Республика Карелия
Председатель союза перевозчиков Карелии Сергей Падалка: Скажите честно, что мелкие перевозчики не нужны Республика Карелия 1
Сергей Падалка
Фото Сергея Маркелова

Карельские дальнобойщики с 27 марта не выходят на работу. Петрозаводск поддержал всероссийскую акцию протеста стачкой. Корреспондент «7x7» побеседовал с председателем союза перевозчиков Карелии Сергеем Падалка и узнал, какие последствия могут ждать страну из-за акции протеста, почему дальнобойщики снова бастуют по всей стране.

 

«Никто не хочет кипиша»

Сергей, мне сказали, что вам не очень понравилось то, как у вас взяли комментарий другие СМИ. Почему?

— Всем нужен экшн. Все хотят каких-то перекрытий дорог, улиц, трасс… Ребята, для чего это? Задачи другие стоят. Это стачка. Это невыход на работу. «Платон» — это последняя капля. Наши проблемы назревали в течение семи лет. Откройте любую статью, любой устав правил перевозки грузов, мы видим, что везде, во всем виноват перевозчик.

До этого вы бастовали — помогло?

— В общественной палате России нам производители рассказывали: «Парни, когда вы встали, мы как на работу бегали в Кремль, по понедельникам и средам к Медведеву, а по вторникам и четвергам к Дворковичу, [жаловались] что у нас коровы не доеные, у кого-то не кормленные, молоком забит склад, у кого-то производство встает — нет сырья, у кого-то полный склад готовой продукции, — и все это не ездит. И тут ставка с 3,73 падает до 1,53. Мы, конечно, считали, что это наша заслуга, правительство нас услышало. А правительство услышало производителей. И в каждой новостной ленте, в каждом выпуске новостей Медведев, Путин говорили о том, что «Платон» — это благо, мы ничего не отменим, было очень много пропаганды, и она была повсюду, со всех сторон тролли в сетях писали, что, мол, они отберут у вас работу, а крупные транспортники не встали на трассе, и многие поддались — вышли на работу. Сейчас мы получили то, что имеем.

Кота в мешке?

— Ситуация какая? Да, 1,53 хорошо, но грядет повышение до 3,06. Заявили о стачке — опять пропаганда по телевизору, тот же НТВ, программа «Чрезвычайное происшествие»: якобы мы такие плохие, дальнобойщики-протестанты и «пятая колонна», которая не хочет работать и наводит смуту за госдеповские деньги и заставляет настоящих, хороших дальнобойщиков перекрывать трассы, а если они откажутся, то будут применены к ним жесткие меры… Я вам сейчас любую листовку открою в интернете: хоть кто-нибудь призывал перекрывать трассы? Никто! Потом вдруг появляются 23 числа какие-то фейковые товарищи типа «Лени Голубкова», на встрече с премьером и начинают говорить слово в слово с выступления одного из наших координаторов, который выступал на РБК год назад. О том, что «Платон» не главное. Вот весовой контроль, режим труда и отдыха, и все остальное... Бог с ним, господин Медведев вроде бы нас услышал. И это хорошо! Результат — поручение Медведева из 12 пунктов. Не знаем теперь, радоваться или горевать.

В чем заключается ваша основная претензия?

— Основное требование — чтобы позвонили кому угодно с аппарата президента, и сказали: «Короче, давайте двух-трех нормальных своих толковых мужиков, приезжайте, будем разговаривать, что вас не устраивает, как вас не устраивает, и будем решать, как и что делать, чтобы устраивало всех». Либо уже скажите честно, смело, не прикрываясь какими-то бредовыми идеями, как нормальные мужики: «Вы, мелкие перевозчики, не нужны, наша задача — убрать вас с рынка». Все, вопрос закрыт. Даже бунта никакого не будет, люди будут решать свои проблемы. А сейчас Соколов кричит: «Надо часть грузов переместить на железную дорогу!». Вроде мы понимаем логически, что он несет чушь. Как вы перенесете на железную дорогу часть перевозок, когда у нас в стране далеко не плановая экономика? Вы как собираетесь людей заставить покупать вагонами или составами картошку, рыбу? Вы должны тогда задемпинговать по цене капитально, чтобы нас выдавить с этого рынка. Фактически объяснение ввода «Платона» как перераспределение нагрузки на железнодорожный транспорт не канает. Мы понимаем, что цель другая. А какая, не говорят.

Получается, все, чего вы хотите, — это сесть за стол переговоров?

— Конечно! Никто не хочет кипиша. Мне сейчас люди в возрасте говорят: «Вы хотите Майдан устроить». Вы в своем уме? Опомнитесь, какой Майдан, вы чего?! Мы просто хотим нормально работать, причем по законам, но по нормальным, справедливым законам. Я как перевозчик понимаю ситуацию, а обыватель говорит: «Чего вы там с этим „Платоном“ боретесь, вам дороги сделают». Ребята, какие дороги? Вы в своем уме? Взять калькулятор и посчитать: на 15 ноября заявлялось, что в России 2 миллиона транспортных средств, и они должны зарегистрироваться в «Платоне» и платить, и мы при ставке 3,73 соберем 40 миллиардов рублей. Я делю эти 40 миллиардов на 2 миллиона транспортных средств, и понимаю: чтобы им получить эти 40 миллиардов, нужно, чтобы машина проходила 8,5 тысяч [километров] в год. Пробег 8,5 тысяч в год себе не может позволить даже богатейшая компания, она разорится сразу. Средний пробег в год — сто тысяч километров. Там совсем другие суммы получаются, причем в десятки раз выше. Где эти средства? Кому задать вопрос?

 

Про пристальное внимание

Почему в Петрозаводске выбрана именно стачка? В других регионах, например, дальнобойщики встали на обочинах. Или это те, кто в рейсе?

— Был уже пример. Чего добились-то, стоя на обочине? Ничего. И даже если мы выйдем все, от Москвы до Петербурга встанем на обочине, мы ничего не добьемся, пока господа производители не побегут опять к Медведеву, к Дворковичу, к Путину. Когда они побегут, тогда мы чего-то добьемся. До тех пор на всех плевать. Не надо далеко ходить. Что сделал Дмитрий Анатольевич, когда увидел фильм про себя [речь идет о расследовании Фонда борьбы с коррупцией «Он вам не Димон»]? Он просто забанил Навального в фейсбуке. О чем мы говорим? «Какие-то дальнобойщики, ну, встали они на обочинах, хочется им там стоять, пусть стоят. Чего хотят-то? Плевать, что они хотят, наша задача собрать с них денег, и будем собирать». И к 27-му числу очень пристальное внимание. Есть прецеденты, активистов прижимают в регионах, причем прижимают хорошо.

 

Остановил инспектор ДПС, и начинается тягомотина: «А ваша аптечка, а документы? А почему у вас гаечки на колесе не хватает, а есть ли у вас „омывайка“ в бачке? А давайте мы вас продуем, что-то у вас из салона запах алкоголя идет. А, нет, все хорошо, но что-то мне ваш полис не нравится, давайте проедем в отделение».

 

Силовые ведомства прижимают?

— Да, с 25 числа начинают прижимать, причем безобидно вроде. Остановил инспектор ДПС, и начинается тягомотина: «А ваша аптечка, а документы? А почему у вас гаечки на колесе не хватает, а есть ли у вас „омывайка“ [жидкость для протирания лобового стекла дворниками] в бачке? А давайте мы вас продуем, что-то у вас из салона запах алкоголя идет. А, нет, все хорошо, но что-то мне ваш полис не нравится, давайте проедем в отделение, проверим ваш полис на подлинность». Приезжаешь в отделение, начинается: «А зачем вам это надо, а вот вам бумажка, подпишите предупреждение, что вы обязуетесь не организовывать никаких противозаконных мероприятий и, в любом случае, вы обязуетесь не организовывать даже законных мероприятий». Когда у нас здесь «улитки» были [акция протеста в Петрозаводске, когда дальнобойщики двигались по городу колонной], инспектора всех переписали, потом была тотальная проверка. На посту останавливали, брали документы и сверяли со списком. Если машина в этом списке, пытались докопаться по полной. Так что нам оставили только один законный способ. Ну, встанем мы на обочине, на трассе, покричим, позовем вас, «Нику» [местный телеканал], снимут они репортаж, дальше-то что?

Картинка красивая будет.

— Разве что. При том, что на трассе встать для количества мы, как статисты, готовы. А выйти на митинг, даже как статисты, люди не готовы, если помните, какие у нас были митинги. Но будем общаться, может в этом году созрели.

Сколько стоять будете, «стачковать»?

— Объявлена бессрочная, но скажу сразу: каждый должен для себя определить, сколько он может простоять, я не могу заставить людей стоять вечно.

Вечно-то, может, и не придется.

— Будем надеяться. Все будет зависеть от того, получилось у нас или нет.

Сколько человек встанет?

— Сейчас по стоянкам проедем, будем на субботу готовить собрание и общаться с ребятами, сколько готовы простоять. И, вообще, настроение. Потому что жертвовать своим бизнесом ради других никто не будет. Заставлять я не буду, пугать камнями и ершами в колеса, как в некоторых регионах, тоже не буду. Каждый для себя должен решить. Но сейчас гораздо больше людей настроены встать, чем в 2015 году.

К ним относятся водители крупных торговых сетей?

— Конечно, нет. У них свой бизнес, это совсем другая статья расходов. Крупные сети все-таки подконтрольны властным структурам. У крупных сетей кишка тонка закрыть все перевозки в России. То, что они возят сейчас в магазины, они возят со своих распределительных центров. Но в распределительные центры возим мы. 

 

«Говорят, что мы зажрались»

Плохо, что у вас нет мощных профсоюзов. Как было, например, в США во время забастовки сценаристов, когда все сериалы завершились досрочно, или в Италии во время забастовки дальнобойщиков.

— Там огромный профсоюз с огромным финансированием, с большим забастовочным фондом, который может поставить несколько тысяч транспортных средств и обеспечить семьи владельцев необходимым минимумом. А Россия есть Россия. Но профсоюзы у нас есть, даже слишком много профсоюзов. Есть очень умные, толковые ребята, которые готовы выйти на диалог с Минтрансом, войти во все рабочие группы, донести позицию всего профессионального сообщества.

 

Торгаши, пожалуйста, растут, как грибы, а реальных производителей душат, возить нечего, в стране нехватка грузов. Экономика киснет.

 

Как повлияли экономические проблемы в стране на работу?

— Говорят, что мы зажрались, у нас баснословные ставки. Все это бред. Закон спроса и предложения никто не отменял. Это элементарная экономика для детей десятого класса, она работает стабильно, тем более, при капитализме. Если есть много транспорта и мало грузов, то транспорт дешевеет. А когда грузов много, а транспорта мало, тогда транспорт дорожает. А у нас санкции, производство дорожает, даже не каждый месяц, а каждый день производство закрывается. Торгаши, пожалуйста, растут, как грибы, а реальных производителей душат, возить нечего, в стране нехватка грузов. Экономика киснет. Санкции остановили грузопоток из Европы. Перевозчики, которые возили продукты из Европы, тоже на шею сели — они либо остались без работы, либо перешли полностью на российский или европейский рынок. Из-за этого низкие ставки, низкая оплата труда, жуткие перепробеги, недосып водителей — люди пытаются выжить. Техника стоит бешеных денег и, если я взял кредит на нее, естественно, люди пытаются до последнего ее отбить и как-то выживать. Мне обидно сейчас это все бросить, а каково людям, которые в 90-х начинали.

Какие у вас основные проблемы? «Перевозчик везде виноват», а какие еще?

— Во-первых, сейчас принято решение наверху запустить автоматический комплекс весогабаритного контроля. То, что эти комплексы работают наперекос, никто не говорит. Прецедентов уже масса. Машина идет, у нее полуприцеп тентованный, на скорости ветром раздувает тент, он проходит под рамкой такого комплекса, рамка фиксирует нарушение, и автоматом «письмо счастья» на адрес владельца: штраф четыреста тысяч. Во-вторых, в уставе автомобильного транспорта прописано, что за погрузку груза в транспортное средство, безопасность движения и осевые нагрузки отвечает перевозчик. Фактически мой водитель, принимая товар, должен руководить чужими грузчиками, чтобы они ему погрузили правильно. Но никто тебя на территорию склада не запустит. А ради экономии средств там работают люди с других сопредельных государств, которые вообще не понимают ничего в плане погрузок. Они навалили, как навалили, ворота закрыли — езжай. И водитель попадает на вес по осевой нагрузке

Какие еще проблемы?

— Режим труда и отдыха. Мы за безопасное движение. Но не надо натягивать шкурку зайчика на зад медведя. Тупо берем европейский опыт, где восьмичасовой рабочий день и пытаемся внедрить в российские реалии. В Европе за восемь часов ты можешь совершить международную перевозку. Плюс отличные дороги, не такой дурной трафик. У нас за восемь часов я могу пройти только территорию Республики Карелия от Лоух до Олонца. Соколов [Максим Соколов, министр транспорта России] говорит, что молочка доставляется в радиусе ста километров — это бред сивой кобылы. Я перевожу продукты питания, мы йогурты возим из Петербурга в Новосибирск. С восьмичасовым рабочим днем, если я загружу молочку и поеду, соблюдая режим труда и отдыха, я эту молочку привезу прокисшей через три недели.

Обычно какой пробег?

— Средний пробег — 800-900 километров в день. Поэтому натягивать эту европейскую модель на российские реалии нельзя. Мы хотим сесть и разработать собственные стандарты. Я понимаю, у нас сейчас все, что американское, все чуждо, а вместо «американо» — «руссиано». Но, простите меня, там далеко не идиоты сидят, посмотрите на нашего «врага»: 14-часовой рабочий день, 6-дневная неделя у водителей в США. Расстояния практически такие же, как у нас. Правда, качество дорог намного лучше и трафик другой. Но почему не принять? Не хотим, и это ведь надо думать. Проще содрать с Европы. Ввели тахографы. Там есть такой блок СКЗИ. И нам говорят: «Это для того, чтобы мы не смогли корректировать информацию на контрольных устройствах». Но если я собираюсь соблюдать режим труда и отдыха, я его буду соблюдать. Мне не надо ничего корректировать. На худой конец откройте интернет, за полторы тысячи рублей вы можете купить корректор, который на входе в тахограф будет вам корректировать информацию, и этот блок СКЗИ будет записывать ее, и я могу ехать бесконтрольно столько, сколько захочу, и вы этого не увидите. Опять же блок криптозащиты. Для нас он стоит 18-20 тысяч рублей. Радиотехники уже раскрутили этот блок и выяснили, что стоит он 12 долларов.

А что касается «Платона»?

— «Платон» — это не налог. Это возмещение вреда, наносимого транспортными средствами массой свыше 12 тонн. Хорошо, если это вред, он должен быть материально обсчитан, и этот вред должен в каждом отдельном случае индивидуально рассматриваться. Почему когда едет фура 82 куба объемом и везет одну тонну пенопласта, она платит столько же, сколько соседняя фура, которая везет 20 тонн напитков. Мне непонятно.

То есть только по габаритам?

— В том-то и вопрос: Пла-тон — плата за тонну. Мы должны платить именно за то, что мы везем. Якобы дорога от прохода наших транспортных средств несет большие нагрузки, из-за чего разрушается «одежда» дорог. Я вам скажу: за рулем фур сидят люди, которых даже в академиях нет — филологи, математики, физики, химики, кого там только нет. В свое время, когда в 90-е людей раскидала жизнь, пошли кто куда, и очень многие пошли в этот перевозочный бизнес. Теперь они все жалеют, тем не менее там есть очень много умных людей. Мы просим полтора года, добиваемся у министерства транспорта: ребята, пожалуйста, откройтесь, почему вы носитесь с этим «Платоном», как со священной коровой? Мы наносим вред дорогам? Сначала вы говорили в 60 тысяч раз, потом 40, потом 20, потом 5. Господа министры, вы определитесь, в каком количестве мы наносим вред? Предоставьте общественности расчет этого ущерба. Если мы поймем, что действительно так и есть, мы вам поверим. Но никаких документов нигде не обнародовано.

 

«Мы решаем в режиме реального времени»

Вы сами сколько сможете простаивать?

— Могу себе позволить месяц простоять.

А пока вы стоите до субботы?

— До субботы — это сто процентов. При том, что сегодня [27 марта] люди только возвращаются, у меня две машины вечером придут из Мурманска.

Вы не зависите от какого-то центра? Если союз перевозчиков в Москве скажет прекращать, вы прекратите?

— В каждом регионе есть организация, я председатель союза перевозчиков Республики Карелия. Меня назначили, хоть я и не особо хотел. Есть региональные подразделения. Это все решается коллегиально, есть связь с регионами, мы общаемся, опять же, в смартфоне есть Viber, Whatsapp, рация «Зелло», мы в режиме реального времени решаем. Вплоть до того, что сегодня активистов в Туле защемили инспектора, тут же пошел кипиш, накидали кучу комментариев, советов, накопали через десятые руки правозащитника им, адвоката нашли в Туле, все в режиме реального времени. Также и по забастовке. Решено будет коллегиально. Единственное, некоторые были не согласны с политическими требованиями. Я тоже не согласен: если мы профессиональное сообщество, то должны заявлять профессиональные требования, а политические требования — это мнение сугубо каждого гражданина. Говорить за всех нет смысла, у каждого разные политические взгляды. Я могу сказать, что среди дальнобойщиков есть и ярые коммунисты, есть люди, поддерживающие и либералов, и «яблочников». С «едром», единственное, все очень плохо [смеется], очень плохо. Но мы должны решать свои профессиональные проблемы.


В России 27 марта началась акция дальнобойщиков против системы сбора платежей за проезд по федеральным трассам «Платон».


Сергей Маркелов, «7x7»

После авторизации, имя в ваших комментариях
станет ссылкой на вашу страницу в соц. сети,
и появится возможность ставить оценки.
или
Представьтесь!
Авторизоваться через: 
не воруй.
# 31 / 03 / 201718:10

Вова Димон , дай жить дальнобойщикам и их семьям.

Оставить комментарий
Авторизоваться для комментирования: