Горизонтальная Россия
Выбрать регион
Права человека
Собирается ежемесячно 16 409 из 50 000
  1. post
  2. Права человека

Два сюжета не про это. Размышления об СКР и правах граждан

Александр Аникин
Александр Аникин
Добавить блогера в избранное

Конечно, деятельность правоохранителей в паблике обсуждать не так просто. этому есть несколько причин: во-первых, следствие и оперативные действия всегда имеют скрытую подоплеку, которая нам, обывателям, малоизвестна; во-вторых, всегда приходится осознавать, что из такого общественного обсуждения непонятно, каким боком это выйдет зачинщику. Но времена "кухонных" обсуждений канули в лету, теперь "кухня" заменена Интернетом, и, если есть что сказать, то лучше это сделать открыто...

В Свердловской области, под конец рабочей недели, активность Следственного комитета России при поддержке Федеральной службы безопасности внесла в информационную повестку два ярких события:


  1. У главного редактора нижнетагильского агентства новостей «Между строк» Натальи Вахониной 18 августа 2016 года, в рамках возбужденного уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 282 УК РФ («Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства»), в связи с размещением в одной из социальных сетей медиафайлов, содержащих признаки возбуждения ненависти либо вражды, был проведен обыск. Как сообщают СМИ аудиофайл, который вызвал внимание следователей, был выложен Натальей в социальной сети в 2011 году и вот теперь послужил поводом для проведения следственных действий.

  2. Обыски в офисе фирмы некого гражданина Дружинина, который ранее сознался в даче взятки через посредников главе Министерства по управлению государственным имуществом Свердловской области Алексею Пьянкову. Он-лайн трансляцию следственных действий вел один из порталов Екатеринбурга, который не только выкладывал фото- и видеоматериалы, но и комментировал происходящие оперативные действия, фактически принимая в них участие. В публикациях описывалось происходящее мероприятие и пересказывались показания Андрея Дружинина, четко определялась позиция следствия по характеру инкриминируемых ему преступлений, а также вводились в публичный оборот новые "эпизоды" в отношении руководства свердловского министерства.



  3.  
  4.  



Чем эти события интересны и поучительны? Если в случае с Натальей Вахониной профессиональное журналистское сообщество взяло на свой контроль развитие ситуации, дав в очередной раз всем пользователям социальных сетей повод для переосмысления контента, который ими используется или когда-либо использовался, то в случае с Андреем Дружининым остаются вопросы. Первый вопрос возник сразу после появления первого "репортажа". С каких пор оперативно-следственные действия и тайна следствия стали сотрудниками Следственного комитета России раскрываться с такой легкостью и становится темой публикаций еще на стадии расследования уголовного дела?

В соответствии со статьей 161 Уголовно-процессуального кодекса РФ "Данные предварительного расследования не подлежат разглашению, за исключением случаев, предусмотренных частью третьей настоящей статьи". Часть третья статьи конкретизирует норму: "Данные предварительного расследования могут быть преданы гласности лишь с разрешения следователя, дознавателя и только в том объеме, в каком ими будет признано это допустимым, если разглашение не противоречит интересам предварительного расследования и не связано с нарушением прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства".

Итак, в интересах следствия по "Делу МУГИСО" организация информационных поводов в отношении министра Алексея Пьянкова и его замов Артема Богачева и Константина Никанорова в средствах массовой информации, это понятно. А вот насколько учтены законные интересы обвиняемых? В устоявшейся практике до вынесения решения суда о признания вины каждый гражданин России является невиновным, виновность доказывается в судебном заседании на основе предоставленных доказательств. Почему данные доказательства предъявляются следствием общественности до суда? Не является ли отсутствие у обвиняемых возможности предъявления в публичном информационном пространстве доказательств своей невиновности нарушением их прав? Как минимум права на защиту всеми доступными способами? Не является ли публикация подобных материалов, с разрешения следствия, действиями, порочащими честь и достоинство обвиняемых?

Как не вспомнить, что Следственный комитет наложил табу на изучение членами Общественного совета при МУГИСО официальных документов ведомства и Правительства Свердловской области, относящихся к  сделке по приобретению "по завышенной цене" здания в Екатеринбурге, которые не только изобилуют подписями высокопоставленных чиновников Свердловской области, но и отразили возможный алгоритм "коррупционной схемы", вменяемой фигурантам уголовного дела. Документы засекретили, а вот позицию обвинения и свидетелей, возможных "соучастников" следствие считает возможным презентовать? В действиях следствия я усматриваю явное нарушение прав обвиняемых и требований Уголовно-процессуального кодекса РФ. Думаю, что по данному поводу справедливо будет обратиться в орган надзора - Прокуратуру Свердловской области.

Нужно признать, что в случае с государственными служащими, понятие профессионального сообщества отсутствует. Если творческие Союзы становятся не только на защиту трудовых прав, но и достоинства своих представителей,  то Общероссийский профессиональный союз работников государственных учреждений и общественного обслуживания, ограничивается только защитой трудовых прав, совершенно игнорируя гражданские права служащих государственных и муниципальных учреждений. Пассивная позиция профсоюза оправдана боязнью влияния на ход расследования подобных уголовных дел. Но не о влиянии на следствие и его результат речь, а о правах служащих на объективность информирования общественности о том, что делают служащие во время выполнения своих должностных обязанностей. Формирование образа взяточника, облеченного властью и полномочиями профсоюзом не оспаривается, а поощряется, как и поощряются действия следователей разного уровня на "взброс" различного типа информации.

Я не являюсь адвокатом или защитником Алексея Пьянкова, министра по управлению государственным имуществом Свердловской области, который обвиняется в получении взятки. Я "свечу не держал", но ущербный характер следственных действий, когда вместо официальных комментариев Пресс-службы ведомства в СМИ приходится читать подробности процессуальных действий и показания свидетелей вызывают мое возмущение. С таким же успехом можно про каждого министра, начальника управления или департамента, да даже про Губернатора области Евгения Куйвашева опубликовать не один материал с участием "свидетелей" их "преступлений"...

Кстати, урок из "дела Натальи Вахониной" мной вынесен. Кто знает, как могут трактоваться песни группы "Запрещенные барабанщики" "Убили негра" (может она относится к разжиганию национальной и расовой розни, а я не уследил за решениями судов), не является ли оригинальный текст Найка Борзого "Маленькая лошадка" содействием в распространении наркотиков? Аудиозаписи, от греха подальше, мной из аккаунтов в социальных сетях мной удалены!

Оригинал

Комментарии (0)
или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий, как зарегистрированный пользователь.
Стать блогером

Новое в блогах

Рубрики по теме

Силовики

Хватит читать Москву!

Подпишись на рассылку о настоящей жизни в российских регионах

Заполняя эту форму, вы соглашаетесь с Политикой в отношении обработки персональных данных
Нам нужна ваша поддержка
Мы хотим и дальше давать голос тем, кто прямо сейчас меняет свои города к лучшему: волонтерам, предпринимателям, активистам. Нас поддерживают благотворители и спонсоры, но гарантировать развитие и независимость могут только деньги читателей.
Ежемесячно
Разово
Сумма
100
200
500
1000
2000
Нажимая на кнопку «Поддержать» вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности