Новости, мнения, блоги
Выбрать регион
Республика Карелия
  1. post
  2. Республика Карелия

Настало время фильтрования базара. Не померкнет ли современное искусство без перченых обзывательств?

Если говорить обо мне языком вражды или прямолинейным бесхитростным языком народа, не сильно-то подбирающим эвфемизмы и синонимы, получится вот что:
Старая жирная либерастка, с отвратительным характером и неприятным лицом. 

Но современный мир изобрел толерантные аналоги. И уже если описать меня этим нейтральным и вегетарианским способом, то получается иная я:
Пышная и свободолюбивая леди возраста счастья, принципиальная и экзотичная.

На языке вражды говорила вся наша предыдущая культура. В русской классике, в золотых романах, признанных шедеврами мировой классики, сплошь встречаются жиды и чухонцы, старые 27-летние женщины, калеки, музы, которые прекрасны без извилин. Те, кем мы гордимся, кто вшит нам в культурную программу матрицы, были ксенофобами, эйджистами, сексистами, легко и остроумно стравливая в красивых словах нации, социальные слои, М и Ж, но этого никто не замечал. Потому что писатель отражает эпоху. К диким временам были приставлены дикие летописцы, которые стенографировали все, что видят вокруг.

Теперь человечество учится подбирать слова, чтобы использовать язык как инструмент коммуникации, а не разобщения. И я думаю, не померкнет ли современное искусство без всех этих перченых обзывательств. Ведь мне очень нравятся фильмы, которые высмеивают чрезмерную толерантность. Я люблю циников. И люблю тех, кто называет вещи своими именами. Но вот тут-то и кроется отгадка. Именами, которые нам дают другие или теми, которым мы сами себя называем? На одном из ЛГБТ-семинаров меня научили простой формуле. Когда я растерялась от обилия вариантов сексуальных ориентаций, полов и гендерных идентичностей, я спросила у организатора: а как к ним обращаться. И мне дали очень просто исчерпывающий ответ: «Просто подойди и спроси напрямую: как к вам обращаться?» И теперь у меня нет ступора, я спрашиваю. И уважаю желание человека, для которого самоидентификация – это путь к себе. И человек дошел. И это ценно и вдохновляюще. А те названия, которые дают нам другие – это ярлыки. Стигма. Шаблон. С которым сейчас борются те, кто не согласен. А борются как? Просто переименовываются.

Мне нравится время фильтрования базара. Несмотря на то, что в компании друзей я позволяю себе говорить на старом добром (ни фига не добром, циничном и злом) языке. И это мне тоже нравится. У меня циничный круг друзей. И я люблю в этом близком кругу распуститься, как будто снять лифчик после долгого дня. А на большую публику я стараюсь не транслировать свой поросший нафталином олд-скул. Лицемерная позиция? Да. Но я осознанно переключаю регистры, пока во мне еще работают старые программы. Двойная мораль присутствует у многих. Даже у тех, по кому больно бьет язык вражды. Я слышала, как человек с инвалидностью глумился над толстой девочкой, надувал щеки, изображая, какая она круглая и необъятная. Я бесилась, когда гей, обиженный на мир за гомофобию, сам позволял себе фразы: «Эти нестабильные лесби». В свою очередь, знакомые лесбиянки потешались над 70-летней женщиной, указывая (за глаза, конечно, что лучше бы она носки вязала внукам, а не по европам шарилась). Все обижают всех – и это придает интересность нашим разговорам. И как от этого избавляться?

Как человек, склонный к литературному времяпрепровождению, я переживаю, а что станет с телом текста, когда из него антибиотиком толерантности вытравят все злобные вставочки. Будет ли чтение таким увлекательным, как прежде, если в нем останутся только взаимоуважение, права человека и гендерно-нейтральная лексика.

Переживаю за злобную русскую литературу, короче, я.

Оригинал

Комментарии (0)
или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий, как зарегистрированный пользователь.