«Взял трубку, а там уже не мать, а следователь». Как активисты штаба Навального в Кемерове пережили обыски по делу ФБК · «7x7» Горизонтальная Россия
Горизонтальная Россия
  1. article
  2. Горизонтальная Россия

«Взял трубку, а там уже не мать, а следователь». Как активисты штаба Навального в Кемерове пережили обыски по делу ФБК

Андрей Новашов
Василий Каверин
Фото из архива кемеровского штаба Алексея Навального, коллаж Кирилла Шейна

Координатор кемеровского штаба Алексея Навального Станислав Калиниченко лишился паспорта после обыска по делу об отмывании денег в Фонде борьбы с коррупцией (ФБК). Калиниченко и другие кемеровские активисты обвиняют следователей в многочисленных нарушениях. Что еще изъяли у сторонников Навального и как в результате обысков пострадали случайные люди — в репортаже «7x7».

«Только посмотреть»

Алексей Сущенко с ноября 2017 года волонтер, а в последние месяцы — SMM-менеджер штаба Алексея Навального в Кемерове. 28 января 2018 года Сущенко и еще около 25 кемеровских оппозиционных активистов задержали на митинге «Забастовка избирателей». Сущенко отсидел неделю в спецприемнике под административным арестом и заплатил 10 тыс. руб. штрафа. Накануне состоявшегося 5 мая 2018 года в Кемерове шествия «Он нам не царь» Алексей вышел в магазин купить воды, и его задержали на улице.

— Меня четверо сотрудников заломали, положили лицом в асфальт, увезли в суд и присудили 160 часов общественных работ, хотя все, что я сделал, — написал в интернете за несколько дней до шествия: «Выходите на улицу 5 мая», — вспоминает активист.

Обыски, прошедшие в сентябре и октябре в штабах Навального в регионах, Сущенко считает местью за «умное голосование». К нему полицейские пришли 12 сентября.

— Я проснулся в 10:25. Открываю телефон и читаю, что по всей стране обыски. Вижу сообщение от юриста нашего штаба Артура Сташа, что к нему пришли. Думаю, сейчас и ко мне. И буквально через пять минут — стук в дверь, грохот. Минут 15 долбились, — рассказывает активист.

На его телефон позвонил оперуполномоченный, стоявший под дверью. Объяснил, что у следственной бригады есть постановление суда на обыск квартиры по делу ФБК и что, если им не откроют, они вскроют дверь болгаркой или топором. Своему адвокату Сущенко не дозвонился, но успел позвонить в «ОВД-Инфо» — сообщил, что в Кемерове идут обыски. Ждавшие под дверью позвонили на телефон снова. Сущенко сказал, что он откроет, если ему разрешат видеосъемку. Оперуполномоченный согласился:

— Снимайте, вы ведь не преступник.

Активист вспоминает, что когда впустил следственную группу, на него кинулись два человека в масках, повалили на диван и отобрали телефон, на который он снимал видео. Этот телефон изъяли. Кроме того, Сущенко отдал силовикам два жестких диска. Обыск все равно провели и забрали еще и старый неработающий телефон, неактивные кредитные карты и список домашних дел на завтра, написанный на листке. Самого активиста отвезли на допрос в Следственный комитет.

 
 
 

SMM-специалист кемеровского штаба Навального живет в квартире, где прописана его мать, а комнату гостиничного типа (КГТ), в которой он прописан, сдает семейной паре. Обыск устроили и там. Матери активиста, у которой были ключи от «гостинки», силовики пригрозили по телефону взломом двери. По словам Сущенко, они обещали, что зайдут только посмотреть. Мать согласилась (ей пришлось отпроситься с работы), а, когда оперативно-следственная бригада зашла в КГТ, следователь, как вспоминает SMMщик, сказал: «Ну все, работаем». И начался настоящий обыск.

— В комнате есть что-то типа кладовки, и там с 90-х годов пылился чемоданчик с книгами по бухгалтерскому учету. Они, когда его увидели, очень обрадовались. Глаза загорелись, руки затряслись. Типа: «Мы нашли чемодан с деньгами!», — вспоминает активист со слов матери.

В ходе обыска следователи изъяли ноутбук квартиросъемщицы, работающей в полиции и не имеющей отношения ни к штабу Навального, ни к политическому активизму. Сущенко на допросе сослался на 51-ю статью Конституции и отказался давать показания, но дал письменное разъяснение, что этот ноутбук ему не принадлежит и не содержит его документов. Хозяйка ноутбука пыталась его вернуть, но безуспешно.

Вторая волна обысков коснулась бывших сотрудников и волонтеров штабов Навального, и Кемерово не стал исключением. Утром 15 октября следователи обыскали квартиры Василия Каверина, Александры Старостиной, квартиру родителей Серафимы Тебенихиной и квартиру родителей ее мужа. На обыске у Старостиной следственная бригада пригрозила, что будет вспарывать подушки, если она не отдаст технику добровольно. Пришли с обыском и к бывшему заместителю координатора штаба Борису Павлову, который год назад покинул этот пост.

— У меня изъяли, наверное, больше всех: шесть или семь жестких дисков, ноутбук, телефон, флешки, камеру GoPro. Даже пластиковую табличку, подписанную Навальным, — рассказывает бывший сотрудник штаба.

Павлов иногда помогает друзьям с ремонтом техники. Накануне ему принесли два компьютера. Жесткие диски этих компьютеров тоже конфисковали и, как и все остальное, до сих пор не вернули. Квартиру, где он зарегистрирован и которую сдает, силовики также обыскали, а квартиросъемщика вызвали на допрос.

Василий Каверин — волонтер кемеровского штаба с момента его основания, но в последнее время реже участвует в акциях. Обыск в его квартире тоже устроили утром 15 октября, когда активист был на занятиях в университете. О второй волне обысков он узнал, просматривая новости на смартфоне. Несколько раз позвонил матери, она не брала трубку. Через час высветился номер: звонит мать.

— Взял трубку, а там уже не мать, а следователь, — вспоминает Каверин.

Василий Каверин. Фото из архива кемеровского штаба Алексея Навального

Обыск закончился к тому времени, когда он приехал домой подписать протокол изъятия. У Василия Каверина был один из самых «мягких» обысков: изъяли только телефон, оставленный дома. Одной из понятых была его однокурсница с юрфака. Активист полагает, что понятая — заинтересованное лицо. В таком случае, по его словам, имело место нарушение уголовно-процессуального права. Сотрудники штаба Навального в Кемерове считают, что девушка связана с «Молодой Гвардией Единой России» (МГЕР).

Обыск после смерти дедушки

Кемеровскому школьнику Дмитрию Диденко 16 лет, два из них он занимается оппозиционной активностью, из-за которой, как считает сам подросток, в девятом классе его оставили на второй год. Диденко участвовал почти во всех митингах штаба Навального, раздавал листовки в преддверии президентских выборов 2018 года. В соседнем Новосибирске школьник участвовал — в рамках, определенных для несовершеннолетних законом, — в кампании в поддержку на выборах мэра Сергея Бойко — сторонника Навального.

Активист, переживший несколько административных задержаний, называет себя законопослушным гражданином. Впервые Диденко задержали на «Забастовке избирателей» 28 января 2018 года. На общегражданском митинге в конце марта 2018 года после пожара в ТЦ «Зимняя вишня» школьник оказался рядом с будущим губернатором Сергеем Цивилевым, который отчитал его, что тот ничего не понимает, и советовал пойти домой. 3 мая того же года Диденко задержали у мемориала погибшим в «Зимней вишне». В тот день в Кемерово приезжал патриарх Кирилл.

За 10 часов до обыска по делу ФБК у Диденко умер дедушка. Увидев в квартире людей в форме, подросток сначала решил, что это связано со смертью родственника. Активист предполагает, что в подъезд следственная группа проникла, обесточив домофон. И — уже с полной определенностью — говорит, что в квартиру они не звонили, ворвались в тот момент, когда выходили его мать и тетя (по словам сотрудников штаба, это распространенная тактика). Женщины вынуждены были уйти по неотложным делам, связанным с оформлением свидетельства о смерти. Обыск проводился в присутствии дяди, который юридически не является представителем Дмитрия. Это нарушение закона, как и допрос в отсутствие родителей, говорят активисты.

— Я не стал давать показания, сославшись на 51-ю статью [Конституции], но все же они нарушили закон и должны понести наказание, — говорит подросток.

Из-за обыска, продолжавшегося около трех часов, занятия в школе ему пришлось пропустить. Диденко обвиняет следователей в том, что таким образом они нарушили его право на получение образования.

«… не могу доказать, что я — это я»

Координатор штаба Алексея Навального в Кемерове Станислав Калиниченко с апреля по август 2018 года сидел в СИЗО по обвинению в избиении полицейского (активист утверждал, что полицейские избили его самого), где 19 дней держал голодовку. Первый обыск в квартире Калиниченко прошел еще 11 июля 2013 года. Активиста, который полтора года возглавляет штаб Навального в Кемерове, не могла миновать и нынешняя волна обысков — по делу ФБК.

Алексей Сущенко (слева) и Станислав Калиниченко. Фото из архива кемеровского штаба Алексея Навального

— Следователь Ольга Труфанова — она бумажки оформляет. И есть силовое сопровождение, это: «Ребят, кто хочет у Калиничеко порыться в квартире, посмотреть, как он живет?» Силовая бригада — человек восемь-девять. В том числе ко мне пришли наши давние враги, которые «ведут» штаб, — «эшники» [сотрудники Центра по борьбе с экстремизмом МВД, так называемого Центра «Э»] Владислав Борисик и Иван Болтивец. Я с ними на контакт не иду, не разговариваю, и они этим воспользовались. Увидели паспорт: «О! А мы паспорт заберем!» Наглость. Забираем, потому что можем, — комментирует Калиниченко.

Изъятие паспортов, насколько известно координатору штаба, — это кузбасский «эксклюзив». Удостоверение личности забрали и у юриста штаба Артура Сташа. На следующий день следователь вернул паспорт Сташу, сказав при этом, что документ конфискован якобы по ошибке.

— Следователь звонила нашему юристу и предлагала решить  вопрос с моим паспортом без суда, кулуарно, на что Артур Борисович сразу обратился в службу собственной безопасности — то ли СК, то ли полиции — и сообщил, что представитель закона нарушает закон, — рассказывает Калиниченко.

В Центральном районном суде Кемерова уже прошли два заседания по делу об изъятом паспорте. Первое заседание было перенесено в связи с тем, что на нем должен был присутствовать прокурор из Москвы, поскольку дело возбуждено там, рассказывает активист. На втором заседании судья изменила территориальную подсудность на Басманный суд Москвы.

— Этого она делать не вправе, поскольку уже приступила к рассмотрению дела и обязана вынести решение по существу. Но, видимо, между первым и вторым заседаниями она получила какие-то незаконные указания. Теперь жалоба должна быть перенаправлена в Москву, но там вообще теряются и не знают, что с этим всем делать — заседание так и не назначено!

Без паспорта Калиниченко уже несколько недель не может пройти флюорографию — для любых медицинских анализов требуется паспорт.

— Я бился с Tele2, чтобы без паспорта восстановить «симку»: предлагал им и права, и загранпаспорт — то, что у меня не успели отнять. Ни в какую. Только вот этот паспорт им подавай. Это дико раздражает. С банками то же самое: не могу доказать, что я — это я. Без паспорта ни восстановить банковскую карту, ни сделать новую. Я просто лишен безналичных финансовых инструментов.

У координатора, как и других, конфисковали жесткие диски и, кроме того, — тетради, юношеские дневники, которые Калиниченко вел много лет назад, будучи еще студентом, не помышлявшим о политической деятельности. Обыскали и квартиру его матери.

— Что интересно, у моей мамы обыск проводил следователь из Анжеро-Судженска [Кемеровской области]. Таким образом, вы можете представить масштаб задействованных сил: им пришлось даже «выписывать» силовиков из других городов. И с этим же, как я считаю, связано то, что было две волны региональных обысков: в первую им просто не хватило «войск» провести обыски у всех, — рассуждает Калиниченко.

Вверх дном перевернули не только квартиры волонтеров, активистов, их родственников и квартиросъемщиков, но и сам штаб.

— До этого в штаб врывались якобы по сигналам, что здесь хранятся какие-то листочки, нарушающие закон об экстремизме. А сентябрьский обыск — в рамках уголовного дела — более серьезный, нанесший значительный ущерб.

Обыски в квартирах начались в один час по всей стране. В Москве — около 6:00, в Кемерове — около 10:00. В это же время силовики нагрянули в кемеровский штаб Навального. Соответственно, никто из сотрудников штаба не мог контролировать их действия.

— Мы даже точно не знаем, что они изъяли из штаба. Как воры, которые заходят, пока хозяев нет дома. При обыске хотя бы копию протокола можно запросить, а здесь у нас даже никаких бумаг нет, — разводит руками Калиниченко.

Штаб Навального в Кемерове располагается в офисе в Деловом центре. Ключ от помещения штаба силовики взяли у технички. Камеры видеонаблюдения, установленные внутри, отключили. Конфисковали не только жесткие диски компьютеров, но и, например, флешку, которую оставил инвалид, просивший сбросить ему художественные фильмы и музыку. Придя в штаб после разгрома, активисты обнаружили разбросанные по полу листовки, сдвинутые столы и разорванные личные фотографии. Ничего из конфискованного в штаб до сих пор не вернули.

Из изъятого на квартирах кемеровчан вернуть удалось только компьютер родственника одного из кемеровских активистов, но родственник вернул его нелегально, по своим каналам. И уцелел включенный зашифрованный компьютер Василия Каверина.

— Юридически мы не имеем отношения к Фонду борьбы с коррупцией. В постановлениях на обыск, которые предъявляли другим волонтерам и активистам, куча вранья, все эти постановления незаконны, — уверен Калиниченко.

Сейчас адвокат кемеровского штаба Навального Артур Сташ судится со следственным управлением СКР по Кемеровской области в связи с возможными нарушениями при обысках по делу ФБК. Первое заседание по иску Сташа состоялось 6 ноября в Центральном районном суде Кемерова.

Андрей Новашов, «7х7»

Комментарии (0)
или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий, как зарегистрированный пользователь.
Стать блогером

Свежие материалы

Хватит читать Москву!

Подпишись на рассылку о настоящей жизни в российских регионах

Заполняя эту форму, вы соглашаетесь с Политикой в отношении обработки персональных данных