«Теперь так выглядят оправдательные приговоры». Что пишут в соцсетях о наказании для журналистки Светланы Прокопьевой · «7x7» Горизонтальная Россия
Горизонтальная Россия
  1. article
  2. Горизонтальная Россия

«Теперь так выглядят оправдательные приговоры». Что пишут в соцсетях о наказании для журналистки Светланы Прокопьевой

Обзор блогов «7х7»

Алёна Хлиманова
Светлана Прокопьева (в центре) после оглашения приговора
Фото Ивана Журавкова

2-й Западный окружной военный суд признал журналистку «Радио Свобода» и «Эха Москвы в Пскове» Светлану Прокопьеву виновной по уголовному делу об оправдании терроризма и оштрафовал ее на 500 тыс. руб. Прокуратура требовала для Прокопьевой, разбиравшейся в своей авторской колонке в 2018 году в причинах теракта в здании УФСБ по Архангельской области, шесть лет колонии. Как на приговор журналистке отреагировали коллеги, политики и эксперты — в обзоре «7х7».

«Радуемся штрафу вместо реального срока»

Политик Дмитрий Гудков считает штраф Прокопьевой «выкупом»:

— Теперь так выглядят оправдательные приговоры: безумные, огромные деньги как выкуп за невиновность. Но даже это возможно только благодаря публичным общественным кампаниям.

Медиаюрист Центра защиты прав СМИ из Воронежа Светлана Кузеванова удивилась, что теперь приходится радоваться подобным решениям суда:

— Вот мы дожили... Радуемся штрафу вместо реального срока. А ведь человек должен быть оправдан полностью, потому что никакого преступления он не совершал. Но не радоваться невозможно же...

Журналист «Эха Москвы» Александр Плющев назвал приговор «максимально возможным в ситуации с абсолютно невиновной Прокопьевой»:

— Другое дело, что официально закреплено, что за совершенно нейтральные слова можно стать уголовником. Подментованным экспертам — всевозможные проклятия и пожелания ухмылки судьбы.

Глава международной правозащитной группы «Агора» юрист Павел Чиков рассказал, что штраф — не единственная проблема Прокопьевой:

— Светлана Прокопьева остается в перечне террористов и экстремистов Росфинмониторинга. Поскольку несколько человек интересовались, нужно пояснить. Человека вносят в перечень террористов и экстремистов с момента подозрения в совершении преступления террористической и/или экстремистской направленности, с момента предъявления ему обвинения, с момента осуждения (в зависимости от ситуации по делу). Данные на него выставляет следователь. Росфинмониторинг лишь вносит в перечень. После этого человек попадает в черный список всех банков и много еще куда. Исключение из перечня происходит автоматически по истечении одного года с момента исполнения уголовного наказания. В случае Прокопьевой, если приговор останется в силе после апелляционного обжалования, она будет еще год находиться в перечне после оплаты штрафа.

«Самыми серьезными противниками для диктаторов были и остаются свободные СМИ, свободные журналисты»

Политик Григорий Явлинский объяснил дело против псковской журналистки ее профессиональной деятельностью:

— Главной опорой авторитарных и тоталитарных режимов является ложь, а главная угроза им — свобода слова, разоблачающая эту ложь. Именно возможность людей открыто выражать свою точку зрения — главная опасность для вождей и режимов. Поэтому, конечно, самыми серьезными противниками для диктаторов были и остаются свободные СМИ, свободные журналисты, свободные люди. За последние 20 лет в России ликвидированы почти все свободные СМИ, а свободных, то есть честных, журналистов преследуют, запугивают, уничтожают.

Главный редактор онлайн-издания «Медиазона» Сергей Смирнов напомнил, на чем строилось дело Прокопьевой:

— Чтобы вы понимали, все дело основано на экспертах и их выводах, примерно таких: «Подобное оправдание терроризма прессой XIX века видится как один из этапов разрушения русской государственности, ее ослабления и достижения геополитических интересов странами-конкурентами». Реально хочется сказать: что вы все несете?! Какие народовольцы, какие народники?! Как обычно, не обошлось без секретных свидетелей (разумеется, оперов), один из них говорил, что цель Прокопьевой «смена власти, в том числе различными радикальными механизмами».

Экс-глава ЮКОСа Михаил Ходорковский заметил, что Прокопьева написала то, что и так думают большинство жителей России:

— По мнению прокуратуры, констатация факта — это теперь «оправдание терроризма».

Главный редактор «7х7» журналист Олег Григоренко написал, что дело Прокопьевой — вовсе не про журналистов, оно про обычных людей, которые обращаются к журналистам в надежде на помощь, «потому что больше уже не к кому, все письма написаны, все пороги обиты»:

— История про Светлану Прокопьеву, которую оштрафовали на полмиллиона рублей (а хотели посадить на шесть лет) за журналистский, публицистический текст, — это намек, что пора бы прикрыть эту последнюю надежду.

«Второй такой демократии, как в России, просто нет»

Журналист информагентства News Front Юлия Витязева заявила, что именно журналисты «Радио Свобода» и «Эха Москвы» «толкают людей на противоправные действия, сами оставаясь в стороне»:

— Главная причина, вынудившая «17-летнего парня собрать взрывное устройство и прийти в здание местной ФСБ», — это бесперебойная работа на территории России всяких информационных помоек типа «Эха Москвы» и «Радио Свобода». Именно они, а также их постоянные гости в своих эфирах и уютных бложиках забивают неокрепшие умы лозунгами про «тоталитарный Мордор» и навязывают им свою систему координат, в которой силовики — «бандиты в погонах», власть — «преступная», а Путин — «реинкарнация Сталина». Именно все эти Эха и Голоса рождают в головах у мающихся бездельем и комплексами индивидуумов мысли о терроре как о единственном способе борьбы.

Ведущий «Вести FM» журналист Армен Гаспарян удивился мягкости приговора псковской журналистке — штраф 500 тыс. руб. за «оправдание терроризма»:

— Второй такой демократии, как в России, просто нет.

«Сломать систему и вытащить из лап дракона человека может только общественное мнение»

Эксперт Центра политических технологий имени Игоря Бунина Алексей Макаркин заметил, что этим делом власти дают сигнал обществу сократить дискуссии о терроризме:

— Несмотря на мягкий приговор, его обвинительный характер создает прецедент и существенно ограничивает дискуссии по поводу причин терроризма, в том числе с участием журналистов и историков. В том числе с апелляцией к истории народовольцев, эсеров, да и белых террористов 1920-х годов. Для сравнения — во Франции, к примеру, тоже судят за оправдание терроризма, но там нужно доказать прямую и явную поддержку действий террориста, а не читать между строк.

Блогер Кирилл Шулика проанализировал деятельность судов в эпоху «новой нормальности»:

— Во-первых, по сути, суд ее оправдал. В России при Путине оправдательных приговоров меньше, чем при Сталине. Поэтому невиновных наказывают способом эпохи «новой нормальности» — штрафом или условным сроком. То есть смело можно считать Прокопьеву невиновной. Во-вторых, крайне важно бороться с этой «новой нормальностью», когда невиновные люди получают судимости. В-третьих, сломать систему и вытащить из лап дракона человека может только общественное мнение. И просто плюйте, когда вам говорят сидеть тихо, чтобы дать возможность неким большим дядям наверху договориться.

Кандидат политических наук Екатерина Шульман увидела параллели в деле Прокопьевой и деле «Седьмой студии», по которому осудили режиссера Кирилла Серебренникова:

— Соотношение запроса и приговора крайне напоминает дело «Седьмой студии»: те же символические шесть лет, которые для стороны обвинения, вероятно, означают «мы считаем дело серьезным и все в нем правильно сделали», и то же сообщение в приговоре — занимайтесь чем хотите, но деньги отдайте. Старая судебная примета работает: кто своими ногами в суд пришел, на своих и уйдет. Потому перелом в деле «Седьмой студии» случился, когда сменилась мера пресечения для обвиняемых.

Телеведущий канала «Россия-1» Евгений Попов объяснил решение суда по делу псковской журналистки с продолжающейся «настройкой» правовой системы страны:

— Мифы о всемогущем товарище майоре, который диктует приговоры Фемиде, — кликабельная клюква. Наоборот, судьи учатся принимать решения. И уже давно. Плохо ли, хорошо ли, но учатся. Законы о «реабилитации», «оправдании», «призывах» сложны и далеко не однозначны. И, к сожалению, пока судьи учатся их трактовать, нас ждет еще немало спорных приговоров, которые никак не зависят от настроения товарища майора. Что касается самого приговора, то во всех странах мира существует наказание за слова. Где-то за угрозы, где-то за оскорбления, где-то за призывы. Эти наказания формировались десятилетиями. У нас же совсем молодая страна. И кодекс каждый год дорабатывается. К сожалению, от этого зачастую страдают люди. Но иного пути нет. Москва не сразу строилась.

 

Алёна Хлиманова, «7х7»

Материалы по теме
Комментарии (0)
или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий, как зарегистрированный пользователь.
Стать блогером

Свежие материалы

Рубрики по теме

Обзор блогов

События

СМИ

Свобода слова

Репрессии

Дело Прокопьевой

Хватит читать Москву!

Подпишись на рассылку о настоящей жизни в российских регионах

Заполняя эту форму, вы соглашаетесь с Политикой в отношении обработки персональных данных