Новости, мнения, блоги
Горизонтальная Россия

Член Международной ассамблеи против расизма в футболе Рафаэлла Кьодо-Карпинская: В футболе есть расизм, но в него можно играть, чтобы победить нетерпимость

О притеснениях, расовой, гендерной и других дискриминациях в спорте

В России 14 июня стартовал чемпионат мира по футболу. Накануне соревнований представительство Евросоюза в России организовало образовательную поездку в Италию для российских журналистов, которая была посвящена проблемам миграции в этой стране. Поездка стала частью проекта «Общественная дипломатия. ЕС и Россия».

Италия — это страна, которая вместе с Грецией ближе всего расположена к Северной Африке. Не первый год к берегам Италии на лодках плывут беженцы из мест, где происходят военные конфликты. Для того чтобы удачно интегрировать мигрантов в общество, в Италии создают футбольные команды, которые участвуют в турнирах и дают надежду молодым спортсменам. Правда, по закону играть в итальянской команде могут только переселенцы во втором поколении, а очень распространенное явление — расизм в футболе.  

Россия только недавно признала, что в стране есть расистские нападки на футболистов со стороны болельщиков. Журналист «7x7» Сергей Маркелов побеседовал с итальянским представителем  UISP (правозащитной организации «Итальянское соединение спорта для всех») и членом международной правозащитной организации FARE (Football Against Racism — «Футбол против расизма») Рафаэллой Кьодо-Карпинской о проблемах расизма и о других формах притеснения футболистов в Европе и России. Рафаэлла занимается правозащитной деятельностью с 1978 года. 25 мая 2018 года ее наградили премией Нельсона Манделы за ее вклад в сокращение режима апартеида и построение новой Южной Африки без расизма и сексизма.

 

«Если футбольные ассоциации не признают, что есть проблема, то невозможно идти дальше»

— Рафаэлла, когда мы с вами первый раз встретились в аэропорту Милана, вы рассказали, что у вас российские корни. Расскажите об этом подробнее.

— Моя мама была русская. Она родилась в Выборге, ее отец, Игорь Карпинский, был художником, а прадедушка Михаил Карпинский был братом президента российской Академии наук Александра Карпинского. Они жили в Финляндии. После того как Финляндия получила независимость, они стали гражданами этой страны.

— Насколько я знаю, после окончания семинара вы поедете в Россию на чемпионат мира как представитель FARE. Рафаэлла, расскажите, что такое FARE и чем вы занимаетесь в Европейской ассамблее против расизма?

— FARE — это международная организация. В FARE входит около 40 стран.

Мы используем футбол как инструмент для борьбы против расизма, мы работаем на интеграцию мигрантов в Европу, в то же самое время боремся с расизмом в футболе там, где, к сожалению, есть проявления расизма — это Западная и Восточная Европа, например, Италия, Венгрия или Польша. В Польше и Италии вообще большие проблемы с расизмом, к сожалению, и ксенофобские, и антисемитские. В футболе страшные вещи происходят, и это удивляет. В футболе есть расизм, но в футбол можно играть, чтобы его победить.

Во время наших кампаний против расизма в футболе мы ведем мониторинг в сотрудничестве с UEFA (Союз европейских футбольных ассоциаций). У нас есть, как бы это сказать, сателлиты в разных странах, которые информируют нас о проявлениях расизма. Мы собираем все данные, пишем отчет и подаем его в UEFA и FIFA (Международная федерация футбола). И поскольку мы готовимся к чемпионату мира по футболу в России, то стараемся также поддерживать людей, которые борются с расизмом в футболе и используют его как площадку для интеграции мигрантов. Мы делаем это всегда во время крупных чемпионатов по футболу.

— У вас была конференция в России, где вы обсуждали проблемы расизма в футболе?

— Конференция была в Москве в ноябре 2017 года. Мы пригласили всех, кто может описать происходящее в России и в то же самое время найти решение, как лучше наладить сотрудничество между группами людей, которые борются с расизмом в футболе и используют его для интеграции мигрантов.

Конечно, в России ситуация, например, с мигрантами из Африки совсем другая, нежели в Италии. Но в России и других странах мы лоббируем через UEFA и футбольные союзы, и федерации футбола, и другие организации тему расизма, чтобы эти они относились серьезнее к проявлениям расизма, которые происходят не то что во время чемпионата мира, а во время чемпионата России.

— На конференции выступал Смертин?

— Да, на конференции выступил Алексей Смертин [известный российский футболист, инспектор по борьбе с дискриминацией в футболе]. Для нас, конечно, это был хороший шаг. Это значит, что наконец Федерация футбола России признала, что есть проблема и что надо этим заниматься. Потому что если футбольные ассоциации не признают, что есть проблема, то невозможно идти дальше.

— То есть Смертин на конференции признал, что есть такая проблема?

— Да, потому что до этого все официальные ответы были, как в Италии: «У нас расизма нет». А мы все знали и видели в YouTube и по телевидению, что были расистские нападки на футболистов, что в них болельщики кидали бананами, и это много раз происходило в России. Хотя это не только в России происходит.

В Италии традиционно присутствие африканских игроков в разных клубах. Есть, конечно, игроки, которых болельщики любят, но есть некоторые, которые всегда подвергаются расистским нападкам. Может быть, вы знаете самое последнее событие в Италии: [Салли] Мунтаре обидели во время матча с Калльяри [итальянский футбольный клуб, основанный в 1920 году]. Болельщики стали оскорблять его расистскими выражениями. Он вроде привык к этому, но тут, видимо, решил, что больше так невозможно, подошел к ним близко и сказал: «Не надо так!». А там маленькие дети с родителями, все орут страшные вещи. Он стал ругаться, сказал, что ему все это надоело. Сначала вежливо, а потом напористее. Подошел арбитр, и вместо того чтобы остановить болельщиков, выгнал его с поля. Тогда Мунтаре подошел к одному из этих детей, снял свою футболку и подарил ее маленькому мальчику, который был с родителями и орал громче всех.

После этого был большой скандал, мы попросили федерацию итальянского футбола и лигу чемпионата, чтобы они приняли какое-то решение. Потому что когда в конце матча был написан отчет о том, что произошло, арбитр сказал, что на трибуне было недостаточно людей, чтобы считать это расистскими нападками. Потому что по нашему регламенту нападки могут быть, только если они исходят более чем от десяти человек. Но итальянская федерация футбола все-таки решила, что наказание было несправедливым, и вернула Мунтаре на поле, потому что его не только выгнали из матча, но и дисквалифицировали на три дня чемпионата. Мы мечтаем, чтобы везде, в том числе и в России, такие решения принимали после расистских выходок.

— Какие решения вы имеете в виду?

— Надо, чтобы федерация футбола как-то реагировала на подобные события. Надо, чтобы арбитр считал: если есть расистские нападки, надо либо остановить матч, либо наказать руководство стадиона. Это то, что происходит, например, в Италии. Правда, не всегда, но по регламенту так.

 

 

«Расизм в футболе — это неправильно»

— Вам удалось в том случае, который вы описывали, достучаться до руководства итальянского футбола?

— Нам удалось. Наконец-то после протеста федерация решила, что реакция арбитра была неправильная.

— Арбитра наказали?

— Нет, конечно, но его решения были отменены.

— Возвращаясь к России. Алексей Смертин в комментарии РИА Спорт поблагодарил FARE за то, что международная ассамблея отметила работу Российского футбольного союза. Цитирую: «FARE выпустила годовой отчет о случаях дискриминации в российском футболе в сезоне 2017/18, в котором сообщила о снижении происшествий, связанных с этим негативным явлением». Что вы об этом думаете?

— Я считаю, важнее признать, что есть проблема расизма в России, так же, как в Италии, как в других странах. Не надо думать, что мы придаем особое значение России, потому что Россия — специальная и единственная страна, где это происходит. Наоборот, расизм есть везде. Но для меня самое важное, что вся федерация признает: есть проблема. И по этому пути мы будем идти. Так что это большой шаг вперед, и это очень важно.

— То есть было маленькое передергивание со стороны Смертина — что все-таки снижение есть?

— Я не знаю. Он футболист, он играл в своей жизни, наверное, много раз. Он знает, что, когда играют в футбол, матч — это матч, а футболист — это футболист. И не важно, кто откуда, это не имеет значение. Имеет значение, как ты играешь. И он, как спортсмен, наверное, знает, что, если есть нападки на человека из-за того, черный он или желтый, не надо считать, что это нормально.

Например, в Италии если кто-то говорит «грязный негр», это нельзя считать просто словами, которые сказаны во время игры. Надо считать, что спорт, особенно футбол, особенно известные футболисты, имеют большую роль, и они должны передать молодежи и молодым футболистам, и фанатам, что расизм в футболе — это неправильно, это глупо. Поэтому для нас важно, чтобы люди, как Смертин и другие футболисты, занимались этим вопросом. Тот же Балотелли [Марио Балотелли, известный итальянский футболист родом из Африки] в Италии, у которого были большие проблемы с фанатами, надел футболку кампании против расизма, которую ведет одна из ассоциаций Италии. Он начал этим заниматься.  

И это имеет большое значение, когда известный футболист принимает участие в антирасистском движении, это имеет большое влияние на фанатов. Если фанаты бросают бананы или используют расистские высказывания, это же просто… У нас есть даже кубок, который называется Fair play. Это значит, что ты правильно играешь и тебе респект от других участников матча. Многие известные футболисты получают такую премию, потому что их пример очень важен для фанатов. Поэтому мы стараемся, чтобы известные футболисты участвовали в антирасистских кампаниях, рекламировали солидарность с правами человека.

К примеру итальянская сборная Liberi nantes, которая играет в третьей лиге, все ее члены — беженцы, они выиграли этот кубок Fair play третий раз подряд. Зато их очки, набранные во время чемпионата, никакого значения не имеют, потому что они беженцы. И за равные возможности для беженцев или мигрантов участвовать в итальянских чемпионатах футбольной федерации мы как раз боремся.

— Я понимаю, что в Италии есть притеснения на почве расизма. Какие еще формы нападок есть в российском футболе?

— Вообще, UISP — организация, в которой я работаю в Италии, — мы занимаемся всеми типами дискриминации. Дискриминация ЛГБТ, гендерная дискриминация. FARE 10 дней назад организовала очень важную конференцию в Берлине. Собрались те, кто работает с гендерной дискриминацией в футболе. Мы поддерживаем и российские организации, которые пытаются развивать женские команды в России. И, опять же, я не могу говорить, что эта проблема есть только в России.

Несколько дней назад женская сборная Италии по футболу вошла в квалификацию на мировой чемпионат, который в следующем году пройдет во Франции, и это было впервые за 20 лет. Но то, как следили за этим СМИ, не сравнить, как они следили за мужской командой. И это показывает, что отношение к женскому футболу в Италии не прекрасное. Наш предыдущий президент федерации футбола, когда шла дискуссия о проблеме бюджета женского футбола, сказал: «Зачем тратить деньги на этих четырех лесби?». И это было во всех газетах. И это сказал президент федерации футбола Италии! Так чего удивляться тому, что это происходит в других странах! Гендерная дискриминация тоже универсальна, но надо продолжать бороться.

 

 

«Мы должны поддержать борьбу людей в разных странах, а не создавать проблемы для них»

— Для чего вы поедете в Россию?

— У нас 14 июня, в день открытия чемпионата мира по футболу, открывается Diversity house [Дом разнообразия] в Москве и в Санкт-Петербурге, где можно посетить выставку, посвященную развитию борьбы с расизмом в футболе. Там будут наши материалы, фотографии, истории известных футболистов, которые участвуют в нашей борьбе. Это место, где люди, которые приезжают в Россию, могут встретиться, провести фанатские встречи, встречи борцов за права ЛГБТ и другие. Это место для всех, кто верит, что возможно строить другое сообщество, где люди уважают друг друга, уважают людей разного цвета кожи, разной культуры… Где люди играют в футбол.

— С какими российскими правозащитными организациями вы сотрудничаете и есть ли сложности в связи с российскими реалиями?

— Мы очень деликатны и стараемся всегда поддерживать наших друзей, которые этим занимаются в России. Но мы должны всегда помнить, что мы поддерживаем борьбу с расизмом в разных странах, а не создаем проблемы для людей, которые защищают людей от дискриминации.

— Ну, хорошо, Россия стала говорить о дискриминации, расизме в футболе. И что дальше? Что это дает?

— Что дальше? Такой же важный вопрос задают и в Италии. В России сейчас сделан хороший шаг — признание проблемы и решение идти дальше. А в Италии мы вошли в новую эру, и бог знает, куда мы дойдем. Это трудно сказать сегодня.

Я мечтаю, что… Россия все-таки многонациональная страна, на ее территории проживало столько разных людей. Очень важно говорить об этом, важно, чтобы известные люди выступали против расизма, это поможет построить лучшие отношения между людьми.

— Стоит ли это закреплять на законодательном уровне?

— Не знаю насчет российских законов. У нас, после того как был фашизм, когда были расистские законы, после Второй мировой войны, мы создали новую конституцию, где прописано, что расизм не разрешается. К сожалению, этого не хватает. Это зависит от того, как культура развивается в стране, от культурного уровня людей, от того, как их учат в школе, в семье, как живет общество. Надо работать над корнем проблемы, а не над законами. Законы, конечно, важны, люди могут использовать законы против расизма, но, к сожалению, законы не решают все проблемы. 

Сергей Маркелов, фото автора, «7х7»

Комментарии (0)
или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий, как зарегистрированный пользователь.

Последние новости