Собирается ежемесячно 52 487 из 250 000
Межрегиональный интернет-журнал «7x7» Новости, мнения, блоги
  1. Рязанская область
  2. А видно ли дно?

А видно ли дно?

Александр Бехтольд
Александр Бехтольд
Добавить блогера в избранное
Это личный блог. Текст мог быть написан в интересах автора или сторонних лиц. Редакция 7x7 не причастна к его созданию и может не разделять мнение автора. Регистрация блогов на 7x7 открыта для авторов различных взглядов.

Можно сомневаться в объективности оценки степени экономического и социального упадка страны, когда об этом говорят представители оппозиции действующей власти.

Однако когда о том же говорят государственные институты и их представители, сомневаться в их объективности не приходится.

 

Судите сами.

 

http://subscribe.ru/digest/economics/news/n2106406116.html

 

В прежние годы, внося на рассмотрение Думы очередной проект бюджета, правительство не уставало подчеркивать его социальную направленность: мол, все для человека, все во имя человека. Теперь, при разработке бюджета-2016, власти предпочитают об этом не вспоминать. Расходы по самым «человеческим» статьям — на образование и здравоохранение — заметно сокращены, зарплаты бюджетникам, несмотря на текущий взлет годовой инфляции почти на 16%, не индексируются вовсе, а пенсионерам индексируются лишь на 4%.

Как будет чувствовать себя социальная сфера в результате всех этих ударов, рассказывает директор Института социального анализа и прогнозирования Российской академии народного хозяйства и государственной службы Татьяна Малева.

— Исходя из анализа проектировок вносимого в Думу бюджета-2016, какая из социальных проблем видится вам наиболее острой?

— Та, что связана с недоиндексацией пенсий. Из всех вариантов решения этой проблемы, правительство выбрало самый экономный.

Индексация в 4% вообще никак не соотносится с ожидаемым прогнозом инфляции. Тем самым бюджет идет на прямое сокращение реального размера пенсий.

Остроту этой проблеме добавляет тот факт, что, если посмотреть историю доходов в постреформенной России за последние 25 лет, мы увидим, что пенсии упали глубже всего остального — заработной платы, пособий. Только к 2010 году, благодаря валоризации (разовое увеличение денежной оценки пенсионных прав граждан, имеющих трудовой стаж до 2002 года — Е.А.) пенсионных прав и подтягивания минимального размера пенсий до уровня прожиточного минимума, мы достигли реального размера пенсий, который был в начале реформ 1990-х годов. Двадцать лет ушло на то, чтобы вернуть пенсиям покупательную способность. И вот сейчас, во время кризиса, их вновь обрушивает принимаемый ныне бюджет. Это большая ошибка властей.

— Но почему? Ведь сокращение бюджета — не прихоть правительства, а жесткая необходимость, диктуемая экономическим кризисом…

— Как показали события последних двух лет,

в стране, по сути, есть только два вида ресурсов — нефть и люди. Нефть рухнула в цене, остались люди.

Как раз они-то и есть самый надежный из всех ресурсов, инвестиции в людей рано или поздно дадут экономический рост. Нефть же будет определяться обстоятельствами, не связанными с российской экономикой, на нефтяные котировки мы влиять не можем. Получается, что один ключевой ресурс делает нас заложниками ситуации, а другой мы добровольно отказываемся поддерживать. Поэтому я считаю, что во время кризиса нужно было изыскивать возможности для поддержки людей, и даже идти на больший дефицит бюджета, если это требуется. Прогноз большинства экономистов, и мой в том числе — кризис будет длительный, он только начинается, и в самом его начале обрушивать реальные доходы людей — в корне ошибочно.

— Насколько болезненным окажется решение по неполной индексации пенсий?

— Правительство считает, что индексация пенсий в 4% касается только 38 млн. пенсионеров. Это заблуждение. Модель потребления и модель выживания строится не на индивидуальной стратегии, а на стратегии домохозяйств — то есть семей. Между тем, около 40-45% российских семей включают в свой состав пенсионеров. И мы знаем по опыту 90-х годов, что даже низкие пенсии, когда они выплачивались, служили «подушкой безопасности» против роста бедности семей в ситуациях, когда более молодые их члены теряли работу или сталкивались с невыплатами зарплаты. Потому что пенсии в такой ситуации поддерживают минимальный потребительский бюджет домохозяйства, выполняют роль социального гаранта. Следовательно, грядущая недоиндексация пенсий будет уменьшать бюджеты 40-45% российских домохозяйств. То есть, реальным последствием данного решения будет нарастание риска бедности не среди пенсионеров, а практически у половины населения страны.

— Правительство утверждает, что реальные доходы граждан упали на 2-3%, а реальные зарплаты — на 9-10%. Согласны ли вы с такими данными?

— Доходы одно время демонстрировали более умеренный спад, а сейчас они уже устремились вслед за зарплатами. Потому что факторы, которые поддерживали доходы, в том числе пенсии, перестают работать, и доходы будут падать, может быть, даже более глубоко, чем заработные платы. У нас уже за минувший год произошло большое сокращение доходов — по сути, «схлопнулся» весь их рост, который был достигнут за предыдущие три-четыре года. И нет никаких оснований ожидать, что этот рост восстановится. Падение может замедлиться просто по арифметической причине: база для сравнения будет от месяца к месяцу понижаться, и в связи с этим темпы снижения реальных зарплат могут оказаться не 9-10%, а 7-8%. Но это не отменяет того факта, что доходы населения, скорее всего, будут сокращаться.

— Насколько бьет по кошелькам людей инфляция?

— Судя по всему, к концу года мы будем иметь инфляцию от 13 до 15%. Именно инфляция влияет тотально на все доходы, обесценивая их, независимо от социальных и возрастных групп. Но риски, возникающие из-за высокой инфляции у разных социальных групп, — разные. Например, у работников — это риск потери работы и сокращения номинальной заработной платы. И это уже происходит: мы видим, как в стране сокращают выплаты, снижают надбавки, перестают платить бонусы. Причем, если с другими причинами падения доходов, такими как потеря работы или снижение заработной платы, отдельный человек бороться в состоянии, занимаясь поиском нового места или повышая квалификацию, то инфляции он ничего противопоставить не может.

— За последний

 

год в России резко — на 3 млн. человек — выросло количество бедных. Способны ли власти как-то бороться с этой напастью, или всем остается ждать лишь повышения цен на нефть?

— Тут уместно вспомнить, как вообще развивалась ситуация с бедностью в стране. В 90-е годы ее уровень превышал 30% всего населения, но она была неглубокой. Когда в «нулевых» начался экономический рост, ее удалось существенно сократить. Многие бедные граждане переместились в так называемый класс «ниже среднего», и в откровенную нищету не свалились. Сам экономический рост сократил уровень бедности относительно легко — без реструктуризации социальных выплат, без поддержки различных социальных групп. Но как только страна перешла от роста к рецессии, эта, казалось бы, благополучная траектория обернулась для нас бедствием. Поскольку в «тучные» годы так и не была создана разумная система социальной поддержки бедных на адресной основе, сейчас мы пожинаем последствия ее отсутствия. В течение 2015 года ликвидированы очень многие виды социальной поддержки, а некоторые «прозорливые» регионы еще в конце прошлого года отказались от многих социальных выплат. Поэтому бедность будет расти, и в этом смысле, действительно, единственной надеждой остается гипотетическое повышение цен на нефть.

Вырастут они, будет больше денег в бюджете — может, будут и пособия. И то я в этом не уверена. Абсолютно не факт, что доходы федерального бюджета конвертируются в институты социальной поддержки. Думаю, здесь будет нешуточная борьба с высокой вероятностью проигрыша социальной сферы оборонно-промышленному комплексу.

Этот выбор страна сделала уже давно, и он явно не будет пересмотрен.

— Официальная безработица в России не превышает 6% — вполне благополучный показатель по мировым меркам. В то же время есть много свидетельств того, что выросла скрытая безработица. Как вы в целом оцениваете ситуацию в сфере занятости?

— Действительно, 6% — совсем невысокий показатель. Собственно, низкая безработица — это наша традиция на всех этапах экономического цикла, будь то рост, кризис, расцвет или рецессия. За четверть века жизни в рынке Россия так по-настоящему и не узнала, что такое безработица. Но экономические законы работают, и во время кризисов давление на рынок возрастает. В результате рынок расширяет показатели частичной занятости, и это можно интерпретировать как скрытую безработицу. Человек готов работать полную рабочую неделю, но работодатель предлагает ему неполную — либо половину дня, либо два-три раза в неделю.

На рынке труда складывается своеобразный социальный договор, в рамках которого работодатель экономит свои издержки, не увольняя сотрудников, потому что Трудовой кодекс заставляет его нести непомерно высокие расходы в связи с высвобождением. Работник сохраняет свою занятость, что дает ему возможность нарабатывать трудовой стаж. А государство делает вид, что всего этого не замечает, поскольку оно тоже заинтересовано в такой ситуации, экономя на пособиях по безработице и тем самым сокращая свои финансовые обязательства.

— Насколько в целом нынешний экономический кризис обострил социальные проблемы в стране, и существуют ли факторы, способные привести общество к каким-то протестным, политическим выступлениям?

— Дело не только в кризисе, на социальную сферу влияют и долгосрочные факторы. У нас даже на этапах экономического роста многие социальные процессы носили не вполне благоприятный характер. Возьмем демографию — долгосрочный тренд задан предыдущими поколениями, и его изменить нельзя. Ничего нельзя поделать с тем, что каждое последующее поколение в России будет малочисленнее предыдущего.

Кроме того, если мы посмотрим на более длинный тренд, то вынуждены будем признать, что заработная плата и другие виды доходов незаслуженно упали гораздо глубже, чем просел ВВП. И это предопределило очень многие процессы в экономике. Низкооплачиваемый труд и низкодоходное население не могут быть эффективными. Этот урок мы уже не раз проходили на протяжении последних 25 лет. Смириться сейчас с падением доходов и заработных плат — значит признать неэффективность человеческого ресурса. Да, конечно, во время кризиса никто не богатеет. Но бояться надо не того, что в результате резкого обрушения доходов обострится социальная ситуация в стране. Бояться надо социальной апатии, когда население уходит в себя и умывает руки. С социально-экономической точки зрения это шаг назад, такая апатия затягивает на многие десятилетия. И даже если у нас появятся драйверы экономического роста, и мы будем ждать, что население быстро откликнется, этого может не произойти.

— Но откуда взялась эта апатия?

— В 90-х годах население очень помогло экономическим реформам, создало мощнейшую базу для неформальной экономики. Все предрекали социальный взрыв, а он не состоялся. Тем самым население как бы проавансировало правительство, которое проводило реформы. Стране удалось совершить этот невероятно тяжелый переход от одного типа экономики к другому. Долготерпение людей было вознаграждено. Казалось бы, сейчас мы находимся в таком же положении. Однако наш вектор направлен не вверх, а вниз. Нынешнее долготерпение россиян, возможно, потянет страну вниз. Население не встроилось в эту экономику, не стало ее субъектом. Оно выработало свои траектории, свои тактики и стратегии поведения, которые никак не соотносятся с проводимой государством политикой. Государство живет отдельно, население — отдельно.

— Не слишком ли вы идеализируете 90-е? Ведь даже сейчас, в кризис, уровень жизни людей и их доходы гораздо выше, чем были тогда.

— Что в 90-е спасло людей от голода, а многих от гибели? Во-первых, массовая неорганизованная торговля, символом которой были знаменитые «челноки». Сформировался огромный неформальный торговый сектор, стали возникать вещевые рынки и так далее. Но в конечном итоге этот сектор исчез, экономически проиграв мощным торговым сетям. Во-вторых, в 90-х в малых городах и на селе сформировался мощный сектор личных приусадебных хозяйств. Даже если он не приносил денежный доход, люди жили с земли. За годы экономического роста этот сектор превратился в дачные поселки с газонами, и тоже перестал существовать как источник прокормки домохозяйств. В-третьих, в каком-то виде сложился малый бизнес — пусть и специфический, со многими отрицательными чертами. Тем не менее, была предпринимательская свобода. Сейчас все попытки поставить на ноги малый бизнес ни к чему не приводят. Те административные барьеры, которые в последние годы были выстроены, закрыли двери в большую экономику перед малым бизнесом. В-четвертых, к началу 2000-х сложился пусть не очень мощный по численности, но заметный сектор некоммерческих организаций (НКО). Сейчас многие из них причислены к «иностранным агентам». Формально НКО продолжают работать, но возможности действовать свободно, по своему разумению, у них нет.

Вот те четыре ножки, которые отпилили у нашей рыночной табуретки, и стоять она без них не будет. Тот набор факторов, который предотвратил социальную катастрофу в 90-х, сейчас находится в нерабочем состоянии.

Возможно, будут выработаны какие-то другие механизмы, но пока я их не вижу. Поэтому все будет зависеть от скорости, глубины и продолжительности кризиса. Но если исходить из самого вероятного предположения, что кризис перейдет в затяжную вязкую рецессию, качество услуг будет падать. При том что чисто внешне вузы, школы, поликлиники будут работать. Как население ответит экономически на все эти вызовы, мы пока не знаем. Вариантов у него очень мало. По сути, только ждать милости от государства. Люди лишены возможности позаботиться о себе самим.

Материалы по теме
Мнение
13 окт
Максим Верников
Максим Верников
Кто больше всех заслужил Нобелевскую премию Мира?
Мнение
12 май
Ирина Бирюкова
Ирина Бирюкова
Служба пробации на базе ФСИН — бессмысленный проект и очередная кормушка
Комментарии (0)
или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий, как зарегистрированный пользователь.
Стать блогером
Новое в блогах
Рубрики по теме
Хватит читать
Москву!
Хватит читать Москву!
Подпишись на рассылку
о настоящей жизни в российских
регионах
Подпишись на рассылку о жизни в регионах
Заполняя эту форму, вы соглашаетесь с Политикой в отношении обработки персональных данных
ПРОДОЛЖАЯ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ САЙТОМ,
ВЫ ПОДТВЕРЖДАЕТЕ, ЧТО ВАМ УЖЕ ИСПОЛНИЛОСЬ 18 ЛЕТ
ПРОДОЛЖАЯ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ САЙТОМ, ВЫ ПОДТВЕРЖДАЕТЕ, ЧТО ВАМ УЖЕ ИСПОЛНИЛОСЬ 18 ЛЕТ
Нам нужна ваша поддержка
Мы хотим и дальше давать голос тем, кто прямо сейчас меняет свои города к лучшему: волонтерам, предпринимателям, активистам. Нас поддерживают благотворители и спонсоры, но гарантировать развитие и независимость могут только деньги читателей.
Ежемесячно
Разово
Сумма
100
200
500
1000
2000
Нажимая на кнопку «Поддержать» вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности
Отправить сообщение об ошибке/опечатке
× Закрыть
Ваше сообщение было отправлено администратору. Спасибо за вашу внимательность!