Собирается ежемесячно 35 157 из 50 000
Межрегиональный интернет-журнал «7x7» Новости, мнения, блоги
  1. Республика Карелия
  2. Обвиняемые по делу о гибели детей на Сямозере начали давать показания на суде в Петрозаводске. Репортаж «7x7»

Обвиняемые по делу о гибели детей на Сямозере начали давать показания на суде в Петрозаводске. Репортаж «7x7»

«Можно было Владимиру Владимировичу позвонить и спросить, что делать»

Сергей Маркелов, фото автора
Обвиняемый Вадим Виноградов
Фото Сергея Маркелова

В Петрозаводском городском суде начали давать показания обвиняемые по делу о трагедии на Сямозере, где летом 2016 года во время шторма погибли 14 отдыхавших в лагере детей. Процесс по делу длится четвертый месяц. В общей сложности пострадавшие предъявили 22 гражданских иска на сумму около 500 млн руб.

21 августа судья Александр Смирнов начал заслушивать показания подсудимых. В тот день показания дал инструктор лагеря Валерий Круподерщиков, который проходил в нем практику. 22 августа суд заслушал показания замдиректора лагеря парк-отеля «Сямозеро» Вадима Виноградова. Версия трагедии Виноградова — в репортаже корреспондента «7x7».

 

Обвиняемые Елена Решетова и Вадим Виноградов

 

Версия Виноградова

Замдиректора лагеря «Парк-отель „Сямозеро“» Вадим Виноградов отвернулся к стене, вздрагивает, поворачивается к залу, снимает очки, чтобы вытереть слезы:

— Я очень прошу прощения. Я пытался что-то сделать, — говорит он.

По версии Виноградова, одно из каноэ отплыло от берега без старшего, потому что вожатая Людмила Васильева не захотела сесть в лодку с детьми и поплыла с инструктором Валерием Круподерщиковым — на самом деле, Васильева еще и не умела плавать. В том, что лодки слишком далеко уплыли от рафта [спасательного судна, на котором находился Виноградов], виноват тот, кто управлял каноэ, — Валерий Круподерщиков.

Тот же Круподерщиков, уверен Виноградов, должен был устранить неисправность одной из лодок. В день трагедии второй инструктор Павел Ильин предупредил, что потерялась пробка остойчивости [cпособность плавучего средства противостоять внешним силам, вызывающим его крен]. Опытный Виноградов ответил: «Если в лодку не будет заливаться вода, ничего не произойдет». Во время шторма лодка наполнилась водой и перевернулась. Круподерщиков соединил лодки, когда начался шторм, приказал детям отцепиться от «поплавка» [перевернутой лодки] и плыть к острову вместо того, чтобы дрифтовать по течению.

Отменить поход и вызвать спасателей, уверен Виноградов, должна была [директор ООО «Парк-отель „Сямозеро“»] Елена Решетова, которая находилась в Москве.

 

Елена Решетова

 

Сам Виноградов, по своим словам, накануне похода получил СМС-сообщение от МЧС с прогнозом штормового предупреждения на 17 июня и позвонил Решетовой — та посоветовала отменить поход, если погода испортится. Утром было солнечно и штиль. На следующий день снова было солнечно. Дети отправились в поход.

Когда начался шторм, Виноградов позвонил своему более опытному знакомому. Тот посмотрел в интернете, что волна на Сямозере «всего девять метров», что не критично, и посоветовал дрифтовать к берегу. Несколько раз Виноградов звонил Круподерщикову, когда каноэ пропали из виду.   

Рафт [спасательное судно], на котором плыл Виноградов, приблизился к острову — замдиректора лагеря приказал детям очень быстро грести, чтобы их не отнесло течением. Судно под командованием более опытного инструктора удалось пришвартовать к каменистому берегу, дети разбили лагерь, разожгли костры.

Виноградов снова позвонил Круподерщикову — телефон был неактивен. Тогда он позвонил Решетовой, попросил вызвать МЧС — Решетова отправила за ними катер из лагеря, который не смог пристать к берегу, а люди на борту отказались искать группу Круподерщикова, так как стемнело и была большая волна.

Когда дети пошли спать, Виноградов остался на берегу и всю ночь просидел у костра, чтобы огонь заметили с берега. Утром 19 июня позвонили ему — на этот раз сама Решетова. Днем, когда спасшиеся ребята на острове просили вызвать МЧС, Виноградов уже знал, что спасатели скоро пришлют за ними лодку, а о том, что во время шторма погибли дети, узнали все.

— Я детям, естественно, ничего не сказал. Я до последнего ничего им не говорил — пусть лучше они узнают обо всем на берегу, — вспомнил Виноградов.

В 17:00 пришла лодка со спасателями. Детей забирали по пять человек. Виноградов ушел с последней группой. В 18:00 он приплыл в Кудаму. Там была развернута спасательная операция. В автобусе сидели спасшиеся дети. Вместе с коллегами Винорадов поехал в лагерь.

— Я по дороге решил у Люды Васильевой узнать, что случилось? Она сказала, что, когда началась волна, Валера (Круподерщиков) соединил лодки. Я сказал: «Этого нельзя было делать ни в коем случае!» — объяснил суду Виноградов.

В перерыве инструкторы Павел Ильин и Валерий Круподерщиков тихо переговаривались в гардеробе:

— То ли я половины не помню, то ли он что-то не то несет.

— Ладно, пусть с этим судья разбирается.

 

Ответственность Виноградова

Адвокаты и потерпевшие по делу допрашивали Виноградова весь день. Представитель Елены Решетовой спросил, в чем же была должностная обязанность Виноградова:

— Вы-то чем занимались, если со всех сторон кто-то должен был выполнять что-то, но к этому вы непричастны? Вы как будто мимо проходили. Здесь не ответственны, здесь не ответственны, еще и разрешение должны были получить на поход у Решетовой. А вы-то для чего в лагере, ваша-то какая обязанность, если вы ни за что не отвечаете?

— Как это я ни за что не отвечаю?

— Из ваших показаний складывается так, что ни за что не отвечаете.

— Это суд решит, за что я отвечаю. Во-первых, у меня есть определенные должностные обязанности. Это прежде всего проведение самой программы. Я не понимаю ваш вопрос, — пояснил Виноградов. — Произошла внештатная ситуация, и о том, что пришло штормовое предупреждение от МЧС, я сразу поставил в известность директора. И спросил: «Как мне в этой ситуации действовать?».

— А как она должна была разрешить эту ситуацию, находясь несколько дней в Москве? Вы находитесь на берегу озера, вы можете посмотреть в интернете, можете проверить прогноз погоды, связаться со спасателями. Почему она должна в Москве решить этот вопрос?

— Так потому что она директор! Принимается решение: идти тремстам детям в поход или не идти? Это полностью изменение программы. Я ее только исполняю. Чтобы ее изменить кардинально, у меня нет такой юрисдикции. Я такой же наемный рабочий.

Вопрос задал адвокат второго инструктора Павла Ильина:

— Как вы допустили, чтобы в каноэ, одно из которых неисправное было, попала девочка (Людмила Васильева), которая является нагрузкой и дополнительным ребенком в походе, и помощник инструктора, который не имеет никакого навыка, а вы поплыли на спасательном судне [рафте]? Как вы допустили это?

— Я уже объяснил: девочка, которая ничего как бы не умела, ей не обязательно было уметь. Основная задача была, чтобы в каноэ был старший. Старший нужен, если у ребенка пойдет кровь из носа, если он заплачет, чтобы успокоить. Для этого не надо грести.

— Вы не отвечаете на вопрос! Я задал прямой вопрос!

— Нет! Девочка отказалась ехать в каноэ... Почему Валера поехал в каноэ? Потому что на протяжение всей смены они практически работали только на каноэ, и на рафтах занятий было меньше. Поэтому я сел на рафт — в управлении он намного сложнее.

— Спасибо! — ответил адвокат.

Когда очередь перешла к родителям, один из них пояснил, что в поход отправился его 11-летний сын — мальчик погиб, хотя должен был идти в поход с младшей группой «Спасатели». Виноградов ответил, что списки детей принимала директор лагеря. А по этому маршруту дети в лагере ходили сотни раз:

— Это простые, наипростейшие походы… — попытался объяснить Виноградов.

— Практика говорит об обратном! — спокойно ответил отец погибшего мальчика. — В простейшем походе люди погибли.

Москвич Александр Балакирев, чей сын тоже утонул на Сямозере, в конце судебного заседания резюмировал:

— Принимает решение тот, кто находится в точке, а не тот, кому звонят и кто дает какие-то советы — советчик не отвечает. Можно было Владимиру Владимировичу позвонить и спросить: «Что делать?».

 

Александр Балакирев

 

Вина Виноградова

В 2015 году была упразднена должность старшего инструктора парк-отеля «Сямозеро». Вместо профессионалов в лагере стали работать практиканты без квалификации и с небольшим опытом водных походов, который студенты получали здесь же. Вадим Виноградов летом 2016 года тоже работал без договора — приехал на замену.

Он единственный, кто еще в начале судебного процесса полностью признал свою вину, но после его показаний появился вопрос у адвоката Валерия Круподерщикова — в чем, по мнению Виноградова, его вина? 

— На мой взгляд, вина моя в том, что 17-го числа, даже получив СМС и получив разрешение от Решетовой на проведение похода по погоде, я был не очень настойчив и не отказался от походов. Несмотря на то, что отсутствовала пробка остойчивости, я доверился тому, что не произойдет таких событий: лодки не начнут соединять, и одна не потянет другую, и она не начнет тонуть. Я посчитал, что у Валеры хватит знаний, чтобы это предостеречь. Видимо, какое-то легкомыслие с моей стороны, что я не настоял. И на острове, когда я сказал Решетовой позвонить в МЧС, я подчинился приказу. В этом я признаю вину.

Адвокат Дмитрий Маслов пояснил корреспонденту «7x7», что в показаниях Виноградова есть принципиальные разногласия с показаниями других подсудимых. Виноградов действительно отрицает, что запрещал детям вызвать МЧС, что инструкторы отговаривали его идти в поход, что двух девочек заставили присоединиться к группе:

— Человек признает свою вину, но в то же время дает показания о том, что он не виноват, — пояснил он. — Соответственно, можно сделать вывод о том, в какой части из этой общей вины лежит, по его мнению, вина моего подзащитного (Валерия Круподерщикова). Он говорит, что считает себя виновным полностью, но у меня складывается впечатление, что о полном признании вины говорить еще рано. Но это, опять же, мое мнение.

 

Прокуроры

 


Трагедия на Сямозере в Карелии произошла 18 июня 2016 года: во время водного похода разыгрался шторм и 14 детей, участников лагеря «Сямозеро», погибли. На скамье подсудимых находятся шестеро обвиняемых: директор парк-отеля «Сямозеро» Елена Решетова, ее заместитель Вадим Виноградов, два инструктора лагеря — Валерий Круподерщиков и Павел Ильин, а также экс-руководитель карельского управления Роспотребнадзора Анатолий Коваленко и его заместитель Людмила Котович. Руководство и сотрудники лагеря обвиняются по двум статьям Уголовного кодекса: 125 («Оставление в опасности») и 238 («Оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности»). Чиновникам Роспотребнадзора выдвинуто обвинение по статье 293 («Халатность, повлекшая смерть двух и более лиц»).

Материалы по теме
Мнение
31 май
Ирина Бирюкова
Ирина Бирюкова
О конфиденциальности на встречах с заключенными в колонии
Мнение
13 июн
Дима Пчелинцев
Дима Пчелинцев
Про раскаяние
Комментарии (0)
или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий, как зарегистрированный пользователь.
Стать блогером
Свежие материалы
Рубрики по теме
КарелияСямозероСуд
Хватит читать
Москву!
Хватит читать Москву!
Подпишись на рассылку
о настоящей жизни в российских
регионах
Подпишись на рассылку о жизни в регионах
Заполняя эту форму, вы соглашаетесь с Политикой в отношении обработки персональных данных
ПРОДОЛЖАЯ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ САЙТОМ,
ВЫ ПОДТВЕРЖДАЕТЕ, ЧТО ВАМ УЖЕ ИСПОЛНИЛОСЬ 18 ЛЕТ
ПРОДОЛЖАЯ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ САЙТОМ, ВЫ ПОДТВЕРЖДАЕТЕ, ЧТО ВАМ УЖЕ ИСПОЛНИЛОСЬ 18 ЛЕТ
Нам нужна ваша поддержка
Мы хотим и дальше давать голос тем, кто прямо сейчас меняет свои города к лучшему: волонтерам, предпринимателям, активистам. Нас поддерживают благотворители и спонсоры, но гарантировать развитие и независимость могут только деньги читателей.
Ежемесячно
Разово
Сумма
100
200
500
1000
2000
Нажимая на кнопку «Поддержать» вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности
Отправить сообщение об ошибке/опечатке
× Закрыть
Ваше сообщение было отправлено администратору. Спасибо за вашу внимательность!