Кировская область
«Обвинение я не признаю!»: монологи Навального и Офицерова на суде по «Кировлесу» Кировская область 3
Фото Сергея Юферова

В Ленинском районном суде Кирова 12 декабря возобновилось повторное разбирательство по делу «Кировлеса», где подсудимыми являются оппозиционер Алексей Навальный и предприниматель Пётр Офицеров. За первую половину дня суд успел отклонить ходатайства защиты об отводе прокуроров и возвращении 500 тыс. руб. штрафа, которые подсудимые заплатили по итогам первого процесса. После этого начался собственно судебный процесс. Прокуроры зачитали обвинение по делу, которое в точности повторяло документ трехлетней давности.

«7x7» публикует монологи Навального и Офицерова в ответ на это обвинение.

 

Алексей Навальный

 

Алексей Навальный

— Уважаемый суд, мне очень легко [выразить] отношение к обвинению. Потому что здесь все старые друзья. Все те же прокуроры, те же самые приставы, из публики многие те же самые. Обвинение один в один, только вы у нас, получается, новенький [обращается к судье Алексею Втюрину, он пересматривает дело вместо судьи Сергея Блинова]. Все, кто присутствуют, не дадут мне соврать: я в первый день сказал, что пройдет время и мы докажем вам, что дело было сфабриковано от первого до последнего слова, что отменят этот приговор по «Кировлесу», что всем вам будет стыдно, что вы во всем этом участвовали. Я же говорил это! Сейчас, глядя на то, что вы делаете, я вам снова то же самое могу сказать. Вы просто взяли и зачли обвинение по полностью сфабрикованному делу. Ну, я не знаю, вы бы его хоть изменили как-нибудь, чтобы это все выглядело более прилично.

Все, что должен сделать суд по этому делу, — это две очень простые вещи. Первое: взять отпускные цены «Кировлеса» из бухгалтерии и убедиться документально, что Офицеров покупал у «Кировлеса» лес по цене выше, чем они продавали в среднем. У «Кировлеса» было миллион клиентов, которым продавали лес дешевле, чем Офицерову, но почему-то никого из этих клиентов не судят. Второе: нужно взять всю бухгалтерию «Вятской лесной компании» (ВЛК) Офицерова и убедиться, что они купили леса на 14,5 миллионов рублей, продали за 16 миллионов, получили полтора миллиона разницы и потратили ее в виде зарплаты сотрудникам, аренды офиса и налоги. Это два элементарных математических действия, которые показывают, что все это полная липа. Ну е-мое!

После того, как ЕСПЧ уже отменил приговор, после того, как усмеялась над этим процессом вся страна, все это выглядит очень смешно. Сначала вы говорите: «Посадите его на восемь лет!». Потом вы же — спасибо большое! — выходите в областной суд и говорите: «Давайте Навального все-таки отпустим». Ну что еще я могу тут сказать? Друзья, точно так же все это будет отменено. Вы начинаете читать обвинение, я думал, вы расхохочетесь. «Навальный, имея преступный умысел, создав преступную группу, желая преступно обогатиться». Вам не смешно? Нет ни одного доказательства, что я вообще имею отношение к этому ВЛК. А Офицеров — просто случайный человек, который сидит здесь уже во второй раз просто из-за того, что мы знакомы. Нет ни одного доказательства, что я получил хоть одну копейку от этого. Все в этом зале отлично понимают, почему проходит это дело «Кировлеса». Потому что тяжкое преступление отбирает у меня избирательное право. Если я занимаюсь разоблачением коррупционеров, нужно что-то такое, чтобы по телевизору каналы показывали, что Навальный сам жулик, украл весь лес Кировской области. Я не могу не согласиться, что эта тактика работает.

Я — юрист. И мне очень неприятно, что вся юридическая система используется для того, чтобы сделать какие-то телерепортажи и отнять у меня избирательное право. Куча приставов, улицу перегородили, посетителей [суда] не пускают с прямого входа, приходится обходить. Для чего это? Для того, чтобы вы все, взрослые люди, здесь сидели, на сто процентов понимая, что происходит, и тем не менее участвовали в этой позорной игре.

Это вносит определенные затруднения в мою деятельность, но, как и на первом процессе, я хочу сказать, что мы докажем, что это все фабрикация еще раз, и это никоим образом не остановит мою антикоррупционную деятельность. Формальные слова: обвинение я не признаю!

Во время речи оппозиционера судья Втюрин один раз попросил его говорить покороче и улыбался на некоторые реплики Навального.

 

Пётр Офицеров



Пётр Офицеров

— Я в Кирове периодами нахожусь с 2009 года. У меня к Кирову хорошее отношение, особенно к следователям Следственного комитета Кировской области по особо важным делам. Они провели в 2012 году настолько тщательное расследование всего этого дела, что даже допросили людей, про которых я не знал, что они знают обо мне. Они провели такой анализ документации, что в постановлении о закрытии уголовного дела были расписаны многие цифры о деятельности ВЛК, о которых я узнал впервые. За это им большой респект и уважение, они провели грамотную и профессиональную работу и закрыли дело за отсутствием состава преступления, потому что это обычная коммерческая деятельность.

Для того, чтобы было понятно, что такое ВЛК и что за миллионы оно заработало. Объем продаж ВЛК был 16 миллионов рублей, это купленный и проданный товар. Валовая выручка ВЛК была 7% от всего оборота. Все остальные деньги, я подчеркиваю, по безналичному расчету ушли на счет «Кировлеса». То есть «Кировлес», отправив товар на 16 миллионов рублей, получил их обратно, по всем документам, которые были предоставлены. Возникает вопрос, почему 16 миллионов рублей являются ущербом, если все деньги были получены [«Кировлесом»]?

Но для следователей в Москве это не было проблемой, была задача. Вопреки грамотной и качественной работе кировских следователей, они абсолютно бездарно сфабриковали в дело. Сделали так, что даже первокурсник юридического факультета видит то, где его сшивали.

Не могу сказать, что испытываю глубокую горечь, что из судебного процесса пытаются сделать вот такую штуку, потому что все эти дела не рассматриваются реально, а большая часть обвинения — это беллетристика. Мы же тут не Дарью Донцову разбираем, а уголовное преступление, если мы об этом говорим.

Все лесники, которые выступали здесь три года назад, говорили, что продавали большую часть продукции другим клиентам по более низкой цене. А закупки ВЛК превышали от 10 до 30% стоимости по определенным видам номенклатуры средней продажи ВЛК. Если это называется занижением цены, то это вопрос по математике следователям и прокурорам.

Верховный суд признал, что действия ВЛК неотличимы от обычной коммерческой деятельности. А не так давно наше правительство и президент сказали, что хватит кошмарить бизнес. Сейчас мы как раз занимаемся тем, что слушаем приговор, который занимается именно этим.

Я обвинение не признаю.


Катерина Клепиковская, «7x7»

После авторизации, имя в ваших комментариях
станет ссылкой на вашу страницу в соц. сети,
и появится возможность ставить оценки.
или
Представьтесь!
Авторизоваться через: 

а Дарья Донцова (извините) тут каким боком?

Алекс, а ты её прочти - всю, тогда до тебя, хоть что-нибудь начнёт доходить. Или ты желаешь просмотреть всю финансовую документацию "Кировлеса"? А..., я понял, - судья Алексей Втюрин, тебе троюродным племянником приходится.

Евгений, дельный совет. Всю Дарью Донцову (от начала до конца) стоит проштудировать. До того пару бульварных ея романчиков пролистал лишь по диагонали, а надобно вдоль и поперёк. Каюсь. А что касается финансовой документации КИРОВЛЕСА, то говорят её многа сгорело в Санчурском лесхозе (почитайте комменты обзора блогов от 7.12.2016). Если сумеете, то проведите расследование...

Оставить комментарий
Авторизоваться для комментирования: