Новости, мнения, блоги
Выбрать регион
Костромская область

За права коренных народов и мигрантов, против пыток и смертной казни: о работе российской Amnesty International рассказала ее глава Наталья Звягина

Лекция «7х7»

Как ситуация с правами человека в России выглядит в сравнении с другими странами и что нужно делать для защиты этих прав — об этом рассказала 26 августа в Костроме  директор российского представительства международной правозащитной организации  Amnesty International Наталья Звягина. Ее пригласила для участия в круглом столе «Нарушение прав человека в России и других странах» костромская группа Комитета гражданских инициатив. Основные тезисы выступления Натальи Звягиной — в лекции «7х7».

«Даже в самом безнадежном случае это может повлиять»

— Amnesty International — в первую очередь волонтерская организация. Штатных сотрудников у нас не так много, они нужны, только чтобы обеспечивать профессиональные аспекты нашей деятельности. Примерно два миллиона человек являются волонтерами и активистами, которые платят членские взносы. Членские взносы — основа деятельности нашей организации и гарантия нашей независимости. Благодаря им нас трудно упрекнуть, что мы работаем на то или иное правительство.

Amnesty International всегда очень щепетильно относится к соблюдению законодательства. Мы всегда следуем закону, каков бы он ни был. Именно поэтому мы не собираем членские взносы в России — это невозможно из соображений легальности.

Наша организация занимается исследованием той или иной ситуации и участием в каких-то действиях. Самый распространенный способ активности — это отправка писем, петиций, обращений. Звучит скучно, грустно, кажется, что это ни о чем, что все эти челобитные ни на что не влияют. Но это не так. Когда чиновник, ответственный за чью-то судьбу, получает корреспонденцию, он просто не может забыть об этом человеке. У чиновника появляется такой элемент осознанности: я делаю нечто, что видят другие люди. И даже в самом безнадежном случае это может повлиять.

В основном мы концентрируемся на тех, кто уже схлопотал срок, но иногда стараемся действовать превентивно. В частности, перед большими публичными акциями в Москве, когда предыдущие события показали, что происходит вопиющее силовое давление на участников протестов, мы вместе с другими российскими правозащитными организациями выступили с обращением к полиции, Следственному комитету, прокуратуре, Росгвардии с призывом не ограничивать свободу собраний.

 

Геополитика «для чайников»

— Мы — глобальная организация, и первоначально Amnesty International работала на принципе международности: мы писали обращения по случаям других стран. Так обеспечивалась безопасность тех, кто писал петиции, при возможности влияния на происходящее в других странах. Это такая геополитика для «чайников». Правда, этот принцип в 2009 году был отменен, и сейчас страны могут работать сами по себе.

Для нас очень важна внутренняя демократия. Мы — большая организация, но стараемся выстраивать какие-то процессы обсуждения. И те, кто платит членские взносы, имеют возможность участвовать в принятии решений. Сейчас у нас наметился некий организационный кризис: нас подозревают в том, что мы склонны уйти от повестки гражданских прав, прав человека в сторону изменения климата и экологической проблематики. Для этого есть два основания. Первое — то, что лидер нашей организации, гражданин ЮАР Куми Найду, — эколог, работавший в «Гринпис». А второе — это то, что основными плательщиками взносов в Amnesty International являются жители севера Европы, для которых главной проблемой является глобальное изменение климата. Истории про гражданские и политические права — для них  это уже что-то отработанное и сегодня проблем не вызывающее. А ведь именно они голосуют за то, чем организация будет заниматься, какие проблемы она будет решать.

«Роди или умри, все решает господь бог»

— Расскажу о конкретных кампаниях, которые мы проводим. У нас есть такая форма активности, как «Марафон писем» — акция по защите правозащитников по всему миру.

Кампания по легализации абортов. В странах Европы это кажется неактуальным, но для Южной и Центральной Америки это очень серьезная проблема. Например, в Сальвадоре нельзя делать аборт даже по медицинским показаниям: роди или умри, все решает господь бог. И даже выкидыши там рассматриваются как убийство ребенка и грозят женщине тюрьмой.

Кампания по декриминализации домашнего насилия «Любовь без жертв». Для России это острая проблема. Например, у нас мало где есть шелтеры — временные убежища для жертв домашнего насилия. И даже там, где они есть, доступ к ним весьма непрост: нужно собрать кипу справок, получить штамп от какого-то чиновника. Еще один инструмент — охранные ордера, то есть судебные решения, ограничивающие встречи с каким-то человеком.

Также мы проводим работу по защите беженцев и мигрантов, организуем кампании по борьбе с пытками и за отмену смертной казни, занимаемся защитой прав коренных народов.

У нас очень сложные отношения с религиозными организациями, мы много лет держали нейтралитет. Две организации вызывали у нас наибольшее количество вопросов — это запрещенные сейчас в России «Свидетели Иеговы»* и саентологи**. Мы всегда сторонились их, потому что возникают дискуссии, имеются сложные моменты по поводу отношений в семье. Но сейчас ситуация такова, что Amnesty International недавно впервые высказалась по «Свидетелям Иеговы»*, потому что люди находятся в заключении просто за то, что собирались на квартире и молились.

 

«Мы признаем узниками совести в России всего 13 человек»

— Amnesty International не хватается за все дела подряд. Если бы мы брались за все, что происходит в России, даже если бы нас был миллион человек, мы бы просто слегли от усталости и изнеможения. Но это не происходит, потому что наш исследовательский пул очень серьезно работает с каждым конкретным случаем и у нас очень суровые критерии признания человека узником совести. Достаточно сказать, что на текущий момент мы признаем узниками совести в России всего 13 человек.

Раньше у нас были две категории — узники совести и политические заключенные. Для политических заключенных мы требовали справедливого суда, а для узников совести, то есть тех, кто ничего не нарушил, а лишь пытался выразить свое мнение, требовали освобождения. На сегодняшний день мы свели все к понятию «узник совести», которое, кстати, было введено в обиход именно нашей организацией.

Одним из самых важных и вместе с тем самых сложных критериев для нас является ненасилие. Мы, к сожалению, не смогли признать узником совести одного из кандидатов в президенты Республики Беларусь на выборах 2010 года только потому, что прямо в кабинете следователя во время допроса он разбил портрет своего оппонента Александра Лукашенко. Казалось бы, никто не пострадал, но, с точки зрения Amnesty International, это был акт насилия, который привел к порче собственности. Такая же история с участниками протестов на Болотной площади в России: нас обвиняли в том, что мы не признавали их узниками совести.  

«Никакого дна нет»

— Права человека — это всегда отношения власти и человека. Это могут быть отношения государства и гражданина или не гражданина, администрации школы и ученика, родителя и ребенка. То есть это отношения подчинения и неравных возможностей и полномочий.

Чем юрист отличается от правозащитника? Юрист защищает только то лицо, в интересах которого он выступает. А правозащитник, как правило, не просто помогает конкретному человеку, а пытается изменить систему, решить проблему, которая привела к ситуации несправедливости.

Как ни странно, за последние 3–4 года ряд стран стали с гораздо большим уважением относиться к правам человека, чем США и Европа. В ООН сегодня активнее всего за права человека выступают Бразилия и Южная Корея. Они голосуют за все конвенции и чаще других поднимают темы правозащиты. В этих странах очень высок уровень доверия к личности человека, спрос на частные права, приватность, защиту в интернете.

Я всегда на утверждение, что Россия пробила очередное дно, говорю, что никакого дна нет. По сравнению с тем, что происходит где-нибудь в мире, у нас ситуация чудесная. За это нашу организацию считают лояльной режиму. Но мы не клеймим режим только потому, что знаем, что есть еще хуже. 

 


Amnesty International — международная неправительственная организация, основанная в Великобритании в 1961 году. Организация привлекает внимание к нарушениям прав человека и выступает за соблюдение международных стандартов. В ее задачи входит мобилизация общественности в целях оказания давления на лиц, нарушающих права человека.

Amnesty International насчитывает около 7 млн сторонников почти в каждой стране и регионе мира, включая более 2 млн членов и более 5 млн активистов. За свою работу Amnesty International удостоена Нобелевской премии мира, а также премии ООН в области прав человека.

* "Управленческий центр „Свидетелей Иеговы“ в России" («Свидетели Иеговы») — экстремистская организация, запрещенная на территории России решением Верховного суда в 2017 году.

** Саентологическая церковь Москвы ликвидирована решением Мосгорсуда в 2015 году. 

 

 

Алексей Уханков, фото Алексея Молоторенко, «7х7»

Комментарии (0)
или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий, как зарегистрированный пользователь.

Последние новости