Республика Карелия
На Дне памяти в Петрозаводске депутат Госдумы от Карелии Валентина Пивненко попросила прощения и у жертв, и у палачей Республика Карелия 1
Фото Сергея Маркелова

В столице Карелии 30 октября отметили День памяти жертв политических репрессий. На Зарецком кладбище и в Красном Бору к микрофону пускали тех, кто говорил о скрепах, святой Руси и прощении. Корреспондент «7x7» наблюдал, как в Карелии старались не называть имя Юрия Дмитриева — одного из первооткрывателей мест массовых захоронений.

Рядом с Крестовоздвиженским собором в высокой желтой траве торчат старинные кресты. Зарецкое кладбище — одно из старейших в Петрозаводске. На нем начали хоронить в 1724 году, а 30 октября 1991 года здесь предали земле останки жертв массовых репрессий. Неподалеку от Петрозаводска их обнаружил депутат Госдумы Иван Чухин вместе с карельским историком Юрием Дмитриевым, который позже найдет кости расстрелянных в Сандармохе и в Красном Бору.

 

 

Иван Чухин и Юрий Дмитриев не смогли принять участие в акции памяти на Зарецком кладбище. Первый умер 20 лет назад, второй находится в петрозаводском СИЗО. Дмитриева обвиняют в изготовлении порнографических материалов и хранении оружия. Вместо него на митинг пришла дочь Екатерина Клодт с сыном.

 

 

Молчание

Около 10:00 на Зарецком кладбище начался митинг. Выступил министр по вопросам национальной политики Карелии Сергей Киселев. После него слово дали карельскому активисту Анатолию Григорьеву, который сказал, что террор недопустим в XXI веке, что нужно помнить о событиях 1930-х годов.

 

 

— Сегодня утром слушал «Радио России», новости общероссийские — ни слова о Дне памяти жертв политических репрессий, — сказал карельский активист Анатолий Григорьев. — Давайте помнить о наших погибших предках, чтобы ничего подобного не повторялось впредь.

 

Анатолий Григорьев

 

Несколько секунд тишины под звуки метронома. Минута молчания, возложение цветов, и через 20 минут на Зарецком кладбище не осталось даже микрофона, выступить к которому не позвали никого из родственников репрессированных.

— Мы чаще ездим в Красный Бор, установили там крест, хотя точно не знаем, где дед похоронен, — сказала пенсионерка Нина Сизова.

 

Нина Сизова

 

Ее деда арестовали в 1938 году. Деда вспоминают в семье с «большой скорбью». Она не знает, кто нашел останки расстрелянных в Карелии, — об этом хотел рассказать петрозаводчанин Борис Строгальщиков.

— Это больная тема, — сказал он. — Хотел выступить, если бы дали слово, в защиту Юрия Дмитриева.

 

Борис Строгальщиков

 

Про Юрия Дмитриева так никто ничего и не сказал.

— Было сказано очень много громких слов, но у меня сложилось впечатление, что эти кладбища находились сами собой. Ни одного слова про отца, — возмутилась Екатерина Клодт.

 

Екатерина Клодт

 

Официальная часть

В Красном Бору школьники прочитали стихи о России, спели о Руси и святом царе Николае. О скрепах, внутренних и внешних врагах России сказала депутат Государственной думы от Карелии Валентина Пивненко и попросила прощения. На всякий случай у всех сразу: и у расстрелянных, и у тех, кто «вынужден был исполнять» приговоры.

 

 
 
 

 

После ее речи петрозаводские общественники и активисты спросили у депутата, почему она не упомянула Дмитриева.

— Вы знаете, кто в 1958 году впервые здесь был? Почему я должна пофамильно упоминать того, кто вам нравится? — в ответ поинтересовалась она.

 

Валентина Пивненко

 

Валентина Пивненко назвала только имя представителя общественности села Деревянное Сергея Чугункова, который вместе с отцом открыл Красный Бор. Его дед Дмитрий стал случайным свидетелем расстрелов в Красном Бору — увидел военных, работающие автомобили и услышал выстрелы. Чекисты отпустили деда, и много лет эта история была семейной тайной. Дмитрий Чугунков умер, так и не показав место сыну и внуку.

Сергей Чугунков признался, что когда нашел захоронения, стало легче на душе. В Красном Бору было расстреляно 1193 человека.

— Уже после того как мне удалось побывать в Сандармохе, увидеть там характерные провалы, 29 октября (дату я хорошо помню) 1997 года мы с отцом приехали сюда и обнаружили эти захоронения. В дальнейшем обратились в прокуратуру, в милицию, и уже пошла работа по увековечиванию этого мемориала. В 1998–1999 годах вместе с Юрием Дмитриевым вскрывали ряд захоронений, в том же 1998 году администрация района выделила средства, и было открыто мемориальное захоронение Красный Бор, — рассказал Сергей Чугунков.

 

 

Имя Юрия Дмитриева 30 октября 2017 года прозвучит в Красном Бору еще не раз, но без микрофона. Желающим сказать об историке, который вел раскопки в Красном Бору, микрофон не предложили.

 

В стороне от официоза

По словам карельского музыканта, вокалиста группы Sattuma Арто Ринне, к микрофону нужно было записываться за месяц до начала мероприятия. Ему тоже не дали слово. Растерянный Арто отошел к кресту с фотографией деда на нем — родственника расстреляли здесь же, в Красном Бору.

 

 

— Я сегодня хотел здесь выступить впервые, — сдерживая волнение сказал Арто Ринне. — Я хотел сказать про своего деда, пару слов сказать про фильм, но в первую очередь хотел сказать о том, что сегодня здесь не назвали фамилию Юрия Дмитриева. Ни разу. Юрий Дмитриев всегда здесь был, каждый год. Сейчас он находится в заключении. Я считаю, по сфабрикованному обвинению. Абсурдному абсолютно. И хотел пожелать ему здоровья и скорейшего освобождения.

Арто добавил, что 8 декабря в кинотеатре «Премьер» в Петрозаводске покажут новый художественный фильм «Вечный путь» о жизни финнов в Карелии в 1930-е годы. Фильм снят в Финляндии по роману финского писателя Антти Туури. Кульминационный момент фильма — расстрел в Красном Бору.

 

Арто Ринне

 

В Красном бору Екатерина Клодт организовала акцию «Возвращение имен». Участники по очереди зачитывали имена убитых. Помогали ей добровольцы и карельская журналистка, основатель арт-пространства «Агрикалча» Наталья Севец-Ермолина, оба деда которой были раскулачены, один погиб от пули, другой — умер от унижения.

— Он был одним из самых богатых людей в Вепской волости, а его заставили возить машину с испражнениями. И он от позора умер в 37 лет, — рассказала она. — Нет ни покаяния, ни слова «простите» перед семьями. Эта скупая фраза «реабилитирован» — она ни о чем не говорит. Ни о чем. И все повторяется. Я пришла в этом мертвом месте побыть среди живых — мне эти люди более живые, чем те, которые в телевизоре сидят. Просто перечитать фамилии. Посмотреть, кто эти люди, которые ушли не за что.

 

 
 
 

 

К читке под конец присоединятся гости из Финляндии и молодежь. На обратном пути участников акции сопровождали сотрудники полиции.

 

 
 
 

 


Днем ранее всероссийская акция «Возвращение имен» состоялась в Москве. На Лубянку пришли 5286 человек, 1227 из них подошли к микрофону и назвали имена расстрелянных. Вспомнили и Юрия Дмитриева — в его поддержку выступила Ксения Собчак.

«До 13 часов мы еще пытались считать, сколько раз участники акции упоминали Юрия Дмитриева, но потом сбились со счета. По нашим приблизительным оценкам, свободу Дмитриеву требовал каждый шестой участник „Возвращения имен”», — сказано в сообщении «Мемориала».


Сергей Маркелов, фото автора, «7x7»

После авторизации, имя в ваших комментариях
станет ссылкой на вашу страницу в соц. сети,
и появится возможность ставить оценки.
или
Представьтесь!
Авторизоваться через: 

"Что-то с памятью моей стало...". То, что было лишь со мной, помню...

Оставить комментарий
Авторизоваться для комментирования: