Собирается ежемесячно 51 947 из 250 000
Межрегиональный интернет-журнал «7x7» Новости, мнения, блоги
  1. Республика Карелия
  2. «Государство должно само очищать себя от оборотней в мантиях». Карельский политик Девлетхан Алиханов — о суде, справедливости и жизни в колонии

«Государство должно само очищать себя от оборотней в мантиях». Карельский политик Девлетхан Алиханов — о суде, справедливости и жизни в колонии

Сергей Маркелов
Фото Сергея Маркелова

В начале декабря Президиум Верховного суда России признал бывшего вице-спикера Заксобрания Карелии Девлетхана Алиханова невиновным в мошенничестве и незаконном пересечении границы. Суд полностью оправдал и реабилитировал политика, ранее приговоренного к шести годам колонии. Алиханов вышел на свободу 13 декабря, а 18 декабря встретился с журналистами региональных изданий. Корреспондент «7x7» собрал самые яркие высказывания освобожденного предпринимателя.

 

За чашкой чая

Организатор встречи, редактор издания «Столица на Онего» Наталья Захарчук попросила не называть встречу пресс-конференцией.

— Мы просто собрались за чашкой чая, чтобы вы могли какие-то вопросы задать и получить на них ответы. Просьба писать о том, что это была неформальная встреча, а не пресс-конференция, — предупредила Захарчук.

 

 

«Я верил, что доведу это до конца»

О вере в справедливость

Я — россиянин, горжусь своей страной, у меня предки все русские, воевали за свою страну и на стороне белых, и на стороне красных. В Афганской войне участвовали, в Чеченской войне участвовали мои племянники. Как я могу против государства быть?

Мое дело показало, что справедливости можно добиться, кто бы что ни говорил. Я верил, что доведу это до конца. Мне не нужно было УДО, я готов был хоть десять лет отсидеть, но быть оправданным, потому что всю жизнь работал честно, и мне было важно оправдание. Я убедился на примере Верховного суда России — если они грамотно знакомятся с материалами дела, они все справедливо решают. Хотя вы сами понимаете, что в моем деле были заинтересованы высокопоставленные [лица].

 

О заказчиках «дела Алиханова»

Вы будете смеяться, но со стороны ФСБ все справки, все документы были правильными — никаких искажений. Хотя все говорят — обида, как будто они являются толкачами дела. Вы мой характер знаете, если бы в материалах было что-то подлое со стороны сотрудников ФСБ, я бы так и сказал.

Я одного заказчика стопроцентно знаю, он [передо мной] извинился и признался — это Нелидов [Андрей Нелидов, глава Карелии с 2010 по 2012]. К чести сказать, ни наши сотрудники МВД, ни Следственный комитет наш не возбудили уголовное дело, отказались. В связи с отсутствием событий. А при Худилайнине [Александр Худилайнен, глава Карелии с 2012 по 2017 год] уже приехали питерцы. Я не могу [прямо] говорить, что он причастен, но догадки есть.  

Нелидов извинился передо мной. Нас же одновременно в суд возили. Там человек 12 обвиняемых, человек 15 сопровождающих. Он при них открыто извинился. Так и сказал: «Я приношу извинения, я совершил ошибку. Мы могли бы много сделать хорошего, черт попутал».

 

 

О компенсациях

Я заплатил несуществующий ущерб, 1 августа 2018 года у меня было арестовано имущество, 8 миллионов 500 тысяч я сразу перечислил, хотя знал, что невиновен. Мы напишем письмо в администрацию города: просим согласно постановлению Верховного суда вернуть мне эти деньги. Это мое законное право. Далее — штраф должны вернуть тоже. Это кровно заработанные, уплаченные со всеми налогами, мои деньги. Я был депутатом Законодательного собрания, зарплату не получал два с лишним года. Должны вернуть мне? Должны. Это предусмотрено законом. Я находился в одиночной камере три года и один месяц. Сейчас, если с перерасчетом взять, более пяти лет я отсидел.

Я еще не считал [всю сумму]. У меня было пять адвокатов, потом четыре стало, потом в конце двое осталось. Это дорогое удовольствие, они должны компенсировать затраты на адвокатов. Все четыре года со мной работали адвокаты, поэтому я и победил.

 

«Зачем воевать с ветряными мельницами?»

О системе

Это уголовное дело показало, что система силовых структур в Карелии хромает. Я не говорю про всех судей, но ошибка по моему делу — это оскорбление государства. Если государство себя уважает, оно должно само очищать себя от оборотней в мантиях. Вот оборотни в мантиях же есть. Жесткое выражение, но они же получают хорошую зарплату. Суд — последняя инстанция, где человек может найти справедливость. Если суду нельзя верить, то у человека уже начинается депрессия, он становится обузой для государства. Какой в этом смысл, когда человек не может правду найти?

Я вижу, что у нас наоборот, самый «независимый» суд. «Независимее», чем наш карельский суд, я судов не видел.

 

 

О планах

Честно говорю, в политику пока не собираюсь. Я уже занимался общественной работой, буду заниматься помощью молодежи, ветеранам, спортсменам в общественных организациях. К политике у меня интереса нет. Вертикаль власти уже составлена; если бы я мог что-то сильно изменить в городской жизни, занимаясь политикой, тогда другое дело. А так, зачем воевать с ветряными мельницами?

Есть внуки, спорт, общественная деятельность, бизнес-проекты. Мой бизнес [из-за уголовного преследования] не пострадал — нанесен, конечно, ущерб, остались не реализованы хорошие проекты. Надо будет восстановить. Если не здесь, то где-то в регионах. Жить я останусь в Карелии, пусть отсюда бизнес-оппоненты уезжают. Я даже в суде всегда говорил: «Свободу карелам!»

 

О достижениях

Арамейский изучил. Это такой редкий язык. Может, сейчас на два-три месяца поеду в Грузию. Там есть ассирийская церковь, проповеди идут на арамейском языке, попрактикуюсь. И буду единственным специалистом в Карелии по арамейскому языку. Очень красивый язык, между прочим.

 

«Я сочувствую Дмитриеву, но процесс же закрытый»

О жителях дома с пристройкой «Невский пассаж»

Я написал письмо и в Москву, и петрозаводским приставам, что готов выделить [деньги на снос пристройки «Невский пассаж»], спросил, какую сумму нужно? Они сказали: «15 миллионов рублей». К сожалению, я не являюсь стороной этого [спора].

Из Москвы пришел официальный ответ: «В ваших услугах не нуждаемся». Я какую помощь могу оказать? По закону предприниматель должен эту работу выполнить или пристав. Ни я, ни жильцы не имеем права разбирать [пристройку]. Деньги я отдать был готов. И сейчас финансами я готов помочь, выделить деньги, чтобы снести ее, если есть необходимость. Мне все равно потом Цмугуновы [хозяева пристройки] компенсируют. Я от своих слов не отказываюсь.

 

О деле Дмитриева

Я сочувствую Дмитриеву, но процесс же закрытый. Если я увижу, что там ничего нет… Если у него будут хорошие защитники и хорошие адвокаты, то доказать [его невиновность они] смогут. Все равно еще и Европейский суд за спиной стоит. Решение этого суда обязательно, пересмотру не подлежит.

Если это будет сделано грамотно, то у него есть шансы. Если не в этой инстанции, то в следующей железно. Если на самом деле вины нет, защитник должен это грамотно представить. Не получится осудить, если вины нет и если судья грамотный. Я не говорю — заказы ли это, или нет… Было бы открытое заседание, мы бы все взвесили сами.

Дайте ему хороших специалистов — адвокатов, защитников, чтобы они могли защитить Дмитриева. А не вот этих вот — посол пришел, блин. Если я пойду как посол Путина в Польшу или в Америку, это воспримут негативно. Здесь то же самое. Почему посол лезет в наше судопроизводство? Если хочет помочь, в Москве есть крутые адвокаты, пусть заплатит такому адвокату, и он защищает Дмитриева. А то некоторые приезжают делать пиар. Пришел — в газетах расписали мнение, а потом в кусты.

 

 

О новом главе Карелии

[Артур Парфенчиков, глава Карелии с 2017 года] человек очень принципиальный, на него и давление оказывали. Я не могу сейчас его охарактеризовать еще — когда сам увижу, смогу проанализировать. Кто-то скажет — такой-то, кто-то — другой, кто-то может дезу пустить, чтобы дискредитировать человека. Я так не могу.

Парфенчиков, которого я раньше знал, очень грамотный, принципиальный человек. Может, в Москве уже лучше, выше стал, я не могу сейчас сказать. Я знаю, что на него было трудно оказывать давление даже людям, приезжавшим из Питера и Москвы.

 

«Я как огурчик — занимался спортом»

О минусах в колонии

Я был в одиночной камере, у меня были проблемы с зубами. Я месяцами не мог получить никакой помощи, мне давали только обезболивающие! Потому что там нет никаких условий. К зубному врачу меня возили всего пару раз. Нет чтобы сразу помощь оказать — там несколько раз надо ходить.

Исправительная колония на федеральном уровне организована не должным образом, она не дает исправления, которое должна давать. Законодательство очень жесткое, сроки максимальные. Экономические преступники содержатся в куда худших условиях, чем наркоманы, убийцы, насильники. Экономические у нас — враг номер один. Зачем? Ну не заплатил налог, взыщи с него, пятикратно, десятикратно взыщи. Вместо этого сажают, разрушают бизнесы.

 

О Коссиеве

Я при Коссиеве [Сергей Коссиев, бывший начальник исправительной колонии №7 в Надвоицах] не был, но, говорят, там жуть была, просто калечили. Вот представьте: в колонию попал здоровый человек, выходит больной. Специальные условия, чтобы тебя сделали больным. Выходит, а кто лечить тебя будет? В поликлинике, где я прописан, на бюджетные деньги опять. В колонии должны пересмотреть условия содержания, медицинскую помощь оказывать там. А то возят больных в Медгору, зубного нет, пихают эти таблетки обезболивающие, вылечить или выдернуть зуб не могут.

 

 

О бизнесе в колонии

Представьте себе, я пришел предприниматель, а там есть такие, которые передачи не получают, ни сигареты, денег никаких нету. Там куча предпринимателей есть. Завхозы есть из осужденных. Мне говорит завхоз — купи блок сигарет. Другому предпринимателю — порошки, средство там для унитаза. Это мы сами покупаем, за свой счет — не колония обеспечивает, а мы сами скидываемся и покупаем.

 

О плюсах в колонии

Я не буду говорить, что я там болел. Я как огурчик — занимался спортом. Режимное предприятие: в 10 часов отбой, в 6 часов подъем, зарядка, диетическое питание. Прогулка обязательная в день по несколько часов. Поэтому неплохо быть чиновником, который плохо работает — побывает, здоровье поправит, заодно и подумает.

Конечно, колония — просто санаторий по сравнению с СИЗО. В СИЗО сидишь в четырех стенах, ничего не знаешь, во всем ограничен. В колонии хоть свидания, семью можно увидеть, магазин можешь посетить, покупать питание и что нужно. А в СИЗО вообще нельзя, еще и от следователя зависит. Если следователь придурок, как питерский, то даже звонить запрещает.

Если ты обеспечен, ничего страшного нет — отдохнешь. Будешь больше думать над ошибками — телефона нет, никто тебя не беспокоит. Когда я сидел, чуть-чуть страшновато было, но я был уверен: разум победит.

 

 


Вице-спикер карельского парламента Девлетхан Алиханов был арестован в феврале 2015 года. Его обвиняли в совершении преступлений по части 4 статьи 159 («Мошенничество в особо крупном размере») и по части 1 статьи 322 Уголовного кодекса России («Пересечение Государственной границы Российской Федерации без действительных документов на право выезда из Российской Федерации и без надлежащего разрешения, полученного в порядке, установленном законодательством Российской Федерации»). Обвинение требовало для Алиханова 8 лет колонии и штраф 1 млн руб. Нанесенный петрозаводскому бюджету ущерб прокуратура оценила в 35 млн 157 тыс. 42 руб. 43 коп. Обвинение посчитало, что Алиханов якобы нанес его городу при купле-продаже 13 помещений муниципальных сберкасс. Почти три года Алиханов провел в одиночной камере в петрозаводском СИЗО, после суда его отправили в колонию.

Адвокат Алиханова Михаил Шогин в феврале 2017 года отправил жалобу на незаконное уголовное преследование в Европейский суд по правам человека, летом ЕСПЧ коммуницировал жалобу, а в апреле 2018 года признал, что Алиханов незаконно провел три года в следственном изоляторе по обвинению в мошенничестве.

24 ноября 2017 года судья Петрозаводского горсуда Наталья Маненок приговорила Алиханова к шести годам колонии и оштрафовала на 700 тыс. руб. Теперь бизнесмен имеет право на реабилитацию и компенсацию морального ущерба, в том числе возмещение штрафов, которые он заплатил государству.

Материалы по теме
Мнение
28 окт
Леонид Таскаев
Леонид Таскаев
Как выглядит реализация «мусорной» реформы на местах
Мнение
29 сен
Андрей Журавлев
Андрей Журавлев
Электронный сертификат на техническое средство реабилитации — полная профанация
Комментарии (1)
или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий, как зарегистрированный пользователь.
Григорьев
20 дек 2018 12:52

Статья закрыта для коммента. Почему? Я вчера написал, повисела минут 20 и сняли. Повторю кратко. Нет претензий к С. Маркелову. Он дал материал весьма корректно. Алиханов же сказал странные вещи. Нет претензий к суду? Парфенчиков грамотный специалист? Сегодня все все знают. Говорить такое о судах и Главе (не губернаторе) Карелии - очень странно. Понятно, "группа" в Карелии давит на всех... Но кому то надо быть ближе к фактам.

Стать блогером
Свежие материалы
Рубрики по теме
КарелияТюрьмыПетрозаводскПолитикаСуд
Заполняя эту форму, вы соглашаетесь с Политикой в отношении обработки персональных данных
ПРОДОЛЖАЯ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ САЙТОМ,
ВЫ ПОДТВЕРЖДАЕТЕ, ЧТО ВАМ УЖЕ ИСПОЛНИЛОСЬ 18 ЛЕТ
ПРОДОЛЖАЯ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ САЙТОМ, ВЫ ПОДТВЕРЖДАЕТЕ, ЧТО ВАМ УЖЕ ИСПОЛНИЛОСЬ 18 ЛЕТ
Нам нужна ваша поддержка
Мы хотим и дальше давать голос тем, кто прямо сейчас меняет свои города к лучшему: волонтерам, предпринимателям, активистам. Нас поддерживают благотворители и спонсоры, но гарантировать развитие и независимость могут только деньги читателей.
Ежемесячно
Разово
Сумма
100
200
500
1000
2000
Нажимая на кнопку «Поддержать» вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности
Отправить сообщение об ошибке/опечатке
× Закрыть
Ваше сообщение было отправлено администратору. Спасибо за вашу внимательность!