Горизонтальная Россия
Выбрать регион
Республика Карелия
Собирается ежемесячно 27 805 из 50 000
Межрегиональный интернет-журнал «7x7» Новости, мнения, блоги
  1. Республика Карелия
  2. Режиссер Иван Кульнев о своем новом фильме «Последний романтик» и о том, как снимать кино в Карелии

Режиссер Иван Кульнев о своем новом фильме «Последний романтик» и о том, как снимать кино в Карелии

«Для такой сцены есть дубль, максимум два, и декорации сгорают. А других нет»

Сергей Маркелов, фото автора и Ивана Кульнева (кадры из фильма)
Иван Кульнев
Фото Сергея Маркелова

Карельский режиссер Иван Кульнев снял фильм «Последний романтик». В сентябре он попадет на широкие экраны в Петрозаводске. Премьерный показ пройдет в кинотеатре «Калевала», посмотреть фильм можно будет и в кинотеатре «Премьер». Дату премьеры автор фильма попросил пока не разглашать. В фильме Кульнева снялись карельские актеры, на главную роль режиссер пригласил Андрея Некрасова из Санкт-Петербурга, известного по фильму «28 панфиловцев». Одна из эпизодических ролей в фильме досталась карельской журналистке, создателю арт-пространства Agriculture club Наталье Севец-Ермолиной.

В начале сентября Иван Кульнев вместе с продюсером фильма «Ананас» Алексеем Бабенко поедут в Анапу на фестиваль «Киношок», где представят свои фильмы. А пока карельский режиссер начинает работу над первой серией своего нового интернет-сериала, который посвящен новым технологиям и влиянию всемирной паутины на человека. По словам Кульнева, это будут маленькие короткометражные фильмы, длина каждой серии не более пяти минут. Каждая серия — это новая история.

Мы встретились с Иваном весной, тогда же он показал мне «Последнего романтика» в своей студии. Мы поговорили о современном кино, о том, почему в его романтическом фильме действие словно происходит в 90-х, и о перспективах авторского регионального кино в России. Через несколько дней крупная кинокомпания предложила Кульневу доснять фильм [картина Ивана длится 62 минуты] — Иван попросил не публиковать интервью. Сотрудничество с московской компанией у Ивана в итоге не сложилось. Интервью с ним «7x7» публикует спустя два месяца — накануне премьеры фильма.

 

 

Региональное кино

Я, например, хочу снять кино. У меня только фотоаппарат и штатив. Что мне делать? Как ты стал кино снимать?

— Я в свое время начал снимать экспериментальные мини-фильмы на 3, 4, 5 минут. Сейчас это можно выкладывать на YouTube — и тут же получаешь оперативную оценку зрителя. И еще, важно снимать на своей чуйке, ощущениях. Если есть искра таланта, это сразу будет видно.

А с технической стороны?

— Можно снимать на фотоаппарат или смартфон, нужны компьютер для монтажа, какая-то история, желательно, короткометражка, пара друзей или коллег, которые могли бы помочь (лучше группу не раздувать, маленькое ядро вполне достаточно), и надо найти актеров, локации, декорации, реквизит. И никаких проблем. По всему миру куча короткометражных фестивалей, помимо интернета, куда можно заявляться. И нужно, конечно, понимание: стоит ли и действительно ли хочется тебе этим заниматься? И совсем необязательно профобразование. Не всегда оно нужно. Очень часто теоретики кино не могут снять свое кино. Можно прекрасно разбираться в Тарковском и Феллини, а своего кино не суметь снять. Они становятся заложниками своего разума. Боятся снять плохо, а бояться не надо. Сначала будет плохо-плохо-плохо, а потом лучше и лучше. И это сказки, что есть якобы чуваки, которые с первого же раза снимают шедевры. Просто такие чуваки не афишируют свои первоначальные провалы. Это и художников, и писателей касается. В 95% случаев надо пройти какой-то путь. Не все сразу. Через количество.

Как снимают кино в Карелии? Это сложно?

— Это не первый мой опыт. Первый фильм «Человек из банки», который мы сделали 3–4 года назад, прокатали по Карелии, даже заработали немного. И кое-какое понимание уже было. Но все равно это реально сложно. Нет никакой финансовой и организационной поддержки. В Петрозаводске нет системы, структуры кино. Все держится на энтузиазме нескольких коллег. Ну и на самом себе. И очень сложно сейчас снять фильм, чтобы все зрители были восхищены. Потому что сейчас зритель очень насмотренный и привередливый. И удивить [его] почти нереально. Это не по силам даже крупным кинокомпаниям, которые вкладывают очень большие деньги в кино.

Мне кажется, что фильм, снятый петрозаводским режиссером в Петрозаводске, будут смотреть.

— Верно. Поэтому нужно просто снимать региональное кино и пытаться выходить на более серьезный федеральный уровень. В Карелии есть не только березки и Кижи. Снимается и кино. Пускай оно пока очень простое, домашнее, но оно есть. Тот же Рудак [Владимир Рудак, режиссер фильма «Ананас»]. Мы собираемся участвовать в кинофестивалях.

Вся проблема в деньгах?

— Да. Мы берем количеством. Нарабатываем опыт. Появляется понимание, куда двигаться дальше и развиваться. Это первые шаги для нас. Иначе тянуть никто не будет, и ты останешься теоретиком.

А чего не хватает помимо денег?

— Нет опыта. Нет узкопрофильных специалистов — декораторов, монтажеров, гримеров, звукооператоров и так далее. Нужна целая команда! Ну и, конечно, многое зависит от сценария. Та же проблема есть в том же Голливуде. То, что доходит до кинопроката, — это фильмы класса «А». Мы видим лучшее из лучших. А фильмов снимается намного больше. И всякий шлак, съедаемый на местном ТВ. Математически не просчитать, какой фильм будет удачным. Может быть суперрежиссер, огромный бюджет, звездный состав, огромная рекламная компания, а фильм провалится. Это безумная лотерея. Там играют на больших ставках, мы играем на маленьких, не теряя миллионы, но теряя время. Отличий особых нет. Конечно, возможно, что какой-нибудь талантливый парень из глубинки возьмет и снимет на камеру шедевр, и будет суперклассное фестивальное кино, которое вызовет волну успеха, но это надо брать опять-таки через количество. Чем больше у нас людей снимает, тем скорее можно осуществить эту возможность. Так что, чуваки, снимайте! [смеется]

Какой у тебя бюджет фильма?

— Примерно вышел тысяч 500 рублей, но это с покупкой камеры и декорациями. По идее, если найти миллион-два финансирования, то можно делать реальное кино. В сжатые сроки. Пусть не с актерами звездного статуса, но со столичными артистами. Чем больше ты снимаешь, тем больше опыт. Нет у нас общих специалистов, готовых помогать в съемке. Мы как исключение из правил. Все в Питере и Москве. У нас, в Карелии, нет ни системы, ни организации, ни поддержки. Помогает только сам город. Когда кидаешь во «ВКонтакте» клич, то многие откликаются и помогают бесплатно. Многие кафе бесплатно предоставляют свое помещение. В Москве и Питере за смену надо платить. Например, сцены с пожаром. Без финансирования в Москве мы бы такого точно не сняли. А здесь получилось. В этом плюс.

Тебе помогает снимать кино твой бизнес?

— Да. Отчасти. Я не привязан к работе с утра до вечера. Есть источник дохода, который помогает мне. Многое было бесплатно сделано, но и много денег ушло на техническое оснащение, свет, проезд, проживание питерского актера, суточные. Приходилось во многом себя ограничивать.

Актеры снимались бесплатно?

— Да, почти все. Только с Андреем [Андрей Некрасов, исполнитель главной роли] из Питера договаривались, чуть-чуть, [заплатили] копейки. Он медийный актер, смена стоит 10–15 тысяч рублей. Мы бы не потянули. Но ему понравилась сама история, и он согласился играть почти бесплатно. Наша главная проблема в том, что у нас актеры театральные. И почти нет опыта на киноплощадке. А у Андрея его побольше. Он и в сериалах снимался, и в «28 панфиловцах». Совершенно другая актерская организация.

 

 

Уникальные кадры

В «Последнем романтике» спецэффекты были? Или полностью натурные съемки?

— Да. Пожар мы делали живыми съемками. Только один кадр со спецэффектами. Потребовалось много сноровки. С огнем шутки плохи. Тщательно репетировали. Так как понимали, что для такой сцены есть дубль. Максимум два. И декорации сгорают. А других нет.

Но в итоге декорации-то не сгорели?

— Ну, подгорели. Я проверил отснятое несколько раз, и только в самом конце все спалили. И уже когда мы заканчивали съемки, этот дом стали сносить. [Спонсор] подгонял нас, потому что на этом месте по плану должен был строиться новый дом. И через месяц после съемок наш дом снесли. И этих мест, где все снималось, больше нет. Так что кадры уникальные.

Вы «Последнего романтика» долго снимали?

— Год писали сценарий, создавали декорации. Продумывали мелочи. Два года — два лета снимали. История-то летняя. Потом павильонные съемки. Снимали по выходным. Потом недоработки. Доснимали кое-что. Потом монтаж, озвучка, где-то четыре года. Растягивается все во времени. Так как нет финансов. Но если бы все хорошо было с организацией, то можно было все отснять за полгода. И это сильно сказывается на самой истории. Потому что за столь длинное время у самих актеров появляются свои творческие депрессии, сгорания — уже многое не чувствуешь. Приходится все оживлять, переписывать заново некоторые сцены. И ты уже не можешь видеть историю целиком. Поэтому в кино могут быть шероховатости, какая-то нелогичность. В кино надо погрузиться целиком, а потом выдохнуть. А когда длительные перерывы, сам понимаешь. Теряешь эмоциональную нить со своей историей. И отсюда сложности. У меня было несколько моментов, когда мне уже ничего не хотелось доделывать. Мне ничего не нравилось. И я увлекся уже другой историей. Но я воспитываю в себе одно качество, которое рекомендую воспитывать всем начинающим коллегам, — идти до конца, до самых титров. Доделать. Пусть смотрит зритель и оценивает. Не сдаваться.

Ты результатом доволен?

— В целом да. Конечно, сейчас я вижу, что мог бы сделать многое по-другому, перерастаешь же себя, но я понимаю, что главное — что я это сделал. Это твоя визитная карточка. Я изначально не сценарист, а режиссер. И как режиссер я набил руку. Я умею работать с актерами, умею работать с камерой, владею чувством монтажа. Но я дополнительно и оператор этого фильма, и сценарист, и монтажер, и продюсер. Чем я только не занимался. Поэтому в следующем проекте я хотел бы все эти функции делегировать и распределить.

Не обидно, что так много времени уходит на всякие препятствия? Успеешь ли ты достичь совершенства?

— Я понимаю. Но либо ты хоть что-то делаешь, либо останешься режиссером на диване, который будет критиковать и троллить других.

Ты за материальной помощью от государства обращался? В Минкультуры, например?

— Мы вели переговоры. Но пока это на уровне разговоров. Мы организовали с Владимиром Рудаком и Алексеем Бабенко гильдию карельских кинематографистов, хотим из разряда «партизан» выйти на официальный уровень. Но пока проблема финансирования остается открытой. Например, в Якутии уже снимают свое кино, по пять фильмов в год, кино недорогое. Все развивается. Мы сейчас не можем конкурировать с федеральными фильмами, которые мы привыкли смотреть в кинозалах.

А перед съемками обращался в Минкульт?

— Нет. Там очень все сложно и бюрократизировано. А я так загорелся и не хотел ждать.

То есть все-таки обращался?

— Когда я снимал короткометражку «Озеро», да и «Человек из банки», то там знали обо мне, что есть такой чувак, который хочет снимать кино. Особо реакции никакой. Ну, если только информационная поддержка. А реальной нет. А она бы мне помогла заложить заявку. И пусть финансов было бы немного, но снять можно было бы быстрее. И приняться за новые идеи. Благо, помогли партнеры.

Год кино хоть как-то отразился на материальной части?

— Абсолютно никак. Он отразился на федеральном уровне. Но не в нашем случае.

 

 

 
 
 

 

Кино и реальность

Почему все прицепились к ОТЗ [руины Онежского тракторного завода в Петрозаводске]? Уже во второй раз, я обратил внимание на это, в карельском кинематографе много кадров с заброшенными районами, руинами, видами ОТЗ, ржавыми дверями, кривыми оконными рамами. Это эстетика?

— Мы начали снимать там изначально. Раньше Леши Бабенко и Володи [Алексей Бабенко и Владимир Рудак, создатели фильма «Ананас»]. Мне понравилась атмосфера этих руин. Я сразу подумал: «Очень неплохие вышли бы декорации для изображения маленького городка». Захотелось уйти от Петрозаводска, от этой набережной.

Что ты хотел показать-то? У тебя там везде ж... В чем смысл? Это такая киноэстетика? Или вы наугад взяли место для декорации?

— Это собирательный образ промышленного «города зеро», где живет наш герой. Типа нашей Сегежи. Там тоже такая ж... И в эту провинциальную глубинку приезжает инородный элемент [главная героиня] и пытается что-то сделать. Образ маленьких людей, живущих в своей скорлупе.

Ты хотел показать реальную действительность?

— Нет. Это же не личная история. Захотелось выдумать свой вымышленный мир, ни к чему не привязанный.

Тебя беспокоит проблематика таких маленьких городков?

— Нет. Совершенно нет.

Ты аполитичен? Тебя не интересует социальная сторона?

— Да, абсолютно не интересует. Сто процентов. Социальной подоплеки в фильме не было. Захотелось просто создать такой мир. Мы выдумали условно город. Ушли от ПТЗ [сокращенное наименование Петрозаводска]. Некий промышленный градообразующий городок. Утрированная лирическая комедия про чувака, который не пускает в свой мирок никого. Замкнулся в себе. Никакой социальной подоплеки. Абсолютно. У нас не было задачи показать реальную действительность.

Ты создал выдуманный мир, но он же имеет прямое отражение?

— Мне захотелось поработать в такой форме. ПТЗ не совсем подходил для характера нашего героя. Нам нужен был совсем маленький городок, такой же маленький, как сам герой. Образ героя мною подсмотрен в реальной жизни. У меня есть друг, который очень сильно переживал свое расставание с любимой девушкой. Это, конечно, не трагедия, но все равно тяжело. И мы с другом раскрутили эту историю. И все связалось в некий общий образ.

То есть у тебя город — это отражение состояния самого героя?

— Да, да, верно. А еще у нас безвременье. Мы не цеплялись к определенной дате или году. В фильме нет интернета, телевизоров, телефонов. Жизнь застыла. Застыл герой. И все окружающие делают изо дня в день одно и то же. Ничего не происходит. И только с появлением героини начинает все преображаться. В первую очередь для самого героя. Ну и сам город начинает тоже меняться. Понятное дело, что и в реальной жизни есть много таких безвременных городков и провинциальных глубинок. Но мы не хотели этим фильмом показать какую-то социальную проблематику. Скорее это наша самоирония. Мы пытались подать все в позитивном ключе. Например, даже драка с гопниками — добрая драка.

Карикатурное все?

— Да. В нашей жизни и так хватает грязи. Все мы знаем об этих проблемах. Мы в этом живем. Захотелось рассказать историю другими красками.

Ты считаешь, что художник не должен обращать внимание на такие вещи?

— У каждого своя позиция. Но мне хотелось другого. Мне нравится работать с формой. Я не люблю дрожащих камер. Мы делали все в жанре, поэтому все немного гротескное. Персонажи, диалоги. Нам важно было показать внутренний мир героя. Сам он молчаливый, тихий, немногословный. Не хотелось про бла-бла-бла. Хотелось поработать над киноязыком, формой, изображением. Попытаться рассказать историю с помощью картинок.

— И все же, тебя как художника беспокоит то, что происходит вокруг?

— Я знаю, что эти проблемы существуют. Но я скорее просто наблюдатель. Я не пытаюсь это отображать в своем творчестве. Это скорее моя гражданская позиция, а не позиция художника. В моем фильме нет никаких тайных знаков и посылов. Я этого не закладывал. Моя задача — рассказать простую добрую историю в интересных декорациях.

А по поводу гражданской позиции. Что ты думаешь о цензуре в кино?

— Сложно объективно сказать. Я против государственной цензуры. Настоящее искусство ведь и рождается, когда крик души, когда есть что сказать. Но я аккуратный в высказываниях. Я придерживаюсь больше пассивной стороны.

Иван Кульнев живет в Петрозаводске. После школы поехал учиться в Москву, поступил на режиссерско-актерский факультет. Вернулся в Петрозаводск, основал студию «Карелфильм», начал снимать рекламу и кино. Иван Кульнев — автор короткометражных фильмов «Потерянный город» и «Озеро», полнометражных фильмов «Человек из банки» и «Последний романтик».

 


Реклама 18+. Современный кинематограф не перестает нас радовать. Предлагаем вам заходить на kinotop* и смотреть последние новинки в прекрасном качестве. Широкий выбор фильмов, на любой жанр.

*kinotop – название сайта, не переводится на русский язык


 

Сергей Маркелов, фото автора и Ивана Кульнева (кадры из фильма), «7х7»

Материалы по теме
Комментарии (0)
или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий, как зарегистрированный пользователь.
Стать блогером
Свежие материалы
Рубрики по теме
КарелияПетрозаводскКультураИнтервью

Хватит читать Москву!

Подпишись на рассылку о настоящей жизни в российских регионах

Заполняя эту форму, вы соглашаетесь с Политикой в отношении обработки персональных данных
Нам нужна ваша поддержка
Мы хотим и дальше давать голос тем, кто прямо сейчас меняет свои города к лучшему: волонтерам, предпринимателям, активистам. Нас поддерживают благотворители и спонсоры, но гарантировать развитие и независимость могут только деньги читателей.
Ежемесячно
Разово
Сумма
100
200
500
1000
2000
Нажимая на кнопку «Поддержать» вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности