Права человека
Андрей Бабушкин Андрей Бабушкин Права человека 2

Отрывок из стенограммы встречи СПЧ с Путиным

А.Бабушкин: Уважаемый Владимир Владимирович, я тоже хочу коснуться проблемы, связанной с ОНК и правом нашего Совета как субъекта общественного контроля.
 
Я хочу привести Вам пример. Сейчас в СМИ очень долго поднимались вопросы, связанные с колонией № 7, где отбывает наказание Ильдар Дадин. Мы дважды ранее просили пустить членов Совета в эту колонию, чтобы ознакомиться с условиями содержания там заключенных, но получили отказ. Два года назад в одном из СИЗО города Челябинска мы обнаружили, что люди содержатся в камерах без окон, там просто нет дневного света, и не час, не сутки. Месяцами нам обещали этот недостаток устранить.
 
Когда мы написали письмо с просьбой пустить туда через год членов Совета, мы получили отказ. В одном из СИЗО мы обнаружили оголенные провода. В этом СИЗО за год до этого от удара током погиб человек, молодой, 18-летний парень, и когда мы попросили пустить нас туда через два года, чтобы проверить, как выполнены наши рекомендации, мы снова получили отказ.
 
Я думаю, что специфика нашей работы и специфика нашей деятельности как консультативного органа при Президенте предусматривает, что для того чтобы мы действительно могли Вас информировать о том, как дела обстоят в этих учреждениях на самом деле и в детских домах, и в больницах, и домах престарелых, и, конечно же, СИЗО и колониях, нам очень важно быть субъектом общественного контроля.
 
Что касается ОНК, ситуации с Дадиным. Рассказ Людмилы Михайловны показывает, что, к сожалению, институты общественного контроля в нашей стране пока что очень слабы. Эти «ростки» необычайно просто пока что погубить. Поэтому Совет во исполнение Вашего поручения подготовил ряд поправок к 76-му Федеральному закону, направленному на достижение одной цели – как сделать общественный контроль необратимым, эффективным и действительно повышающим доверие наших граждан к органам власти и правоохранительной системе?
 
После того, как наши поправки попали в Минюст, они были отредактированы. У Михаила Александровича есть чудесное выражение: «Отредактировать елку до вида телеграфного столба». Вот это произошло и с нашими поправками, они потеряли примерно две трети своего содержания и, более того, приобрели ряд опасных положений, направленных, напротив, на создание барьера для осуществления общественного контроля.
 
Уже год эти поправки идут через Государственную Думу. Они были приняты в первом чтении, и сейчас, Уважаемый Владимир Владимирович, мы подготовили ко второму чтению новую редакцию наших поправок. Эта редакция передана Сергею Владиленовичу, направлена Вячеславу Викторовичу, и мы очень просим Вас, чтобы Вы поддержали наши поправки к 76-му Федеральному закону. Мы убеждены, что именно на законодательном уровне необходимо создать барьеры для воспрепятствования общественному контролю и для разрушения общественного контроля непрофессиональным подходом при формировании общественных наблюдательных комиссий.
 
Кроме того, Владимир Владимирович, я хочу передать Вам несколько обращений по различным проблемам. Я про четыре проблемы очень коротко, телеграфно скажу. Уже несколько лет в Государственной Думе лежит поправка к 72-й статье Уголовного кодекса. Эта поправка о зачете сроков, чтобы у людей, что находятся в СИЗО, засчитывался день за полтора, если они направляются в колонию общего режима и так далее. Эта поправка была поддержана активно всеми субъектами, которые нам известны, но, к сожалению, до сих пор она вообще лежит без движения, хотя это позволило бы действительно сохранить здоровье огромного количества людей, а тем более московские СИЗО сегодня переполнены (если вычесть численность отрядов хозобслуги) в полтора раза, подмосковные СИЗО переполнены, некоторые в два с половиной раза. Я впервые в своей жизни увидел трехъярусные кровати, где между одним ярусом и другим расстояние 50 сантиметров. Сделать выше невозможно иначе люди будут ударяться головой об потолок.
 
Еще одна проблема, Владимир Владимирович, – это проблема помилования. Институт помилования необычайно важен, и есть целый ряд людей, которые не могут воспользоваться правом на УДО (условно-досрочное освобождение). Они просто до него не доживут. Вот я только что вернулся из Санкт-Петербурга, и там я беседовал с начальником тамошнего управления ФСИН России и он рассказал мне, что, несмотря на то, что, как правило, ходатайствуют о помиловании людей, которых просто нельзя спасти в уголовно-исполнительной системе, их заболевания такие, что лечить их надо на свободе, к сожалению, большая часть людей, которых поддержала региональная комиссия по помилованию, так помилованы и не были. За 10 лет ни одного помилования.
 
Я очень прошу Вас, Владимир Владимирович, может быть, дать поручение нашему Совету, чтобы мы подготовили предложения о том, как можно активизировать институт помилования.
 
И я направил Вам материалы по помилованию одного очень тяжело больного человека, инвалида-колясочника, инвалида I группы. Я буду Вам признателен, если Вы обратите на это прошение внимание.
 
И последняя проблема, она не касается ОНК. Владимир Владимирович, во время нашей с Вами первой встречи я передавал Вам наши предложения по защите культуры, языка, традиций коренных малочисленных народов. У нас здесь ситуация не хуже, чем в Европе на самом деле, но во всем мире идет эта чудовищная тенденция – маленькие народы исчезают. Это объективная тенденция, к сожалению. Но у нас есть ряд предложений, как можно эти народы спасти, как можно их национальную культуру, самобытность, часто появившуюся тысячелетия назад, сохранить. И очень просим здесь Федеральному агентству по делам национальностей, Совету при Вас по национальным отношениям, при участии нашего Совета дать поручение, чтобы мы подготовили эти предложения, и эти предложения могли бы действительно помочь спасти для будущих поколений язык, историю, культуру десятков коренных малочисленных народов нашей страны. Спасибо.
 
В.Путин: Что касается малочисленных коренных народов России, то совсем недавно обсуждали это на Совете по межнациональным отношениям. Безусловно, вопрос чрезвычайно для такой страны, как Россия, важен, обязательно этим позанимаемся. Эти вопросы, к сожалению, по остаточному принципу решаются, считается, что это не так важно, никто не обращает на них внимания, но на самом деле это не так, на самом деле они важны.
 
И по первой части – сейчас тоже без комментариев пока. Но согласен с Вами, нужно все это отработать, что касается контроля за тем, что происходит в местах лишения свободы. Давайте поработаем. Все, что возможно, все будем внедрять, и будем стараться преодолеваться эту косность соответствующих ведомств. Они там десятилетиями уже трудятся в этой сфере, всего, видимо, побаиваются. Если начать с ними говорить, они, наверняка скажут, знаете: придут, будут проверять, а у нас денег нет, чтобы лампочки поменять. Еще что-нибудь в этом роде. Но это все отговорки. Если, действительно, есть объективные вещи, мы всегда в состоянии понять эти объективные вещи. А когда сталкиваемся с произволом, то тогда проходить мимо этого нельзя, согласен.
 
Я сейчас не буду ничего комментировать. А в целом абсолютно сочувственно, что называется, и с пониманием отношусь к тому, что Вы сказали.
 
Пожалуйста.
 
Это личный блог. Текст мог быть написан в интересах автора или сторонних лиц. Редакция 7x7 не причастна к его созданию и может не разделять мнение автора. Регистрация блогов на 7x7 открыта для авторов различных взглядов.
После авторизации, имя в ваших комментариях
станет ссылкой на вашу страницу в соц. сети,
и появится возможность ставить оценки.
или
Представьтесь!
Авторизоваться через: 

Что-то не верится, что Путин серьезно займется проблемой осужденных

А вы совместите по времени медиаволну с Дадиным, всброс про сокращение расходов на питание зк и всброс про возможное создание коммерческих ИК.

Оставить комментарий
Авторизоваться для комментирования: