Горизонтальная Россия
Собирается ежемесячно 16 396 из 50 000
  1. article
  2. Горизонтальная Россия

«Горят не гектары — горит живой лес». Фоторепортаж из Красноярского края

Фото Юлии Петренко, Greenpeace

С начала 2020 года лесные пожары охватили территорию в 13,7 млн га. По данным космического мониторинга системы «ИСДМ-Рослесхоз», сейчас огонь горит в лесах на 1,3 млн га. 90% таких пожаров не тушится, поскольку они находятся в так называемых зонах контроля (на труднодоступных территориях) и предполагаемый ущерб от них меньше, чем затраты на тушение. Но иногда у местных властей нет ресурсов справиться с пожарами и вне «зон контроля». «7х7» публикует фоторепортаж и рассказ Юлии Петренко (Greenpeace). В середине июля она побывала в Кежемском районе Красноярского края. Один из пожаров, которые ей удалось заснять, был зарегистрирован в конце июня и продолжается до сих пор.

Мы уезжали в Красноярский край в середине июля. Это был уже не самый пик лесных пожаров в Сибири. Время от времени там проливались дожди, которые потушили часть пожаров (как потом выяснилось, ненадолго). Но даже на относительном спаде горело гораздо сильнее, чем в то же время год назад. Когда читаешь пожарные сводки, представить себе это в реальности трудно: тысяча гектаров или миллион. Поэтому мы и поехали в эту экспедицию: показать, что горят не гектары, горит живой лес. И большинство пожаров никто не тушил и не тушат сейчас.

 

Мы едем от Красноярска до Ангары и дальше вдоль реки на восток, почти до самой границы Красноярского края. Дорога становится все хуже, мы спугиваем зайцев, в одном месте пропускаем медведя. Мы в самом сердце Сибири, но "зеленого моря тайги" не видно. Где-то лес уже не растет совсем, а где-то вместо мощных сосен — пустошь, на которой выживают березки. 

 

Вдоль дороги — сплошные горельники. Вот тут в прошлом году явно прошел верховой пожар, оставив только черные скелеты. Вот рубка, огонь уничтожил жалкие остатки деревьев. Вот старая гарь, лес затягивает рану молодым подростом. А вот такие же молодые сосенки сгорели, не успев вырасти. Оставшийся лес редкий, изможденный, на стволах — черные подпалины.

 

Когда мы по данным космомониторинга выбирали пожар, до которого сможем добраться, мы убедились, что хоть они и происходят далеко от крупных городов, но вовсе не недоступны. Фактически к любому пожару, действовавшему на тот момент в Красноярском крае, можно было попасть по обычной или лесовозной дороге или на лодке по реке, что мы и сделали. Где-то есть вырубка, где-то добывают полезные ископаемые, и туда можно доставить и тяжелую технику, и людей. Почему для хозяйства эти территории доступны, а для тушения пожаров нет — непонятно. 

 

Большинство природных пожаров — дело рук человека. Во время экспедиции мы ночевали в палатке. Однажды после съемочного дня выбрали случайный съезд к Ангаре. Вокруг ни души, а на берегу тлеет оставленный кем-то костер. Ветер близкий к штормовому, а вокруг все сухое. Может, конечно, это мы такие “удачливые”, но сколько таких костров остается каждый день? А ведь есть еще непотушенные окурки, неисправные глушители машин...

 

Пожар на берегу Ковы лесники обнаружили 24 июня. Горел он почти два месяца и горит до сих пор. Это не зона контроля и вообще не труднодоступное место: рядом дорога, паромная переправа, мимо постоянно ездят машины. Его хорошо знают рыбаки, на закате туда приплывает несколько лодочек, и люди мирно рыбачат на противоположном от пожара берегу. Горящий лес стал привычной, повседневной картиной. 
 

 

О дыме местная жительница Катя из поселка Недокура говорит как о чем-то естественном, что было всегда. С какой стороны ветер — оттуда и дым доносит до поселка. Рассказывает, что многие жители умирают от рака, но мало ли, люди всегда от чего-нибудь умирают, кто его знает, от чего. Наверно, мы никогда не сможем посчитать точно, сколько людей теряет здоровье, живя в дыму. В 2010 году в России умерли десятки тысяч. А здесь у людей как будто всегда 2010 год. 

 

До пожара в Аксеновском лесничестве (он, кстати, горел еще в начале августа) Катя везла нас на лодке. Катя — охотница, лес кормит ее семью. Мы проходим мимо мертвого рыжего леса на берегах Ангары, и Катя вздыхает: “Мы — таежные люди, только тайги у нас уже нет, охотиться негде. Нет такого года, чтобы не горело: то там горит, то здесь. И никто не тушит. Пожарный вертолет иногда летает. Ну летает и летает. Надеешься на небо хотя бы, пока дождь не пойдет”.

 

Вечерний пожар выглядит очень красиво. Мы стоим с напарником Василием Аксёновым на берегу реки Ковы и смотрим на зарево. Со стороны пожара то и дело доносится грохот: у деревьев подгорели корни, и они падают, цепляя за собой соседей. Мы — добровольные лесные пожарные, и смотреть на пожар, который не можешь потушить, — особое горькое чувство. Вот же, ветер стих, пламя совсем слабое, его бы сейчас добить, чтобы не уползло дальше. Но понимаешь, что нас всего двое, и все, что мы можем, — запустить беспилотник и сделать несколько кадров. 

 

В день, когда мы уезжали, в Красноярском крае пошли сильные дожди. Краевое правительство радостно отчиталось, что действующих пожаров в регионе нет. Вот только дожди закончились — и пожары разгорелись вновь. На сайтах со спутниковыми данными мы видим их в тех же местах, где были пожары до дождей. Такие пожары не гаснут от недельных дождей, если их не тушить, они могут разгораться вновь и вновь до осени, захватывая все новые территории. 

 

Многие из тех пожаров, которые мы видели, не тушат потому, что у местных властей просто не хватает на это ни сил, ни денег, ни людей. Даже переброска дополнительных сил Авиалесоохраны до конца проблему не решит. Ее надо решать системно: зоны контроля сокращать, а на охрану лесов от пожаров выделять намного больше денег. Именно к этому мы призываем правительство. Присоединяйтесь к нам, подпишите наше обращение к правительству. 


Greenpeace обратился к правительству России с петицией, в которой требует защитить леса и жителей России от огня и предлагает сократить зоны контроля, увеличить финансирование на предупреждение и тушение пожаров. Петицию поддержали уже около 43 тыс. человек.

Материалы по теме
Комментарии (2)
или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий, как зарегистрированный пользователь.
Вот
18 авг 16:16

это непочатый край работы для росгвардии, но они могут сражаться только с детьми и стариками и впадают в депрессию от пластиковых стаканчиков. Бороться с пожарами им нельзя по состоянию здоровья.

Марина
19 авг 01:59

Гореть будет все, что разворовывается путинскими хапугами, читай путинским электоратом. Пока этого кремлевского упыря мы не отправим на Марс, у нас в России все будет плохо, все будет гореть!

Стать блогером

Свежие материалы

Рубрики по теме

Экология

Фото

Истории

Гринпис

Хватит читать Москву!

Подпишись на рассылку о настоящей жизни в российских регионах

Заполняя эту форму, вы соглашаетесь с Политикой в отношении обработки персональных данных
Нам нужна ваша поддержка
Мы хотим и дальше давать голос тем, кто прямо сейчас меняет свои города к лучшему: волонтерам, предпринимателям, активистам. Нас поддерживают благотворители и спонсоры, но гарантировать развитие и независимость могут только деньги читателей.
Ежемесячно
Разово
Сумма
100
200
500
1000
2000
Нажимая на кнопку «Поддержать» вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности