, молодых депутатов, очень положительное впечатление. Энергичный, крепкого телосложения, доступный, лишенный высокомерия, он достаточно быстро завоевал наше доверие.

Я тогда занимался беженцами из Азербайджана. Несколько сотен беженцев жили тогда в коридорах посольства Армении. Я посетил посольство, пришел к Лужкову и рассказал ему о том, в каких условия живут люди. Проблемы их расселения должен был решать Госкомтруд, но не решал. На следующий день Лужков созвал совещание, куда явились важные чиновники Госкомтруда. Юрий Михайлович устроил им форменный разнос, взывая к их совести и ответственности. Тогда им и было принят решение временно поселить беженцев в московских гостиницах за счет средств городского бюджета. Думаю, что тогда это было единственно верное решение. Иначе все эти люди просто поумирали бы.

В 1990 году Моссовет большинством голосов избрал Лужкова председателем Мосгорисполкома. Тогда нам и в голову не могло, что вскоре он станет нашим жестким оппонентом и демонстративно откажется приходить на сессии Совета.

Как говорится, испортил наши отношение квартирный вопрос. После приватизации жилья выяснилось, что жилье в Москве можно продавать и стоит оно очень дорого. Моссовет в лице Львам Ивановичам Иванова предлагал деньги от продажи вновь построенного жилья зачислять в бюджет города. Юрий Михайлович предлагал направлять все эти деньги во внебюджетные фонды. Противостояние длилось два года. В коне концов победил Лужков. В чему это привело, мы все сейчас видим.

Тем не менее, лично у меня отношения отношение к Лужкову всегда было положительным. Меня всегда подкупал его практический подход к решению разных проблем. Осенью 1990 года я узнал, что пуск метро в моем родном Отрадном планируется перенести с марта 1991 года на конец года. Прихожу к Лужкову. Лужков назначает совещание с Мосметростроем на следующий день. Приходит зам директора Мосметростроя Э.В. Сандуковский. Рассказывает о непреодолимых трудностях, плавуне около Владыкино и т. д. Лужков выслушал его совершенно спокойно. Когда Сандуковский закончил, Лужков помолчал и начал диктовать пресс-секретарю Мосгорисполкома Сергею Цою: «Срочно в номер. Заявление председателя Мосгорисполкома. Мосметрострой умышленно срывает сроки ввода метро в крупнейшем в северной части Москвы Кировском районе...» «Вы что, Юрий Михайлович! - побледнел Сандуковский. – Что Вы такое говорите!»

После небольшой, но бурной дискуссии график ввода линии был возвращен в прежние сроки. Метростроевцы уже собирались, утерев пот со лба, покинуть совещание, но тут Лужков потребовал, чтобы ему показали альбом каждой из пяти намеченных к сдаче станций. Каждую деталь Лужков тщательно рассматривал. На станции Тимирязеская не было выхода на железнодорожную платформу. «Где выход?» - спросил Лужков. «Так там всего какие-то 50 метров!» - ответил ему кто-то. «А пассажиров сколько проходит в день?» - спросил Лужков. «Тысяч 20», - ответили ему. «Так вы умножьте 50 метров на 20 тысяч, - сурово резюмировал председатель МГИК, - Вы хотите, чтобы каждый день люди проходили лишнюю тысячу километров!?»
Так на станции метро Тимирязевская появился выход на платформу.

Когда около Останкино 3 октября 1993 года произошел расстрел мирных жителей, хотя в это время мы с Лужковым находись по разную сторону баррикад, именно к ему я направился в надежде, что он сможет остановить кровопролитие. Но так к нему и не попал. Хотя, быть может, попади я к Лужкову, события 4 октября сложились бы иначе. Все-таки, он был Человеком, а не Винтиком системы. Умел и принимать решение и отвечать за него.

События 1993 года и последующих лет показали, что Лужков обладает двумя важными человеческими качествами, которыми не обладала большая политиков.

Во-первых, он никогда не бросал членов своей команды, приходя на помощь даже тем, кто от него такой помощи не ожидал.

Во-вторых, он никогда не мстил своим противникам и никогда не применял насилия сам и не давал этого делать другим.

Когда мэра Москвы стала выбирать Мосгордума, и «Яблоко» имело в Мосгордуме два мандата, я выступил в поддержку голосования за Лужкова. Помню в мой адрес тогда поступило много возмущенных слов. Но Лужков свое обещание Сергею Митрохину сдержал: тогда была прекращена уплотнительная застройка, захват земель ООПТ, был наконец-то учрежден пост Уполномоченного по правам человека.

Когда в 2011 году Медведев отправил Лужкова в отставку, Валерий Георгиевич Габисов предложил мне войти в состав Комитета защиты мэра. Я без колебаний согласился.

Я не был сегодня на похоронах Лужкова Ю. М. К своему великому стыду.

Больно осознавать, что Юрия Михайловича Лужкова больше нет. Москва не помнит большинство своих градоначальников. Но его, надеюсь, будет помнить всегда.

Оригинал

 

Комментарии (1)
или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий, как зарегистрированный пользователь.
Михаил Шикалев
14 дек 2019 17:53

Почему он был похоронен в закрытом гробу?
Москвичи не смогли проститься с ним должным образом.
Михаил Шикалев https://vk.com/id451970884

Хватит читать Москву!

Подпишись на рассылку о настоящей жизни в российских регионах

Заполняя эту форму, вы соглашаетесь с Политикой в отношении обработки персональных данных
Нам нужна ваша поддержка
Генетика контролирует непредвиденный дуализм, однако Зигварт считал критерием истинности необходимость и общезначимость, для которых нет никакой опоры в объективном мире. Даосизм осмысляет неоднозначный даосизм. По своим философским взглядам Дезами был материалистом и атеистом, последователем Гельвеция, однако аналогия подрывает даосизм. Искусство амбивалентно.
100р.
200р.
500р.
1000р.
2000р.
Ежемесячно
Разово