Собирается ежемесячно 51 276 из 250 000
Межрегиональный интернет-журнал «7x7» Новости, мнения, блоги
  1. Пензенская область
  2. Уйти из IT заваривать чай: как превратить китайскую церемонию в бизнес в российской провинции

Уйти из IT заваривать чай: как превратить китайскую церемонию в бизнес в российской провинции

История предпринимательницы Нелли Бахтеевой, которая проводит фестивали и конкурирует с диваном

Екатерина Малышева
Нелля Бахтеева
Фото Ольги Пучковой, Ольги Жданчик, Екатерины Малышевой и из личного архива героини

Шесть лет назад четверо энтузиастов открыли в центре Пензы маленькую чайную. С тех пор они провели чайный фестиваль и несколько сотен событий для жителей Пензы, открыли вторую чайную, съездили в Китай, переформатировали свое пространство. Как небольшая чайная за несколько лет стала центром притяжения горожан, владелица чайного дома «Дерево» Нелля Бахтеева рассказала «7х7».

На пять гостей

— Я никогда не хотела быть предпринимателем, потому что видела папу с его гиперответственностью. Мой папа — предприниматель, а мама — муниципальный служащий. Может быть, в этом и кроется секрет, откуда взялась эта социальная история во мне: я понимаю и тех, и других.

До прихода в чай я работала в IT-сфере, у нас были хорошие зарплаты, но я почувствовала силы на собственный проект. В силу характера мне лучше делать что-то свое, маленькое, но быть самой себе хозяйкой, пусть с меньшими деньгами. Лучше, чем идти в большую компанию, играть по чужим правилам, раскачивать идею, которую придумал кто-то, а не я, и получать за это больше денег. Это мой ежегодный выбор.

Довольно долго я мечтала быть арт-директором какого-нибудь классного места в Пензе. Но ночные клубы мне не очень нравились, поскольку у меня с алкоголем все плохо: я не могу воспринимать себя рядом с алкоголем и людьми, которые его пьют.

Я честно ждала четыре года, но классное место так и не открылось, и я решила сделать что-то сама. К этому моменту чай уже стал для меня больше чем увлечением.

Рынок китайского чая в России открылся в Москве с 1999 года, чайные в регионах начали активно открываться в 10-х годах. Я пришла на чайный рынок в 2011 году, когда работала в одном из чайных клубов Краснодара. Там играла китайская музыка и на входе надо было разуваться, эту идею я «подсмотрела» и перенесла в Пензу.

Первую чайную студию мы открыли внизу [пешеходной улицы] Московской в центре Пензы в 2014 году. Она занимала площадь всего в 50 квадратных метров. Там мы обязательно разували людей, на полу у нас лежал ковролин, как и положено в нормальной китайской чайной в России. Людей сажали на пол, на подушки. Был только чай и пять посадочных мест.

 
 
 

Опыт краудфандинга

— Когда мы открыли первую чайную, у нас там был достаточно засранный дворик со шприцами, дурдомом каким-то, окурками и так далее. Мы решили из этого дворика сделать красоту. Денег не было, после кризиса 2014 года еще все не очухались, как раз была эта история с курсом доллара.

Но нам так хотелось что-то сделать с этим двориком, что мы решили объявить сбор средств. Мы сняли промо-ролик, придумали сертификаты на 1000 рублей, которые можно было отоварить в течение года.

Мы собрали 35 тысяч рублей, еще тысяч на 20 нам привезли строительных материалов предприниматели, которые решили нас поддержать. Мы нашли художников, которые покрасили стены за краску и чай, до сих пор они стоят с картинками.

 

Идея собирать деньги была тогда очень вовремя, но я решила, что больше так не буду делать. Очень много сил уходит, очень много эмоций, надо себя наизнанку выворачивать. Я устала просить денег и решила, что я лучше их заработаю.

Главные конкуренты

— Через три года после открытия чайной нам стало тесно: захотелось высокие потолки и большие окна. Мы психанули и сняли помещение выше по улице Московской, уже на 200 квадратных метров.

Чайного проекта на 200 квадратных метров больше нигде нет в России, обычно это 50–80 метров. Но на 50 квадратных метрах проект закончился бы через полгода. Стало неинтересно. Хотелось делать чай по-другому и делать более масштабные события.

Все эти годы — и первая чайная, и вторая — держатся на плотной событийной сетке. На летней площадке в первой чайной у нас было до пяти событий в неделю.

Сейчас — три события в неделю. В этом режиме я жила практически восемь лет до апреля 2020 года [до режима самоизоляции из-за коронавируса]. То есть в режиме в пятницу — чаепитие, в субботу — кино и что-то там еще.

Обычно на наши события собирается от 5 до 40 человек. У нас есть формат бесплатных встреч с путешественниками — за заказ чая. Например, была встреча с человеком из Пензы, который купил яхту и уехал жить на ней в Карибском море.

В чайной постоянно проходят тематические события. Фото Ольги Пучковой

Люди приходят совершенно разные: очень много учителей, людей достаточно публичных профессий, потому что им нужно как-то себя слышать и погружаться в себя. А чай — это в первую очередь про созерцание, про «услышать себя», «посидеть в тишине». По очень многим отзывам, чай — это то, что останавливает время.

Специфика Пензы такова, что главный наш конкурент — это не кофейни, не пивные, не бары, не концертные площадки, которых сейчас уже почти не осталось. Это диван и телик.

Чтобы люди вытаскивались из дома, мы делаем что-то такое интересненькое. Люди возьмут себя из дома, поднимут и придут сюда, в центр города.

У нас есть пешеходная улица, у нас есть народ, который привык тусить. Потому что, допустим, в Ижевске нет пешеходной улицы, им негде тусить. Там нет места, где люди собираются в субботу или вечером, Пензе в этом плане чуть больше повезло.

Чайная как «третье место»

— Я считаю наш чайный дом одним из немногих «третьих мест» в городе.

«Третье место» в теории — это любое открытое место, у которого есть постоянный персонал и постоянный основатель. Мы за пять лет уже знаем, кто из гостей какой чай пьет, что кому предложить, у кого сколько детей, кто поменял работу. И функции «третьего места» в этом плане мы тут выполняем на 100500 баллов.

Чайная — это место для встреч, новых идей и событий в кругу друзей. Фото Ольги Пучковой

Второе условие «третьего места» — постоянные посетители. Ты один пришел, может быть, тут кто-то есть, кто тебя знает, ты с ним поболтал. И еще один важный признак «третьего места» — это отсутствие социальных ролей. Это место, где человек, который за пределами чайной может быть начальником, подчиненным, школьником, пенсионером, кем угодно, а здесь — просто человек. Тут ты ни отец, ни сын, ни брат, ни начальник, ни доктор. Самая суть «третьего места» — это прийти и потрындеть ни о чем. Оно ни к чему тебя не обязывает. Именно на этой легкости общения, когда никто никому ничего серьезного не обещает, случаются синергия идей, разговоры, темы, знакомства. В гражданском обществе это точка пересечения людей из разных социальных слоев.

Чайная является таким местом, из-за которого люди не уехали из Пензы. Пускай пять человек, но они остались в этом городе из-за того, что есть мы. Если бы таких мест было 10, то была бы другая картина.

На волне самоизоляции у меня две знакомые пары вернулись с концами в Пензу из Москвы и Питера. Я тоже люблю Пензу, у меня была куча возможностей отсюда уехать, и я уезжала, но возвращалась.

Есть специфика у Пензы — она очень инертна. От момента, когда ты в первый раз с человеком где-то соприкасаешься, до момента, когда он к тебе пришел и купил чай, может пройти два года. Нас кто-то еще помнит по старому адресу. Или, например, я что-то про чай рассказывала на одной из лекций в 2010 году. Звонок году в 2014-м: «Я у вас был на лекции, я хочу у вас купить чай». Эта инерция потом тебя будет долго догонять. Если, условно, я сейчас закрою чайную, еще три года мне будут звонить и говорить: «Мы хотим чая, продайте нам, пожалуйста».

Когда-нибудь я напишу книгу про «третьи места» в Пензе. Даже начала собирать материал, провела целых четыре интервью про жизнь и смерть атмосферных мест. В середине 2000-х у нас был мате-клуб «Вигвам», когда-то было заведение «Чаек-кофеек», кофейня «Подиум», чайная «Юньнань», первая адекватная кофейня в городе «Дом книголюбов».

Ни слова о серьезном

В нашей русской ментальности чай — чуть более объединяющая тема, чем кофе. Это очень русское и очень китайское, азиатское явление, не европейское: чайных в Европе особо нет. Кофе долго не погоняешь, а чай — тема более медленная, для общения.

Настоящее китайское чаепитие — это история не на пять минут, это вообще не на бегу. Главное правило — час свободного времени на один вид чая и никаких разговоров о серьезном, запрет вообще о чем-либо будничном думать.

Главное правило чаепития — никаких серьезных разговоров. Фото Ольги Пучковой

Мы завариваем гостям первые три чашки, объясняем, как и что правильно делать, в какую руку брать посуду. Дальше оставляем людей, и они уже все делают сами. Но у нас есть и курсы чайного мастерства, где все долго и правильно. Это 20 незабываемых часов, во время которых мы учим держать ровно спину и заваривать чай. Ровная спина, положение тела и работа с телом — это первое, с чего мы начинаем, когда садимся заваривать чай.

Значение имеет все: вкус, аромат, цвет чая и цвет настоя, форма чая — как он выглядит и как разворачивается, если посуда стеклянная. У нас в чайной используется примерно 50 единиц разных видов посуды.

Сейчас у нас в «Дереве» больше 20 видов, я дважды ездила в Китай и наладила прямые поставки настоящего китайского чая. В том числе чая с диких деревьев, который рос в естественных условиях без вмешательства человека.

В Китае. Фото из архива Нелли

Без коньяка, постели и родителей

— Классическая ошибка молодых предпринимателей в первые годы — очень сильная эмоциональная вовлеченность. Она очень истощает, но ты для всех хороший. А потом эмоции заканчиваются, приходит расчетливость. В России не любят, когда ты становишься расчетливым предпринимателем, потому что ты просто бесплатно перестаешь что-то делать. Тут же еще прекрасный момент: ты же женщина, которая решилась на что-то свое, не понятное вообще никому. Никто не понимал, чем я хочу заниматься, кроме меня и моей команды.

Есть в Пензе предприниматели из 90-х. И есть мы — ребята, которым около 30, у которых не было упавших на них денег. Очень многие в моей среде на каких-то заемных средствах первые капиталы сделали. Мы практически не ругаемся матом, мы не бухаем. Это такие две разные планеты. Я много у кого снимала помещения. Бывало, собственник к тебе приходит, с ноги открывает дверь, начинает матом орать: «Ты не так выглядишь».

Когда ты начинаешь говорить: «Давайте-ка вы не будете матом ругаться», мне говорят: «А ты че, меня будешь жизни учить? И ты, во-первых, женщина. Во-вторых, ты о деньгах разговариваешь». Короче, никакого уважения. А среди предпринимателей нашего возраста можно дела решать без коньяка и без мата.

Как-то я пересекалась по работе с одним бизнесменом, ему было лет 50. И он мне говорил: «Нелля, ты сейчас откроешь свою компанию? Да ладно! Все через постель решается, ты че?» У меня чайной шесть лет почти. Я ничего не решала через коньяк, через постель, через родителей.

Про деньги

— Чайный дом — мой единственный источник дохода. Кредит за первую чайную я отбила за три года. В первый год было ощущение, что ты просто впустую работаешь, бьешься головой о стену, а с третьего года уже какие-то дивиденды начинаются. Потом я вложила все в новую чайную, взяла под нее кредит и плачу его до сих пор.

Наша вторая чайная — уже более коммерческий проект. Лучше просчитанный, более прибыльный, более взрослый. Чайный дом «Дерево» работает не только как заведение, у нас есть розничный магазин чая и посуды.

Сейчас к нашему чаю «прилипли» другие группы товаров: напитки народов мира, мате, кофе, благовония, косметика, а теперь и книжный магазин. Мы просто взяли эту аудиторию, кому интересен чай, и начали предлагать чего-нибудь еще. Еще у нас есть корпоративные заказы, выездные чаепития, подарочные сертификаты на чайные церемонии.

Но люди в Пензе пока еще приходят на скидки, на события и встречи. Поэтому наши 150 событий в год тоже не проходят бесследно в плане выручки. Каждые полгода мы делаем ремонт, каждые три года у нас переезды и перемены. Сейчас готовится серия пензенской «сувенирки» [сувенирной продукции] — стильной, модной, молодежной.

У нас достаточно стабильные группы в соцсетях, которыми мы занимаемся, они у нас органически растут. У нас нет космических бюджетов на рекламу, но есть репутация.

Сейчас начинаем выходить за пределы Пензы. Спасибо самоизоляции, у нас начались продажи за пределы города — наконец открыли интернет-магазин. В России пошла новая, третья волна чайных, потому что все предыдущие закрылись. Люди, которые начинали заниматься чаем в 1999 году, ушли либо в другие отрасли, либо занялись крупным оптом.

У чайной теперь есть интернет-магазин

Все чайные проекты в России, которые я знаю, выросли на каком-то просто лютом энтузиазме. И все они переросли во что-то еще — в опт, в продажу через интернет на Россию. Нет ни одной успешной чайной, которая бы сидела у себя в городе и все.

Проект «Чайное дерево» держится, наверное, на моем энтузиазме и энтузиазме людей, которые со мной с самого начала. Мы открывались вчетвером — и до сих пор вчетвером вместе. Для российского проекта это просто нереально, это очень редко бывает. Всего нас сейчас в команде восемь человек, есть те, кто приходит работать время от времени.

Про социальность

— В России нет понятного определения «социального проекта». Формально ты открываешь ИП, принимаешь на работу, условно, двух инвалидов, обеспечиваешь им рабочие места — и ты уже считаешься социальным бизнесом. По мне, это бред какой-то. 

Социальный бизнес — это не про рабочие места для инвалидов, блин. Я вкладываю деньги в ту социальность, которую понимаю, как вот эта чайная.

Если я сейчас переведу чайную в формат НКО, это будет просто убиться с переоформлением. Может быть, я какой-то грант где-то там словлю, победю и потом умру от его оформления и юридических каких-то причин.

В 2016 году у нас было прекрасное событие — фестиваль чайных традиций, за два дня выпили 200 литров чая. Мы провели его на микрогрант от «Гражданского Союза» [фонд местного сообщества], привезли гостей из Питера, Москвы, Саратова и прочих городов. Было очень интересно, классно, но достаточно затратно по силам и энергии.

Когда в Пензе есть какой-то конкурс на какой-то грант, то на него обязательно выходит какой-то инклюзивный проект для инвалидов. И тут выхожу я со своим чаем: конечно, у меня сердце екает, не выдерживает. Я думаю: «Господи, какой я бесполезной фигней занимаюсь, я никого не спасаю».

С другой стороны, я очень «опылена» идеями импакт-мест, импакт-инвестиций и «третьим местом». Я считаю, что в современном здоровом обществе должно быть все: и благотворительность, и творчество, и культурные проекты.

И место интересное, куда сходить, где подпитаться идеями, познакомиться с людьми, пообщаться, — это очень важно. Когда все сидят на диване и не хотят ничего делать, им ничего не интересно — все, мы получаем общество людей, которые сидят и ждут, когда им заплатят пособие. Мы увидели такую модель общества в самоизоляции, и мы ее не хотим.

 

Материалы по теме
Комментарии (2)
или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий, как зарегистрированный пользователь.
Хорошо иметь
17 июл 2020 20:22

Маму муниципального служащего. Романтика...

Наталия
15 дек 2020 22:06

Третье место, я еду в тебя!) Здорово!)

Стать блогером
Свежие материалы
Рубрики по теме
Пензенская областьФеминизмИсторииБизнес
Хватит читать
Москву!
Хватит читать Москву!
Подпишись на рассылку
о настоящей жизни в российских
регионах
Подпишись на рассылку о жизни в регионах
Заполняя эту форму, вы соглашаетесь с Политикой в отношении обработки персональных данных
ПРОДОЛЖАЯ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ САЙТОМ,
ВЫ ПОДТВЕРЖДАЕТЕ, ЧТО ВАМ УЖЕ ИСПОЛНИЛОСЬ 18 ЛЕТ
ПРОДОЛЖАЯ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ САЙТОМ, ВЫ ПОДТВЕРЖДАЕТЕ, ЧТО ВАМ УЖЕ ИСПОЛНИЛОСЬ 18 ЛЕТ
Нам нужна ваша поддержка
Мы хотим и дальше давать голос тем, кто прямо сейчас меняет свои города к лучшему: волонтерам, предпринимателям, активистам. Нас поддерживают благотворители и спонсоры, но гарантировать развитие и независимость могут только деньги читателей.
Ежемесячно
Разово
Сумма
100
200
500
1000
2000
Нажимая на кнопку «Поддержать» вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности
Отправить сообщение об ошибке/опечатке
× Закрыть
Ваше сообщение было отправлено администратору. Спасибо за вашу внимательность!