Собирается ежемесячно 46 512 из 250 000
Межрегиональный интернет-журнал «7x7» Новости, мнения, блоги
  1. Горизонтальная Россия
  2. «Как относиться к выводам историка, который столь небрежен с источниками?» Историк Ирина Такала — о псевдоисторичности книги Сергея Веригина «Загадки Сандармоха» на семи примерах

«Как относиться к выводам историка, который столь небрежен с источниками?» Историк Ирина Такала — о псевдоисторичности книги Сергея Веригина «Загадки Сандармоха» на семи примерах

Василиса Алтынникова
Сергей Веригин и Ирина Такала
Коллаж Кирилла Шейна

Урочище Сандармох в Карелии — официальный Мемориал жертвам политических репрессий. Здесь захоронены расстрелянные в годы Большого террора. В 2016 году появилась новая теория о том, что здесь покоятся останки в том числе советских солдат, попавших в плен к финнам. Авторы гипотезы 29 января 2020 года презентовали книгу «Загадки Сандармоха», она вызвала острую дискуссию в кругах исследователей. Кандидат исторических наук, доцент Петрозаводского государственного университета Ирина Такала написала рецензию на книгу, в которой раскритиковала умение авторов работать с документами и поставила их выводы под сомнение. В обзоре — семь ее доводов о ненаучности теории.

История вопроса

Об урочище Сандармох, которое находится в Медвежьегорском районе Карелии, стало известно в 1997 году, когда там обнаружили останки жертв политических репрессий второй половины 1930-х годов — исследователи подсчитали, что там захоронено более 7 тысяч человек. С того времени в Сандармохе ежегодно проходят международные дни памяти жертв Большого террора.

Одним из активных исследователей этих мест был историк, руководитель карельского «Мемориала» Юрий Дмитриев. Три года назад его задержали по доносу о том, что он якобы хранил на компьютере порнографические снимки своей приемной дочери. Суд оправдал его по делу о порнографии 4 апреля 2018 года. Но 27 июня того же года его снова задержали — по новому уголовному делу по статье о «насильственных действиях сексуального характера в отношении несовершеннолетнего». Петрозаводский суд рассматривает это дело. Юрий Дмитриев находится в СИЗО и там продолжает свою исследовательскую работу. 28 января 2020 года, в день его рождения, состоялась презентация его книги «Место памяти Сандармох».

А на следующий день в Петрозаводском государственном университете состоялась презентация книги историка Сергея Веригина и журналиста Армаса Машина «Загадки Сандармоха. Что скрывает лесное урочище (часть 1)». Еще четыре года назад Сергей Веригин и его коллега Юрий Килин выдвинули гипотезу, что в Сандармохе могут быть похоронены не только жертвы сталинских репрессий, но и советские военнопленные, погибшие от голода и болезни или расстрелянные финнами во время Великой Отечественной войны. Авторов обвинили в том, что они пытаются переписать историю Сандармоха.

В 2018 и 2019 годах в Сандармох приезжали на раскопки поисковики из Российского военно-исторического общества (РВИО). Они хотели найти подтверждение гипотезе Веригина и Килина. Результаты первой экспедиции не опровергли, но и не доказали их теорию. Результаты второй еще не известны.

Раскопки РВИО в августе 2019 года

Семь тезисов из рецензии на книгу «Загадки Сандармоха»

1. Описывая, но не анализируя

Из книги «Загадки Сандармоха»:

«Финские лагеря для военнопленных были крупнее, чем немецкие. Во многих из них численность превышала тысячу человек».

По мнению Ирины Такала, в тексте Веригина просто описываются документы, автор их никак не анализирует. При этом иногда выводы, как в случае с численностью военнопленных в лагерях, противоречат изложенным им же фактам. 

«Далее [по тексту Веригина] следуют цифры, свидетельствующие, что в трех лагерях Медвежьегорского района было от 200 до 260 заключенных, в одном около 500 и еще одном около тысячи».

2. Единственный спорный советский источник

Веригин пишет о том, что по недавно рассекреченным архивным документам из фондов Центрального архива ФСБ РФ на территории Медвежьегорска и Медвежьегорского района в период финской оккупации было семь концлагерей, в том числе лагерь №72 в деревне Ахвеламби.

Ирина Такала утверждает, что автор опирается на единственный спорный советский источник и плохо знает финские, а это приводит к прямым ошибкам. Например, трижды Веригин пишет о том, что лагерь №72 находился в «д. Ахвеламби». В Медвежьегорском районе есть поселок, но называется он Ахвенламби и основан он был в 1953 году на базе лесопункта (Паданский сельсовет). Упоминаемый Веригиным лагерь L72, согласно финским источникам, был расположен в Ахвенярви (Остречье, близ Чёбино). 

3. Допрос одного человека

Из книги Веригина:

«Сами военнопленные считали, что самая страшная ситуация до середины 1942 года была в лагере №71 в деревне 2-я Кумса, смертность в котором превысила 100% от первоначальной численности (контингента) военнопленных, то есть все заключенные первого состава умерли от голода, эпидемических болезней, тяжелой работы и в результате расстрелов».

Ирина Такала пишет, что вывод о высокой смертности в финских лагерях для советских военнопленных автор сделал на основании допроса одного человека — Георгия Андреевича Чернова, военнопленного лагеря №31. Рецензент анализирует цитату из протокола допроса Чернова:

«Слышал от других военнопленных, что в 71-м лагере была очень большая смертность пленных (больше 100%, т. к. умирали кроме штатных еще и прибывшие на место умерших). Этот лагерь у военнопленных был до половины 1942 г. на самом плохом счету из местных лагерей». 

Ирина Такала делает вывод: «Даже в слухах, согласно протоколу, слово „расстрел“ отсутствует. Смертность в финских лагерях военнопленных была действительно очень высокой, это признают и финляндские исследователи. Но если обратиться к упоминавшейся уже базе Национального архива Финляндии, то мы видим, что именно по этому лагерю смертность была одной из самых низких. Не повод ли это для профессионального историка задуматься о степени достоверности источника и способах его интерпретации?».

4. Вольное обращение с источником

Ирина Такала привела пример небрежной работы автора с источником. Веригин, по ее словам, иллюстрируя доводы о том, что военнопленных в лагерях Медвежьегорска расстреливали за малейшее нарушение режима, перепутал фамилию допрашиваемого и даты, а свой пересказ выдал за цитату из допроса.

Из книги Веригина:

«Задержанный агент финской разведки, бывший военнопленный лагеря №74 г. Медвежьегорск Степан Иванович Макарихин на допросе 22 октября 1943 г. в УКР „Смерш“ Карельского фронта рассказал, что „осенью 1942 г. финским сержантом по кличке «Длинный» в лагере были расстреляны два военнопленных. У сержанта не выдержали нервы после того, как занятый работой военнопленный Максим Шишигин не услышал его команду о построении для возвращения в лагерь и продолжал работу. Команду Шишигин не расслышал из-за шума на рабочем месте. «Длинный» застрелил Шишигина прямо на месте на глазах других военнопленных. А другого военнопленного весной 1943 г. расстрелял за самовольный уход с работы“».

Такала цитирует сам документ допроса для сравнения:

«Это протокол допроса от 21 октября 1943 г. (допрос закончился в час ночи 22 октября) Степана Ивановича Макаршина (не Макарихина!), уроженца Кондопоги, партизана, попавшего в плен в декабре 1941 года. Здесь Макаршин назван «задержанным», как «агента финской разведки» его упомянут в числе других в итоговой справке по лагерю, составленной в конце января 1944 г. Фрагмент протокола (страница 6):

«Вопрос: Случаи издевательства со смертельным исходом, казни были?

Ответ: Издевательств со смертельным исходом не было, а было два случая расстрелов: 1) осенью 1942 г. военнопленного Шишигина за то, что не слыхал команды на месте работы собираться домой, 2) весной 1943 г. военнопленного Павла за самовольный уход с места работы за хлебом. Больше таких фактов не было».

Сержант «Длинный» упоминается на третьей странице протокола:

«Вопрос: Кого вы знаете из лагерного начальства и ставленников из военнопленных?

Ответ: 3) Сержант по кличке «Длинный», финн, лет 35, проверял работу военнопленных, к пленным относился зверски, лично расстрелял двух пленных Шишигина и Павла».

 

5. Главный вопрос

Четвертый раздел «Загадок Сандармоха» называется «Есть ли в расстрельных ямах Сандармоха советские военнопленные?» По словам Ирины Такалы, раздел занимает одну страницу и содержит два утверждения, которые никто не оспаривает:

1)   финны использовали для своих лагерей уже имевшуюся здесь лагерную структуру НКВД;

2)   расстояние от Медвежьегорска до Сандармоха 12 км, а оттуда до передовой линии чуть больше 10 км.

И вывод: песчаный карьер Сандармох был [далее цитата из текста Веригина] «без сомнения, хорошо известен финскому военному командованию, так как находился непосредственно в хорошо охраняемой прифронтовой полосе. Было бы естественно, если бы погибших в концлагерях Медвежьегорска военнопленных, которых было, по крайней мере, несколько сотен, захоронили в Сандармохе».

Вопрос о том, кто захоронен в Сандармохе — главный в споре с момента появления «гипотезы Веригина-Килина». Но, как настаивает Ирина Такала, документальных доказательств своей теории в ключевом разделе автор не привел.

6. Подписи под фотографиями

В разделе книги «Советские военнопленные на строительстве Медвежьегорского укрепрайона» рассказывается о теориях Веригина и финских историков о том, кто строил военные преграды.

Такала пишет: «По мнению финнов, строго секретный объект строился силами финских рабочих и специалистов. Веригин же утверждает, что в качестве рабочей силы использовались сотни (любимое слово автора!) советских военнопленных, и „вполне возможно“, что погибшие на тяжелых работах люди „также захоронены в местечке Сандармох“».

В качестве доказательства своей теории Сергей Веригин ссылается на фотографии из финского военного архива (Sota-Arkisto), опубликованные на сайте «SA-Kuva»: среди тысяч снимков военных действий Финляндии против СССР периода Второй мировой войны есть «десятки фотографий, которые показывают жизнь и труд советских военнопленных на сооружении Медвежьегорского укрепрайона в период финской оккупации 1941–1944 гг.». Автор «Загадок Сандармоха» пишет: «Таким образом этот вопрос отпал сам собой».

Ирина Такала подтвердила, что на сайте действительно есть огромный архив фото- и видеоматериалов периода Второй мировой войны:

«По запросу „Karhumäki 1941–44“ можно посмотреть 1862 фотографии военного Медвежьегорска, но снимков строительства сверхсекретного военного объекта, тем более с советскими военнопленными, среди них нет! Об этом свидетельствуют и подписи под фотографиями (на финском или шведском языках). Даже если профессор Веригин не сумел прочитать подписи, издатель книги Йохан Бекман [финский публицист и обществовед] не мог их не понимать».

7. Новый стиль историописания

Ирина Такала пишет, что последние 12 страниц книги Веригин посвятил дискуссиям вокруг его гипотезы «клеймя либерально-демократические СМИ и оправдывая варварские раскопки РВИО в Сандармохе», ответа на «придуманную загадку» читатель так и не получил.

Во второй части книги журналист Армас Машин обозревает и комментирует публикации в СМИ о Сандармохе. Автор рецензии отказалась комментировать эту часть, назвав ее «очень субъективной публицистикой с разоблачением разоблачителей» (речь в этой части идет об обществе «Мемориал», Юрии Дмитриеве, экс-директоре Медвежьегорского музея Сергее Колтырине, которого обвинили в педофилии).

«В одном я полностью могу согласиться с создателями этого нового жанра в современной российской историографии: „загадки урочища Сандармох разгадать можно. Ключ к разгадке – терпеливый поиск, объективные исследования“», — пишет Такала.

* Организации Мемориала выполняет функцию иностранного агента. Мы ставим эту пометку по требованию Минюста и Роскомнадзора. Мы не согласны с законами, обязывающими делать эту маркировку.
Материалы по теме
Мнение
28 ноя 2021
Марат Давыдов
Марат Давыдов
Абсурдное нарушение логики
Комментарии (1)
или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий, как зарегистрированный пользователь.
Сергей
8 май 2020 08:58

Автор статьи так же грешит неверными интерпретациями рецензии И.Р.Такала. В частности, при описании "вольного обращения с первоисточником", почему-то опускаются важные детали, присутствовавшие в рецензии : Максим Шишигин 1906 г.р. не мог быть расстрелян охранником в сентябре 1942, так как умер 11.01.42 в роте военнопленных L21, дислоцированной на тот момент на Карельском перешейке.Соответствующий документ в объединенной базе данных "Память Народа"/ "Мемориал" имеется.

Стать блогером
Свежие материалы
Рубрики по теме
Дело ДмитриеваНаукаРепрессииИстории
Заполняя эту форму, вы соглашаетесь с Политикой в отношении обработки персональных данных
ПРОДОЛЖАЯ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ САЙТОМ,
ВЫ ПОДТВЕРЖДАЕТЕ, ЧТО ВАМ УЖЕ ИСПОЛНИЛОСЬ 18 ЛЕТ
ПРОДОЛЖАЯ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ САЙТОМ, ВЫ ПОДТВЕРЖДАЕТЕ, ЧТО ВАМ УЖЕ ИСПОЛНИЛОСЬ 18 ЛЕТ
Нам нужна ваша поддержка
Мы хотим и дальше давать голос тем, кто прямо сейчас меняет свои города к лучшему: волонтерам, предпринимателям, активистам. Нас поддерживают благотворители и спонсоры, но гарантировать развитие и независимость могут только деньги читателей.
Ежемесячно
Разово
Сумма
100
200
500
1000
2000
Нажимая на кнопку «Поддержать» вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности
Отправить сообщение об ошибке/опечатке
× Закрыть
Ваше сообщение было отправлено администратору. Спасибо за вашу внимательность!