Новости, мнения, блоги
Горизонтальная Россия
  1. article
  2. Горизонтальная Россия

«Не злитесь, не сажайте людей и не срывайте съемки». Участница группы Pussy Riot Надежда Толоконникова — о деле «Сети»*, цитатах из 1937 года, экстремизме и гей-пропаганде

Алена Хлиманова
Надежда Толоконникова
Фото из личных аккаунтов

Полиция Петербурга 9 февраля пришла в павильон «Ленфильма», где участница феминистской группы Pussy Riot Надежда Толоконникова снимала новый клип «Бесит» о том, «как больно быть врагом государства в своей собственной стране». 10 февраля во время фотосессии в художественной студии в Академическом переулке полицейские задержали Толоконникову и 12 участников съемочной группы и доставили в отделение. Активистка рассказала «7х7» о давлении на ЛГБТ-активистов, деле «Сети»* и туманных законах.

Про ситуацию на «Ленфильме»

— Это все было скорее грустно, чем смешно. Потому что понятно, что когда менты приходят на съемки, то вряд ли съемки в полной мере пройдут. Нам они сначала пообещали, что уйдут. После того как взяли с нас обещание о том, что мы не будем заниматься экстремизмом. И о том, что мы не будем пропагандировать гомосексуализм среди несовершеннолетних. Но они далеко не ушли. И тогда нам вырубили свет.

Нас обвиняли в том, что мы занимаемся экстремизмом и пропагандируем гомосексуальность в клипе, который еще не вышел и который еще не снят. Потому что официальных каналов, доступа к сценарию клипа у них не было. То есть очень забавно, что они заявились предварительно. Потом вышли какие-то материалы, на «Фонтанке», что ли, где сотрудники Центра «Э» комментировали наш клип — каким-то образом к ним попал в руки наш сценарий. Они его полностью переделали — они нам просто по-другому прочитали и пересказали безумно. Как будто какой-то первоклассник, который плохо подготовился к пересказу.

Это, конечно, вопрос, откуда у них был наш сценарий, учитывая, что мы не выкладывали его никуда публично. Клипа не было еще. Может, это даже какая-то специфика Петербурга с этим Милоновым [депутат Госдумы Виталий Милонов, инициатор закона о пропаганде гомосексуализма] и его активизмом, унижающим права всех людей — неважно, гомосексуалов или нет.

Собственно говоря, когда закон [о запрете пропаганды гомосексуализма] принимался, публиковался и подписывался, не каждый мог понять, как его могут применять и кто будет этой комиссией, которая будет решать, что является пропагандой гомосексуализма, а что не является. И когда закон описан неясно, когда нет четкого объяснения, как он будет применяться, конечно же, он применяется максимально туманно. И, по моему мнению, все эти туманные законы пишутся с целью использовать их в будущем репрессивно и максимально волюнтаристски против всех, кто неудобен.

Про комьюнити

— Так сложилось, что вокруг Pussy Riot всегда комьюнити из людей женского пола и людей квир — людей, не определяющих себя в рамках бинарной гендерной модели. И на съемках клипа это было очень остро заметно. Но у нас не было в самом клипе сюжетного момента о правах гомосексуалов или о правах квир. Просто мы как комьюнити, как художественный коллектив, художественный организм живем так, что для нас каждый человек ценен, каждый человек равный. И выходит, что для нас квир — это органическая часть жизни.

У меня гораздо больше друзей — девочек и гомосексуалов, чем гетеросексуальных мужчин, просто потому, что как-то складывается, что с девочками, гомосексуалами и с небинарными людьми проще иметь дело. Поэтому на «Ленфильме» была такая команда.

Злые, противные менты, которые пришли на эту съемку, наверное, чувствовали себя особенными. В идеале, если бы они так не ерепенились, не пытались сорвать нам съемку, мы бы их позвали вместе с нами и показали, что мы добрые, классные и никого не хотим перевоспитывать. Мы просто принимаем всех такими, какие они есть. Главное — не злитесь, не сажайте людей и не срывайте съемки.

После сорванной фотосессии 10 февраля

После сорванной фотосессии 10 февраля

А по поводу закона о запрете пропаганды гомосексуальности. Вообще, гомосексуализм — само по себе ужасное слово, потому что оно определяет гомосексуальность как какую-то болезнь или какое-то идеологическое течение. В то время как гомосексуальность — это просто ощущение твоего тела и состояние души. Поэтому корректней говорить «гомосексуальность», а не «гомосексуализм». И этот страшный закон о запрете пропаганды коснулся многих моих друзей. Но они не унывают, они такие все оптимисты. Мы верим, что мы победим. Народ победит, а нелепые милоновы уйдут на свалку истории.

Про государство и страну

— Я думаю, что нужно разделять государство и страну. Почему-то часто эти понятия объединяют, но это совершенно разные вещи. Я очень люблю Россию, это моя родина. Конечно же, политический клип на песню «Бесит» — о том, как быть врагом государства, о том, как быть еретиком, быть избиваемым полицейскими дубинками и сжигаемым на костре. Потому что, когда нас сажали, многие бегали вокруг суда крестными ходами и кричали о том, что нужно сжечь нас на костре. Но когда ты снимаешь клип на такую песню, то, конечно же, логично снимать здесь. А уходить из нее не хочется, потому что обидно. Я думаю, что в идеале, конечно, чтобы наша власть окончательно ушла из страны, а мы тут остались.

Потому что люди прекрасные. Активисты, которые пришли вчера на съемки клипа совершено бескорыстно и ничего не получали за это, я думаю, изначально не были готовы к тому, что придут менты, что будет угроза того, что менты будут проверять у всех паспорта и, может, кого арестуют. Что выключат свет и станет холодно в цеху, потому что там нет другого отопления кроме электрического.

Но никто не убежал, никто не паниковал, и это, конечно, потрясает.

Безусловно, в этом видишь дух времени, потому что, скажем, лет так пять назад такого не было — такой смелости, сплоченности перед лицом ментов, эшников. Я думаю, что многие люди бы ушли, потому что не было тогда такой развитой сети гражданских институтов, как сейчас.

Сейчас человек знает, что если он попадет в отделение, то это не конец жизни. Его из отделения встретит толпа поддерживающих его людей, а в отделение к нему доставят адвоката, еду и воду.

И, мне кажется, это важный шаг к тому, чтобы поменять власть в нашей стране. В общем, как ни странно, вчерашний эпикфейл обернулся для меня тем, что я еще больше убедилась в том, что в России действительно живут самые классные люди и они правда построят свободную страну.

О деле «Сети*»

— Для меня это страшное дело — дело «Сети*». Потому что я всю жизнь принадлежала к антифашистской среде и у меня особенно трепетное отношение к ребятам, которые разделяют антифашистские взгляды.

Если посмотреть на эти фотки, когда серые менты без лиц и улыбающиеся солнечные ребята, которые знают, что им сейчас вот-вот сломают жизнь, — контраст, конечно, страшный.

Мы цитируем 1937 год. На мой взгляд, проблема с 37-м годом в том, что он стал оправдываться в глазах многих людей. И, безусловно, это все идет сверху вниз — насаждается со стороны власти и со стороны правоохранительных органов. Я сама наблюдала это, когда сидела в тюрьме. Мне говорили, что права человека — очень плохо, потому что «вас, заключенных, нужно гнобить, вы нарушили закон, у вас не должно быть никаких прав, в 37-м году было хорошо».

Некорректно сравнивать масштабы репрессий сейчас и в 1937-м. Но самое страшное для меня то, что морально оправдываются репрессии 37-го года, история переписывается и Сталин вдруг становится эффективным менеджером. Это страшно, от этого идут репрессии сегодняшние, органы чувствуют себя вседозволенно. Конечно же, это идет, на мой взгляд, от того, что у нас фээсбэшник у власти.

Но это же не тотальная история. Простые люди не верят во все эти идеологемы. Для нас Россия — это свободная страна. Мы хотим путешествовать, мы хотим делать искусство, мы хотим развивать нашу науку и образование, мы не хотим 37-й, мы не хотим туда возвращаться. И чем больше людей я вижу каждый день, встречаю их на улицах, в магазинах, в кафе, тем больше понимаю, что большая часть людей этого вообще не хочет. Поэтому, конечно, у меня позитивное отношение к будущему. Это, скорее, какая-то раковая опухоль на теле нашей страны — наше государство сейчас. Просто надо ему в какой-то момент дать знать об этом и прогнать Путина.


Pussy Riot — российский феминистский арт-панк-проект, существующий с 2011 года. Коллектив проводил несанкционированные акции в общественных местах. В феврале 2012 года участницы коллектива Надежда Толоконникова, Мария Алехина и Екатерина Самуцевич провели «панк-молебен „Богородица, Путина прогони!“» в Храме Христа Спасителя. За эту акцию участниц осудили на два года колонии по части 2 статьи 213 Уголовного кодекса РФ («Хулиганство»).

*«Сеть» — террористическая организация, запрещенная в России.

Алена Хлиманова, «7х7»

Комментарии (1)
или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий, как зарегистрированный пользователь.
Противостояние
11 фев 13:52

молодежи и власти - извечная проблема России. У молодых нет опыта жизненного - отсюда и неумение верно отличить правду от лжи. Обманутые и оболганные, они ожидают справедливости на обочине жизни. А тем временем "золотая молодежь", используя все возможности, данные нынешней властью, ведет страну к деградации и нищете.

Хватит читать Москву!

Подпишись на рассылку о настоящей жизни в российских регионах

Заполняя эту форму, вы соглашаетесь с Политикой в отношении обработки персональных данных