Кировская область
«Я была готова сделать аборт, хотя я православная девушка» Кировская область 10
Фото автора

Несколько лет назад в Кирове появился единственный на всю область центр помощи женщинам «Вифлеем в Вятке». Он был открыт римско-католическим приходом, но оказывает помощь нуждающимся матерям любого вероисповедания. Сегодня в центре живут две одинокие женщины с детьми. У них нет ни дома, ни работы, а единственный доход — пособия по уходу за ребенком. Корреспондент «7x7» попросил их рассказать о своей жизни.

 

 

За шесть лет работы благотворительный проект «Вифлеем в Вятке» помог 49 женщинам, рассказывает его руководитель, настоятель Римско-Католического прихода в Кирове Отец Григорий Зволиньский. «От аборта удалось спасти 22 ребенка, а 27 женщин обратилось после рождения ребенка. Может быть, это немного. Но это конкретные спасенные дети. Бывает, когда от будущей матери отказались близкие, отец бросил, родители не захотели принять домой. Кто-то узнает о центре по телевизору, кому-то подсказал врач, психолог или подруга», — говорит он.

Сегодня мамам здесь помогают продуктами, лекарствами, одеждой, юридической и психологической консультациями, но главное — здесь они могут жить.

Отец Григорий искренне не понимает, почему городская власть до сих пор сама не создала подобного центра, а пока его нет — не пытается помочь уже действующему, ведь для одиноких матерей основная проблема — это поиск жилья. Для «Вифлеема в Вятке» помещение нашлось тоже не сразу, лишь три года назад. Добивался этого отец Григорий долго:

— Трижды обращался к властям города предоставить нам помещение. Предлагали варианты в таких условиях и местах! В подвале, на цокольных этажах, без окон, что требовало больших вложений. Это было издевательство. Но за нас заступился Алексей Вершинин [начальник территориального управления по Ленинскому району Кирова], только тогда нам предоставили помещение.

Мы делаем работу для города и за власть. Мы, как иностранцы, католики, спасаем русских православных детей и женщин. А нам постоянно палки в колеса ставят.

Сейчас от власти нет никакой поддержки тем матерям, которые оказались в сложной ситуации, только на словах и на бумаге. Наш центр — единственный в городе и области, который может временно принять женщину. Вера без дел мертва и «Вифлеем в Вятке» — попытка воплотить в дело живую веру. Мало сказать женщине «Не делай аборт, это грех». Важно действительно помочь сохранить ребенка.

Отец Григорий Зволиньский был также инициатором установки в Кирове бэби-бокса, который, однако, по требованию прокуратуры пришлось сразу закрыть.

По словам проживающих в центре женщин, отец Григорий помогает буквально во всем, а беседы с ним помогают идти дальше: продолжать поиски дома, работы и воспитывать детей.

 

 

«Когда жизнь бьет — становишься сильнее»

Татьяне Некрасовой 33 года. Она мать четверых детей. Ульяну, Марину, Мирославу и Егора она называет своими единственными родственниками. Фактически это не так, но семья Татьяны и отцы ее детей не интересуются их судьбой.

— Мы перебрались сюда в конце июля. У нас нет своего жилья. Была квартира, но сестра ее продала, оставила меня на улице с двумя девочками. Я перебралась к папе Мирославы, с ним мы жили в гражданском браке. Года не прошло, как я снова забеременела. Но в этой семье мне сказали, что четвертого ребенка не надо. Свекровь взбунтовалась: еще один внук ей стал не нужен. Меня попросили собрать вещи и уматывать.

Об этом месте мне рассказала женщина-соцработник. Про ситуацию с бэби-боксом я слышала, а вот про сам центр даже не знала, что в Кирове такой есть.

У меня нет родителей, я выросла с бабушкой, она меня воспитывала. Сейчас у меня нет родственников, кроме моих детей. Сестра меня предала, я не знаю, где она живет, и мне неинтересно, как у нее дела.

Мирослава — ужасная хулиганка. Она родилась недоношенной. Надо нам сейчас на обследование ложиться, но не с кем оставлять малышей. Самый маленький красавец у меня, любимый мой мужчинка, ему только три месяца. Он в июле родился. Наверное, ему было всего две недели, когда мы переехали сюда.

 

 

Я в отпуске по уходу за ребенком. Раньше работала на заводе «Лепсе» [предприятие по изготовлению электрооборудования для гражданской и военной авиации и ракетно-космической промышленности]. Я кондитер по образованию, а работала в военной промышленности.

Мне бы ума побольше в тот момент, когда детки начали появляться, я бы поступала по-другому. Но сейчас о чем жалеть? Четверо и четверо. Больше мне сейчас не надо, однозначно. А была бы полноценная семья и достаток, я только за.

Старших я вожу в школу, много денег уходит на проезд, школа у нас на улице МОПРа, далеко. Я сначала обращалась в школу, которая в этом районе находится, но мне отказывали — нет прописки. Я поговорила с работниками соцзащиты по Первомайскому району — там есть две женщины, как ангелы-хранители, они мне всегда вовремя помогают. Сказали, что не имеют права отказать из-за прописки. Нас взяли в одну школу прямо впритык к началу учебного года. Пока не все тетради купила, не хватает денег. Около двух тысяч стоит комплект.

Учительница хорошая, пока не ругает, что у ребенка нет тетрадей. Но меня хоть заругай — денег нет у нас.

Я хочу найти жилье в первую очередь. Рассчитываю только на материнский капитал. Если бы не было капитала, я была бы в большом отчаянии.

Отцы моих детей меня предали, все предали — так печально. Но ничего, когда жизнь бьет — становишься сильнее. Я больше стала улыбаться, как сюда перебралась. Конечно, проблем очень много, нет жилья, никто не помогает материально. Живем лишь на пособие, которое выплачивают за третьего ребенка. Но здесь не давят психологически.

Ну ничего, и на мою улицу придет праздник. Придет-придет!

Я хочу попробовать обратиться в администрацию. Я — многодетная мама, малообеспеченная, одинокая. У меня нет поддержки, я поднимаю четырех детей. Может быть, мне там подскажут, может, комнатку дадут. По возрасту я еще подхожу. Конечно, квартиру хотелось бы в городе, выдергивать детей из школы не хочется. Мне их жалко, это же стресс.

О мужчинах не думаю, мне бы детей поднять. Надеюсь, в будущем мои дети глупостей не сделают.

 

 

До того, как мы приехали жить в этот центр, жили на прожиточный минимум. Я умудрялась детей даже одевать — худо-бедно, но мне никто никогда не говорил, что у меня девчонки хуже других одеты.

Недавно сотрудники соцзащиты дали и материальную помощь, хоть и копеечку, но я так удивилась — в первый раз такое. Приятно, когда как раз денег нет, а неожиданно кто-то помогает. Меня Бог не оставляет. Это не совпадение, такое было уже не в первый раз. Это точно Бог, бабушка, папа меня оберегает. Если бы не Бог, я бы спилась или случилось бы что-то не очень хорошее. Я очень верю в Бога. Если бы веры не было, то у меня бы ничего не получалось. В церковь у меня совсем нет времени ходить. Даже на могилу к бабушке не могу вырваться. Бабушка умерла, когда родилась первая дочка — Ульяна. Назвать ее Ульяной решила именно бабушка.

Может быть, мои девочки удачно выйдут замуж и будут счастливее меня.

 

 

«Я была готова сделать аборт»

Татьяне Макаровой 22 года. В центре со своей дочкой Ариной она живет уже второй год. Пытается найти подходящую работу, но с маленьким ребенком это нелегко.

— Я попала сюда уже беременной, как раз заканчивала учебу. Я училась в Куменах, в техникуме на повара-кондитера и технолога общественного питания. Диплом писала, когда уже Аринка родилась. Хотела в декрет уйти, но решила, что справлюсь, со мной вместе сестра училась, поэтому она мне очень помогала. 

Мы с сестрой сироты. Маша старше меня на 15 минут, мы с ней близняшки. Сначала нас родилось трое, но та сестра умерла. Наши родители от нас сразу отказались. Мама сейчас лежит в психбольнице, а отца посадили на пожизненный срок в тюрьму.

Я не хочу их видеть. Раньше хотела, а теперь думаю — вдруг расстроюсь.

Мы с сестрой Машей болели, проблемы с ногами. Лежали в третьем классе целый год в больнице, нам делали физиотерапию, массажи, исправили ноги.

В 14 лет нас взяла приемная семья. Сначала мы учились в коррекционной школе, потому что в садик не ходили, а потом догнали сверстников. Приемные родители сразу отправили нас в общеобразовательную школу. Когда выходишь из коррекционной — никаких шансов на жизнь нет. Мы с Машей закончили школу, я — с одной тройкой по иностранному языку.

Приемные родители, с одной стороны, были хорошие, но с другой — они нас из школы с Машей выпустили после 9-го класса, мы хотели и дальше учиться, но нам не разрешили. Привезли в эту деревню, Кумены, сказали поступать в техникум. Нам было 17 лет. Сказали:  «Живите дальше самостоятельно». С того времени не дали ни копейки, советом даже не могут помочь. В той семье семь своих детей и мы еще. Им просто было не до нас. Они нас воспитывали, я им благодарна, но на данный момент они мне ничем не помогают. Когда я забеременела, они обещали помочь, но перед самыми моими родами у них сгорел дом. Тогда я и обратилась сюда. 

Когда я сказала своему молодому человеку, что беременна, он хотел, чтобы я сделала аборт. Мне был почти 21 год. Я православная девушка, я бы психологически не вынесла. Хотя я была готова сделать аборт. Потом я написала ему, что дочка родилась, он проигнорировал это. Я с ним очень долго общалась, семь лет. Рыдала после расставания, а потом подумала, что парни этого не стоят.

Нет такого человека рядом, который может дать совет, как поступить. Обычно в нормальных семьях этот человек — мама.

Сейчас понимаю, что с ребенком очень сложно жить, когда некому помочь. Мне три тысячи выплачивают, как матери-одиночке, этого не хватает.

Уже второй год сижу здесь. Пробую устроиться на работу, нужны деньги. Психологически тяжело, ребенок растет, все нужно, всегда чего-то не хватает.

Моя сестра сейчас работает, ей повезло, а мне пока нет — второй месяц ищу работу и не могу найти. Без опыта работы не берут, но я работала поваром в санатории Нижне-Ивкино. Я и в школу пробовала, и на завод устроиться. Но всем мешает ребенок, нужен постоянный работник, а я, получается, постоянно не смогу, вдруг Аринка заболеет.

Я познакомилась с одним молодым человеком, Василием. Ему 27 лет, ему очень нравится Аринка. Она уже зовет папой. Я его тоже «пап» зову. Он это как шутку воспринимает, но ему приятно, когда его Аринка папой называет.

Сейчас я очень хочу семью. Иногда, конечно, хочется на дискотеку, но если есть рядом свой любимый молодой человек, лучше с ним побуду, поговорю.

Аринку я крестила сразу же после рождения. С верой намного легче. Будь ты католик, или православный —  ты, главное, верь. Придешь в храм, начнешь молиться, постоишь перед иконой, проплачешься. Все они слышат, нужно просто искренне просить. Арина у меня уже умеет креститься. Вместе мы стоим в храме и шепчем, я с ней разговариваю, и так здорово. Так приятно!  Отец Сергей объясняет, как правильно это делать. Есть люди, которые учат жизни. Хорошие батюшки есть.

 

 

Было время, когда в центре было много народа: семь мам. Было очень сложно, еды иногда не хватало, приходилось много готовить. Оставишь себе на вечер еды, днем ее уже не будет. Сейчас нам на двоих двух холодильников вполне хватает.

Раньше девушки занимали у меня деньги, одной две тысячи дам, другой — три. Сейчас я даже 100 рублей не могу дать взаймы. У  меня еще десять тысяч мошенники украли с карты. Ведь на эти деньги я могла бы себе что-то позволить, купить... Я хожу во всем старом, это действует на характер и на настроение. Как говорят: если девушку бросил молодой человек, настроение ей может исправить только шоколад и новая одежда или прическа. Я типичная девушка, у меня точно так же.


Наталья Вольная, «7x7»

После авторизации, имя в ваших комментариях
станет ссылкой на вашу страницу в соц. сети,
и появится возможность ставить оценки.
или
Представьтесь!
Авторизоваться через: 
Спасибо
# 09 / 11 / 201523:37

Отличный репортаж! Очень проникновенно...

Примерно на похожий центр помощи женщинам на Вятке был написан грант по НКО Благотворительный Фонд " Статус Детства ". Деньги на эти цели под областные субсидии не выделены. НКО не набрала нужных баллов , хотя проект написан великолепно. Сам проект писала женщина прошедшая реабилитацию центра помощи женщинам «Вифлеем в Вятке» и непосредственной консультацией отца Григория . Видимо , кто занимается распределением грантов не интересны такие проекты - помощи женщинам попавшим в тяжелую жизненную ситуацию в городе Кирове и области.

Юрий, я читал ваш проект. Слова " проект написан великолепно" - это от самомнения писавшего. Верующий человек не может так говорить, это гордыня.

Михаил , а что не так написано в проекте ?? У отца Григория великолепно работает проект , пусть он и открыт римско-католическим приходом . Места там ограниченны и финансирование тоже . Отец Григорий писал грант для финансирования и расширения - не выиграл грант У православных нет такого приюта , чтобы помогали женщинам попавшим в тяжелую жизненную ситуацию . Мы хотели сделать подобный , только в другом месте за городом. Что тут не так не так ?? Какая гордыня Михаил , о чем ты ??

Приносим свои извинения за технический сбой, из-за которого удалились несколько комментариев к тексту.

в православные храмы можно обратиться за помощью,помогают и деньгами и вещами. Мы русские должны быть православными. Ни за какие блага не надо уходить в секты и другие религии. Ведь наши предки были православными,надо продолжать их веру.

В "Вифлееме" никто не требует переходить в какую-либо веру. Людям ПРОСТО помогают, без лишних слов. И, кстати, помощь нужна всегда, деньгами или вещами.

а что православные церкви у нас в городе могут жильем помочь? здесь речь именно о том, чего у этих женщин нет - временного жилья. Деньги и вещи оказываются на втором плане, когда нет крыши над головой. И в этом плане католический приход делает больше доброе дело.

Замечательный проект, хорошо, что у нас еще готовы безвозмездно помочь.

Оставить комментарий
Авторизоваться для комментирования: